Надуй щеки! Том 9 - А. Никл

Виктория уже хотела что-то ему ответить, но в этот момент раздался непривычный звук, точнее мелодия, отчего наша гостья подпрыгнула на месте чуть ли не на пол метра и принялась лихорадочно шарить себя по карманам.

Звонил её телефон.

На лице у женщины смешались столь противоречивые эмоции, что я посчитал неприличным смотреть на неё в упор. Это была неистовая надежда, помноженная на радость и чувство облегчение вместе с уверенностью, что теперь-то её проблемы наконец закончатся.

— Да! Да! Да, дорогой! Почему ты не отвечал вчера! Я вся извелась! Да! Слушаю!

Было видно, что ей было трудно успокоиться, но слушая голос мужа, она приложила максимум усилий, чтобы это сделать. Затем совсем умолкла и слушала, что он ей говорит.

Я не слышал, что конкретно говорил мужчина на том конце провода, но хорошо слышал его тон, с которым он выражал свои мысли. И тут меня снова кольнуло. Всё, что вертелось в моей голове во время сна, выплыло наружу. Что-то не сходилось. Не говорят так спокойно, если только что выяснили, что близкий человек жив, частично здоров, но находится в бедственном положении.

Однако, Виктория этого, словно не замечала. Да и куда ей было. По лицу женщины, изрубленному уродливыми красными шрамами текли целые ручьи слёз только от того, что она слышала голос мужа. В мыслях она уже была на седьмом небе и в объятиях родных людей.

Вот только она находилась тут, и до дома ей было ещё ой, как не близко.

— Да, родной, — это уже почти шёпотом. — Конечно, я всё понимаю! Да я и не обижаюсь. Просто мне было так страшно! Так страшно! Но хорошо, что всё закончилось! Я теперь самая счастливая. Так хочу увидеть тебя скорее.

Тут она случайно прикоснулась свободной рукой к лицу, и замерла. Даже забыла сказать, что хотела мужу. А тот продолжал что-то вещать ей ровным голосом.

— Да, хорошо, — это она говорила уже сдавленно. — Обязательно. Жду, конечно. Адрес? Сейчас.

Чан, поняв, что нужно без слов, чтобы не вызывать лишних подозрений написал на салфетке адрес их дома. Виктория продиктовала его мужу.

— Я в мотеле, да. Ну хватило на дешёвенький. Да что ты, родной, у меня нет тут никаких знакомых. Это же другой край света! Конечно, жду.

Она дождалась, пока её муж нажмёт отбой и громко выдохнула.

— Чуть не попалась на радостях, — проговорила она, словно оправдываясь перед нами. — У меня муж жутко ревнивый. Подумает ещё, что я у любовника.

Чан фыркнул, а я напрягся ещё больше.

Ревнивый муж? Правда? И поэтому позвонил только на следующий день?

Глянув на часы, я понял, что пора идти в школу. Но вместе с тем понимал, что не хочу уходить. Моя интуиция буквально кричала, что нужно остаться вместе с Викторией.

— Что он вам сказал? — спросил я.

— Что всё устроит, — доверительно ответила наша гостья. — Он сказал, что скоро пришлёт номер машины, которая заберёт меня и отвезёт.

Повисла пауза в несколько секунд.

— В аэропорт? — я поднял правую бровь.

— Он не сказал. Просто сказал, что пришлёт за мной машину, вот и всё.

Я глянул на Чана. Тот непонимающе хлопал глазами.

— Послушай, — сказал я ему, глядя прямо в глаза, словно так до него лучше могли дойти мои слова, — иди сейчас в школу один. Мне нужно кое-что решить.

— Да что вы, не стоит, — попыталась протестовать женщина, — я могу и на улице подождать. Вряд ли это займёт много времени. Мой муж очень влиятельный человек, он привык всё делать быстро и наверняка.

— Вот именно, — пробубнил я себе под нос.

— Что? — переспросили в один голос Чан и Виктория.

— Ничего, мысли вслух. Чан, только ключи оставь.

Виктория вопросительно смотрела на меня. Чан поморщился, но ключи вытащил и положил на стол перед собой.

— Только Юми не говори, а то она… А, впрочем, по фигу.

Отлично, — решил я, — научился нести ответственность за собственные поступки. Это дорогого стоит.

Но все эти мысли лишь скользили по краю сознания. Сейчас меня больше всего занимала именно наша гостья, и её странная судьба. Хотя, если всё так, как я подозреваю, то ничего странного нет.

— А вы, Виктория, — проговорил я, откидываясь на спинку, чтобы показать, что никуда не спешу, — расскажите, пожалуйста, о вашей семье.

— О чём конкретно?

Гостья нахмурилась, но лишь потому, что совсем не понимала, к чему мои вопросы. Ей, по всей вероятности, хотелось петь и плясать. Подозреваю, что и бабочки порхали в животе. Что ж, в таком случае у меня будет очень неприятная функция. Придётся выжечь их напалмом, если мои подозрения подтвердятся.

— Ладно, я ушёл, — сказал Чан, подхватил свою сумку и выскочил из квартиры.

Он хорошо знал мои повадки, поэтому предпочёл ретироваться до того, как я начну вникать в суть. Хотя могу побиться об заклад, что ему до смерти было интересно, в чём там дело.

— Обо всём, — ответил я, глядя Виктории прямо в глаза, будто удав, встретивший кролика. — О семье, о муже, о ваших отношениях.

— О, мы давно вместе, — улыбнулась женщина, и её глаза мгновенно покрылись незримой простому глазу плёнкой, что говорило о погружении в собственные воспоминания. — Роберт обратил на меня внимание, когда я была совсем девчонкой. Мы какое-то время встречались, потом некоторое время жили порознь, но в один прекрасный момент сошлись вновь.

Треньк. Как какой-то звоночек прозвенел у меня в сознании. Обычная вроде ситуация. Люди сначала встречаются, затем расстаются, понимают, что идеально подходили друг другу, и сходятся вновь. Но тут что-то странное. Не на поверхности, в глубине.

— Я родила ему прекрасных детей, — Виктория буквально сияла, как новогодняя ёлка, — старший вот уже свои небольшие выставки делает, — она мгновенно помрачнела. — А я тут пропадаю. Но не в этом дело. Главное, что мы любим друг друга с Робертом. И он всегда меня называл своим ангелом-хранителем и залогом своего успеха.

— Почему? — спросил я примерно с тем выражением, с каким следователи допытывались у меня об отношениях с покойным министром образования.

— Как-то так совпало, что стоило ему взять меня замуж, как дела у него пошли в гору. Он попросил придумать меня название для его компании, я в шутку