RAF, и особенно Бригитта Монхаупт - Лачин Хуррамитский
Западногерманская полиция, убив за 8 лет около полутора сотен случайных людей (сплошь молодых, среди них минимум одного несовершеннолетнего (17-летний Ричард Эппл)), не предоставила ничего даже отдалённо похожего на вышеприведённые списки попутно раскрытых преступлений. Из виновных силовиков накажут только одного, да и то сами партизаны (об этом ниже)).
Служащие банков, на которых наставляют оружие красноармейцы-экспроприаторы, больше опасаются не их, а полиции — «террористы» никого не тронут, если не сопротивляться, зато велик риск погибнуть от шальной пули прибывшей полиции. После случая, когда в начале 1970-х некий уголовник Роммельмайер взял заложницей служащую мюнхенского банка и её застрелила примчавшаяся полиция, с этим не спорит никто.
Страх, въевшийся в людей, останется на десятилетия. В 2007-м Ганс Кристиан Штройбель вспомнит в интервью: «Встречаясь с нынешними молодыми людьми, я часто получаю вопросы — что тогда происходило и кто были эти люди (рафовцы — Л.), почему они это сделали? Меня приглашают к разговору на эту тему в школы, молодёжные клубы и университеты, и я всякий раз убеждаюсь в том, что этот период — огромная дыра в мировом восприятии молодых. Они рассказывают мне, что их учителя и преподаватели избегают разговора на эту тему, и у меня складывается впечатление, что этот страх педагогов — тоже одно из последствий осени 1977-го года. Педагоги и профессора боятся темы, боятся произнести неверное слово или высказать неверную мысль, считая, что это приведёт к неприятностям и повредит карьере».
В 1972-м, чтобы отметить 175-летие Генриха Гейне, власти Дюссельдорфа закупают 20 000 экземпляров его книг в ГДР — в ФРГ, в 3,5 раза превосходившей ГДР по населению, нужного количества не нашлось. Левые и еврейские организации, уже десятилетиями борющиеся за то, чтобы назвать Дюссельдорфский университет именем Гейне, вновь терпят неудачу, что неудивительно — Гейне был коммунистом, другом Маркса, его запрещал сам Гитлер. (Большими тиражами Гейне не издают до сих пор, полного собрания сочинений не было ещё к началу 2000-х (не уточнил, есть ли сейчас)).
«Захолустье — и мелкотравчатое к тому же» (Майнхоф).
В 1976-м, в год убийства Майнхоф, 1 июля в Клингенберг-на-Майне погибает 23-летняя Анна-Элизабет Михель (более известная как Аннелиза Михель), после проведения над ней обрядов экзорцизма, изгнания дьявола. У девушки диагностировали височную эпилепсию, но она и её родители решили, что в неё вселился нечистый, и обратились к священнику, 10 месяцев изгонявшему из несчастной демонов. В результате Михель, оставленная без воды и пищи, умерла от истощения и обезвоживания. «Вашингтон Пост» в 2005-м напишет о детстве Михель: «Пока другие дети её возраста бунтовали против власти и экспериментировали с сексом (намёк на левую молодёжь, ушедшую в РАФ — Л.), она, пытаясь искупить грехи наркоманов и сбившихся с пути истинного священников, спала на голом полу посреди зимы». (Видимо, такая молодёжь устраивает янки больше рафовской.) Мать Михель в том же 2005-м заявит в интервью, что не жалеет о проведённом экзорцизме, ибо её дочь была одержима и умерла во искупление чужих грехов.
В середине семидесятых Фрицу Родевальду, выдавшему Майнхоф, удаётся устроиться на работу в Ганноверский университет, что вызывает бурное недовольство студентов. С другой стороны, его по-прежнему не любят правые, и руководство Христианско-демократического союза во главе с Эрнстом Альбрехтом подаёт в суд на Родевальда, требуя отстранить его от работы в университете и вообще от государственной службы. Дело закрывают после того, как адвокат Родевальда напоминает о его заслугах в борьбе с партизанами — Родевальд выдал главу РАФ, ему предлагали Орден за заслуги. Тем не менее несколько позже полиция целый день допрашивает его, подозревая, что он член РАФ.
1978–1993
По признанию тогдашних полицейских и современных исследователей, РАФ стала значительно опытнее, действует профессионально.
Брюс Хоффман, исследователь подпольных группировок из Джорджтаунского университета США, отмечает: «Сообщения прессы, обвинительные акты, показания в зале суда и судебные протоколы тщательно просматриваются на предмет информации о тактике и методах борьбы правоохранительных сил, затем принимающейся во внимание оставшимися членами группы. Третье поколение Фракции Красной Армии, появившееся в конце 1980-х годов, — классический пример подобного явления. По словам высокопоставленного немецкого чиновника, члены группы постоянно изучали “каждое судебное дело, направленное против них, чтобы выявить слабые стороны группы”. Узнав на суде из свидетельских показаний сотрудников правоохранительных органов о методах борьбы с террористами (иногда наводящие вопросы об этом задавали благожелательно настроенные адвокаты), последние смогли впоследствии предпринять необходимые контрмеры, чтобы избежать обнаружения. Например, узнав, что немецкая полиция снимала отпечатки пальцев с обратной стороны унитазных сидений и внутренних поверхностей холодильников, члены Фракции Красной Армии стали наносить на пальцы специальную мазь, после высыхания препятствующую перенесению отпечатка пальца на поверхность и таким образом затрудняющую установление личности. Представитель немецкого департамента федеральных расследований за несколько месяцев до появления одностороннего объявления о прекращении огня Фракцией Красной Армии в 1992 году (в 1993-м — Л.) выказал недовольство тем, что “третье поколение многое извлекло из ошибок своих предшественников — о работе полиции, […] они действуют более осторожно”» («Внутренний терроризм»).
(«Третьим поколением» Хоффман и немецкие чиновники называют четвёртое и пятое. Буржуазные авторы не учитывают, что многие командиры, ещё будучи живы, находились в тюрьмах, не ведя общественную деятельность. По их логике, в РАФ было даже не 3, а только 2 поколения, учитывая, что до конца её истории авторитет «железной Бригитты» оставался неоспорим даже в положении заключённой. Фактически было 5 поколений РАФ — с новым руководством, почти полностью сменившимися кадрами и новой тактикой.)
Суд не может установить, кто именно участвовал в той или иной акции, красноармейцев осуждают только благодаря принципу коллективной ответственности (не распространяемому на правых радикалов). Примерно половина членов 3–5 поколений РАФ до сих пор неизвестны по именам.
1978
16 января, Штаммхайм. Ирмгард Мёллер, как выжившая в «ночь смерти в Штаммхайме», даёт
