Зимняя романтика. Адвент-календарь историй о любви - Коллектив авторов

Гирард принес подарки из своего мира и принялся доставать их из мешка, как настоящий Санта. Мы получили расписные белоснежные леденцы на палочке с изображением города Фабреитан. Но такой вкусный подарок я решила оставить на память.

Мы уселись за стол и отмечали до самой ночи: рассказывали истории и произносили тосты.

Когда настало время пускать салют, я подошла к демону и уточнила:

– Точно не бомба?

– Обижаешь, смертная! – Велиал щелкнул пальцами и пыхнул огнем туда, где стояли фейерверки. В небо взмыл разноцветный салют и не смолкал минут тридцать.

– Так вот как выглядит «БАБАХ»! – осознал демон, азартно потирая ладони.

– Теперь ты в этом спец, – подмигнула я ему.

Вилли и Маршал завороженно смотрели на небосвод, как и Саймон с Гирардом. Такой «магии» они никогда не видели, а я обнимала любимого.

Аиррэль наклонился и поцеловал мои чуть прохладные от мороза губы своими нежными и теплыми. Мы целовались под звуки салюта и смотрели в глаза друг другу.

– С Новым годом, Небесная! – прошептал он мне, проводя влажную дорожку губами вдоль шеи к ключице. – В тебе идеально все от волос до кончиков пальцев на ногах и создано исключительно для меня. Даже твой иногда невыносимый характер – обожаю до одури!

– С какой стати у меня вдруг плохой характер?

– Ты бываешь излишне впечатлительна, эмоциональна, но я называю это вибрацией жизни. Ты – искренняя, чуткая, ранимая и ужасно ревнивая! Но моя. Навеки.

– Вечные?

– Да. И больше. Смирись. Тебе достался очень трудный мужчина, иногда ворчливый и педантичный.

– Но мой!

– Твой.

Я потянулась к нему и повисла на его шее. Мы соприкоснулись лбами и вновь поцеловались. Оторваться от любимых губ сложнее, чем выбраться без потерь из смолы, так притягательны ласки и головокружительны ощущения рядом с ним.

– Спасибо за возможность отпраздновать с тобой Новый год. Я мечтала об этом.

– Кажется, об этом мечтал и я. Просто не знал, – прошептал он.

Когда вечер закончился и друзья разошлись, я решила поставить подарки под елку, но Аиррэль задумал иное. Любимый обхватил меня за талию, и я тут же оказалась прижата к его твердой груди, вдыхая ненавязчивый, но такой мягкий и чарующий аромат. Аиррэль накрыл мои губы своими. Поцелуй, словно цунами, затягивал нас в штормящую пучину синих вод на самое дно к морскому демону.

Звуки страсти заглушали остальной мир, и внимание было приковано только друг к другу. Не уверена, в какой момент мы оказались на расстеленном заранее ковре прямо под елкой, а его руки уже блуждали по моим бедрам, проникая под складки платья. Пальцы любимого оставляли горячие следы после прикосновений, а платье расходилось по швам там, где он прикасался. Жар внизу живота стремительно нарастал и пульсировал, словно внутри меня ожил потухший вулкан и сейчас проснулся, раскаляя магму.

Я подалась вперед, желая полностью почувствовать Аира внутри себя. Любимый прочитал мои мысли, сбрасывая остатки одежды. Я нежно прикусила его за плечо, когда он резко проник в меня, заполняя собой и соединяя нас воедино.

Любимый шептал о сокровенном, двигаясь во мне, ближе… и ближе…«Небеса, ты прекрасна. Моя девочка, моя малышка…Ты так нужна мне, необходима. Люблю тебя». И я вторила его признаниям, любя его в ответ.

Полностью оторванные от остального мира, мы упивались близостью, и я думала, что улетим до потолка в общем блаженном стоне удовольствия.

На следующий день я заметила торчащие из елки ананасы. На глаза навернулись слезы радости, я засмеялась. Аир, заметив это, сразу оказался рядом, обнимая с трепетной нежностью. Я зацеловывала и благодарила любимого за внимание и чудесный праздник.

А после мы с друзьями громко обсуждали подарки друг друга, и забавно было видеть смущающегося от всеобщего внимания демона, в руках которого громоздились цветные коробочки с алыми бантиками. Все-таки принимать подарки тоже нужно уметь, как и дарить их…

Когда Велиал снял крышку с очередного подарка, оттуда резко выскочил клоун на пружинке и взорвал прямо у носа демона порошок с сажей.

– Бум! – я изобразила руками взрыв, когда Велиал повернул ко мне свое перепачканное лицо.

– Уноси ноги, смертная, – в шутку взревел он и подскочил со стула, кинувшись в погоню, а я хохотала и пряталась за Архангелом.

Аиррэль решил сделать традицией отмечать Новый год.

– И делать большой «БУМ!», – подсказал ему демон.

Если Новый год, то только такой!

Конец

26

Разобраться с человеком, который ненавидит Рождество,

можно только при помощи кремации?

Оушен Паркер

– Не уверен, что получится, – сообщил Джейк, когда в сентябре мои родители пригласили нас провести рождественские праздники в семейном поместье в Шерингеме на северо-западном побережье графства Норфолк.

– Много работы, – повторил он в октябре.

– Может быть, ты поедешь одна, а в январе слетаем на Гавайи? – спросил он в ноябре.

– Эмми, я люблю тебя, но ненавижу Рождество, – сознался он, когда вернулся домой двадцать третьего декабря и застал меня в самом разгаре рождественского безумия: я сидела на полу в гостиной, удерживая ножницы губами, пыталась постичь великое искусство упаковки подарков.

С этим делом никогда не ладилось: я была худшей в классе по оригами, пению и всему такому. Пришлось выбрать математику, чтобы спустя десять лет верно рассчитать необходимое количество упаковочной бумаги. Обрезки двух рулонов испорченной обертки валялись по всей квартире.

– Ты рано! – прикрыв подарок Джейка трусами с Гринчем, вскрикнула я и вскочила на ноги.

Джейк поставил рабочую сумку на пол и, стянув шапку, освободил полчище золотистых кудряшек. В день нашей свадьбы его ожидает чистосердечное признание: «После первого свидания в библиотеке я согласилась на второе только из восхищения к твоим волосам». Эти маленькие завитушки сводили меня с ума!

– Эмми, – рука Джейка легла на мою спину, когда я прижалась к его груди и, представляя первое совместное Рождество у моих родителей, мечтательно улыбнулась. Три месяца Джейк жаловался на то, что его не отпустят с работы и все праздники он проведет в больнице. Однако начальник Джейка не знал, что его новая девушка – юрист, а Джейк выходил на смену в Рождество последние семь лет. Вопиющее нарушение законодательства, если хорошенько разбираться в последнем!

– Я взяла тебе отпуск, – с запрокинутой головой и широко распахнутыми глазами, чтобы