Академия Запретных Жестов. Курс 1. Сентябрь. 18+ (с иллюстрациями) - Гарри Фокс

— Так она же твоя девушка, — с фальшивой невинностью произнёс Зигги, поправляя очки. — Ты должен был быть в курсе её планов.

— Если бы, — фыркнул я. — Тогда я бы сейчас стоял рядом с ней, важно выпятив грудь, и командовал вами, неудачниками. А не пытался затушить изжогу и придумать, как заткнуть храп рыжего.

Мы дружно, хоть и уставшие, поржали. Громир лишь буркнул что-то неразборчивое во сне.

И вот, ровно в два, часы на высокой башне академии пробили четырнадцать раз. Звонкий, чистый звук разнёсся по парку.

Катя резко остановилась. Она выпрямилась, вдохнула полной грудью, отбросив все признаки нервозности, и обвела нас собранным, твёрдым взглядом. На её лице застыла маска идеального, пусть и немного надменного, лидера. Шоу начиналось.

Последний удар башенных часов отзвучал, и в наступившей тишине Катя Волкова сделала шаг вперед. Её поза была идеально выправленной, подбородок гордо поднят, а голос, когда она заговорила, звенел ясно и уверенно, разносясь по всему парку.

— Дорогие однокурсники, — начала она, и в её глазах горел настоящий огонь. — Для меня большая честь стоять перед вами в качестве вашей старосты. Я бесконечно горда, что совет академии и лично мадам Вейн доверили мне эту ответственную должность. Сказать, что это была моя мечта — ничего не сказать. Я шла к этому все годы обучения до академии и выполнила все обязательства, чтобы получить этот пост.

Она обвела взглядом нашу группу, и её взгляд на секунду задержался на мне, Громире и Зигги, выражая бездну терпения, которое ей приходится копить.

— Я намерена стать лучшей ученицей этого выпуска и привести наш курс к таким же высотам. И те из вас, кто будет следовать правилам, проявлять усердие и не создавать… лишних проблем, — она нарочито сделала паузу, и её взгляд снова метнулся в нашу сторону, суля немые угрозы, — могут рассчитывать на определённые поблажки от преподавателей. Я буду вашим голосом и вашим щитом. И иногда, — она слегка повысила тон, делая акцент, — я даже могу закрыть глаза на некоторые невинные… выходки.

При слове «выходки» её глаза сверкнули сталью и буквально пронзили нашу грешную троицу. Зигги невольно подался назад, а Громир флегматично почесал затылок.

Затем её выражение смягчилось, и на губах появилась что-то вроде официальной, почти что королевской улыбки.

— Я искренне желаю каждому из вас найти здесь не только знания, но и своё место в жизни. Обрести верных друзей, ну и… — она слегка запнулась, подбирая нужные слова, — … и, конечно, свою судьбу. Вступить в крепкие брачные узы на благо наших семей и процветания нашей великой страны. Пусть ваши союзы будут крепкими, а кровь — чистой и благородной.

Я наклонился к Зигги, не веря своим ушам.

— В смысле, вступить в брачные узы? — прошептал я. — Мы что, на курсах знакомств?

Зигги вздохнул, как бывалый старожил, которому объясняют очевидное.

— Ну да, — так же тихо ответил он. — Одна из негласных, но важнейших целей обучения для аристократии. За пять лет мы должны не только диплом получить, но и найти подходящую жену из хорошей семьи. Закрепить союз, продолжить род, всё такое.

— Чего⁈ — вырвалось у меня громче, чем я планировал.

— Она же сказала, — шикнул Зигги, — чтобы страна процветала, а кровь аристократов оставалась голубой, как небо. Ну, ты в теме.

Я ошеломлённо откинулся назад. Мои планы на весёлую учёбу и изучение магии внезапно обрели новый, совершенно неожиданный и очень официальный поворот. Катя, закончив свою речь, снова смерила нас взглядом, полным достоинства, явно довольная произведённым эффектом. Похоже, учёба обещала быть куда более сложной и многогранной, чем я мог себе представить.

1 сентября 18:45

После вдохновляющей, но слегка обескураживающей речи Кати о брачных узах и долге перед империей, наша троица решила, что лучшим лекарством от навязчивых идей о женитьбе будет хорошая физическая нагрузка. Мы рванули на поле, где старшекурсники как раз заканчивали свою игру с огненными шарами.

Правила оказались до безумия простыми и опасными: две команды, четыре обруча-ворота с каждой стороны поля и один огненный шар, который нужно было либо забить в чужие ворота, либо «осалить» им игрока противника. «Осаленный» выбывал на две минуты. Шар был не просто горячим — он жёгся как раскалённое железо, и его приходилось отбивать специальными перчатками, снятыми с проигравших старшекурсников.

Мы влились в игру с диким азартом. Громир носился как танк, ловя шар на свою мощную грудь и отбрасывая его с рёвом. Зигги пытался просчитать траекторию и чаще всего уворачивался, крича что-то о «вероятности ожогов третьей степени». А я, пытаясь сделать сальдо назад и поймать шар ногами, чуть не поджёг себе задницу. Огонь лизал ткань брюк, и мне пришлось с дикими танцами сбивать его, под хохот всей команды.

Мы играли до седьмого пота, пока не свалились на траву, задыхаясь от смеха и усталости. Я был мокрый, грязный и счастливый.

— Ладно, овощи, я побежал смывать с себя этот подвиг, — поднялся я, отряхиваясь. Мои товарищи просто махнули рукой, слишком уставшие, чтобы двигаться.

Я уже направился к каменному зданию с душевыми, как вдруг меня окликнул один из старшекурсников, игравших с нами. Парень с огненно-рыжими волосами и такими же алыми, весёлыми глазами. На его лице играла ухмылка.

— Эй, новичок! Неплохо держишься для первого раза! — он хлопнул меня по плечу. — Меня Зак зовут. Капитан команды «Огненные Лисы». У нас на следующей неделе отборочные в академическую лигу. Приходи, попробуешь силы. Думаю, ты впишешься.

Идея показалась мне бредовой и гениальной одновременно.

— Я? В академической лиге? Серьёзно?

— А что? — он рассмеялся. — Всегда есть место для того, кто не боится поджечь себе задницу ради зрелища. Думай.

Я, ещё не веря до конца, кивнул:

— Да, конечно, я приду!

Зак подмигнул и удалился. Я же, окрылённый, почти вприпрыжку добежал до душевой. Войдя внутрь, я оглох от гула воды и увидел сплошную стену пара. Мои друзья, видимо, уже были здесь, их голоса доносились из-за завесы тумана.

Я быстро разделся, схватил своё полотенце, свернул его в жгут и с диким боевым кличем ворвался в общую моечную, намереваясь со всей дури хлестнуть кого-нибудь из приятелей по голой заднице.

Полотенце со свистом рассекло воздух и сочным шлепком встретилось с чем-то упругим и явно не принадлежащим Громиру или Зигги.

Вместо ожидаемого мужского вскрика или матерного вопля раздался тонкий, пронзительный женский визг.

Пар медленно