Приказ Шарпа - Бернард Корнуэлл

— Он улетел, си? — засмеялся он. — Орлы так и делают, они летают! — Он взмахнул руками, изображая крылья, и стал ждать, пока Шарп и его люди засмеются.

Шарп послушно рассмеялся и увидел облегчение на лице Эль Эроэ.

— Ловко придумано, — сказал Шарп с притворным восхищением

— Вы увидите, что мы лучшие бойцы во всей Испании, — сказал Эль Эроэ.

— Я сражался бок о бок с партидами, — сказал Шарп, — и все они были хорошими бойцами. Очень хорошими!

На лице Эль Эроэ снова появилось настороженное выражение.

— Ты сражался с нашими? С кем?

— С Агухой, — сказал Шарп.

Эль Эроэ едва не сплюнул от презрения.

— С женщиной! Что женщина может знать о битве?

— Она хороша, — сказал Шарп.

— Она женщина! А война исключительно мужское дело.

— Агуха ваших треклятых обезьян вокруг пальца обведет, — сказал Шарп.

Эль Эроэ не понял или сделал вид, что не понял.

— Я слышал разговоры об Агухе, — презрительно сказал он, — она вышла замуж за англичанина, да?

— Вышла.

— Puta[15], — выплюнул слово Эль Эроэ.

— Puta? — переспросил Шарп, притворившись, что не знает этого слова. Лейтенант Лав, маячивший у него за спиной, шагнул было вперед, чтобы предложить перевод, но Шарп остановил его поднятой рукой.

— Ей бы сюда приехать, — с энтузиазмом сказал Эль Эроэ, — и я бы показал ей, что такое испанские мужчины. — Он улыбнулся. — А мы должны быть друзьями, капитан, и ты дашь мне винтовочные патроны.

— А я оставлю себе золото?

Эль Эроэ рассмеялся, словно Шарп отпустил великую шутку.

— Поговорим утром, капитан. Оставляю вас наслаждаться вином. — Он повернулся и ушел.

— Он назвал мисс Терезу шлюхой? — опасным голосом спросил Харпер.

— Назвал, Пэт.

— Он напрашивается на неприятности, как есть.

— Он думает, мы сейчас напьемся, Пэт, а потом он вернется.

— И когда он вернется, то что?

— Мы будем трезвы. — Он шагнул в дом. — Пейте, парни.

— Да оно кислое, — пожаловался Харрис, — и разбавленное.

— Тогда не пейте, просто притворяйтесь пьяными.

В однокомнатном доме были полати. Шарп предположил, что на них спали хозяева. Он взобрался по лестнице и выглянул в маленькое окошко. Церковь была в пятидесяти шагах, ее охраняли двое, по одному с каждой стороны от двери. Эль Эроэ прошел мимо небольшой церкви к самому большому дому в деревне, в окнах которого горел свет свечей. Четверо мужчин сидели за столом у входной двери, прислонив мушкеты к стене дома. Они охраняли Эль Эроэ, так же как двое других охраняли церковь, у которой, по мнению Шарпа, должна была быть еще одна дверь, и та, по-видимому, тоже охранялась.

Теперь Эль Эроэ хотел заполучить патроны, и лучший способ сделать это заключался в том, чтобы отобрать их у пьяной солдатни. Так зачем же он разбавил вино, недоумевал Шарп. Лучше было бы прислать хорошее вино, но пока Эль Эроэ совершал ошибку за ошибкой, начиная с того мушкетного выстрела, что оставил синяк на теле Шарпа. Он также солгал насчет небольшого укрепления у моста, утверждая, что там гарнизон в двести человек, хотя в его крошечных хижинах могло разместиться от силы тридцать или сорок, и Шарп полагал, что их, вероятно, было еще меньше. Это был вопрос на утро, а сегодня ночью ему предстояло вернуть винтовки.

— Пэт! Сюда!

Харпер присоединился к нему и выглянул в маленькое окошко.

— Двое парней, не проблема.

— Они наши союзники, Пэт. — Шарп обернулся и посмотрел вниз, в комнату. — Пойте, сукины дети!

— Союзники?

— Так что никаких смертей. Вместо этого споем им колыбельную.

— А если они откроют по нам огонь?

— Тогда они перестанут быть нашими союзниками. Но у этого ублюдка почти сорок человек.

Харпер хмыкнул.

— Так и что будем делать?

— Запутаем их.

Пение становилось все громче, потому что Дэн Хэгмен затянул вечно популярную песню о дочке полковника. Мужчины громогласно подхватили припев, и Шарп услышал, как лейтенант Лав запротестовал против выбора песни, но его протест был с шумом проигнорирован.

— Ждем, — сказал Шарп. — Только проследи, чтобы никто из них по-настоящему не напился.

Он наблюдал из окна и видел, как некоторые из людей Эль Эроэ выходят из большого дома и расходятся по домам поменьше вдоль улицы. Он решил, что они отправляются спать. Никто не пришел сменить двух часовых, охранявших церковь, поэтому оба уселись на невысокие ступени и прислонились к стене. Французы, подумал он, могли бы с легкостью их перебить. Пятьдесят человек из ближайшего форта за час прочесали бы деревню и покончили раз и навсегда с партизанским присутствием у Альмараса. А не приближаются ли еще войска? Генерал Хилл говорил об экспедиции для уничтожения понтонного моста, а это означало, что лорд Веллингтон планирует наступать вглубь Испании, и уничтожение понтонного моста помешает французским подкреплениям присоединиться к его противникам. Но что, если французы сами до этого додумались и уже послали подкрепление гарнизону моста? Это не его проблема, решил он. Ему было приказано лишь разведать форты, но будь он проклят, если станет делать это без винтовок, которые нужны его людям в этом деле.

Он выждал два часа, затем дал команду прекратить пение почти до полной тишины, словно его люди засыпали. Он все еще наблюдал из окна. Если Эль Эроэ и планировал украсть патроны, то сейчас было самое время, но на темной улице не было никакого движения.

Шарп спустился по лестнице.

— Макнил, Хендерсон, Эллиотт! Со мной. И ты тоже, Пэт. Сержант Латимер? Вы командуете остальными. Выходите за дверь и идите по улице к дому этого ублюдка, — Шарп указал в сторону большого дома, — притворяйтесь пьяными и требуйте еще вина.

— Más vino, — подсказал Харрис.

— Просто поднимите побольше шума и суеты, — сказал Шарп, — но без стрельбы. Они наши союзники! Если дадут вам вина, возвращайтесь сюда и снова пойте.

— А женщин попросить можно? — спросил Латимер.

— Нет, черт побери, нельзя. Они вас убьют. Только вино. Топор у тебя, Джо?

— У меня, мистер Шарп, — ответил Хендерсон.

— Остальные идите с Латимером. Устройте им переполох! Вы в этом хороши.

— Мне остаться с вами, сэр? — спросил лейтенант Лав.

— Просто