Из пешек в королевы - Виктор Вагнер
На протяжении десяти минут он рассказывал про то, как и что разводят морские фермеры, как всё это раскинувшееся по огромной акватории хозяйство переживает штормы и так далее. Он рассказывал очень интересно, и, главное, очень доходчиво. Пожалуй, чтобы узнать о марикультуре больше, нужно было не один день поплавать среди этих сооружений, а может, даже и поработать на ферме.
В процессе рассказа рука Дара как-то ненавязчиво скользнула вокруг талии Сандры. Девушка прижалась к плечу моряка. Это было неожиданно приятно. Здесь, посреди открытого океана, под порывами ветра надвигающегося шторма, ощутить надёжную опору в виде твёрдого плеча.
Через некоторое время Сандра осознала, что с ней происходит:
— В первый раз вижу, как девушку клеят путём рассказа о разведении планктона, — нежно шепнула она на ухо Дару.
— И тебе нравится такой способ? — как ни в чем не бывало ухмыльнулся он и, не дав ей ответить потянулся губами к её губам. Поцелуй вызвал такую реакцию её тела, какой она совершенно не ожидала. Опытный Дар это, конечно же, заметил:
— Ну что, будешь ночевать в гостевой каюте или в капитанской?
Сандра тряхнула головой, сбрасывая с себя наваждение. В объятьях Дара было здорово, но почему-то ей казалось что любвеобильный капитан это не тот человек, которого она хотела бы видеть своим первым партнёром.
— В гостевой, — решительно сказала она.
Дар пожал плечами, пожелал спокойной ночи и удалился в рубку.
Санрейс
Ночевал экипаж «семнашки» в свободной каюте на борту снабженца. А сам гидросамолёт — на палубе, поднятый туда краном. Потому что прогноз обещал, что волнение к ночи разгуляется. Двухсотметровому снабженцу, стоявшему на шести огромных колоннах, уходивших к погруженным под воду поплавкам, это было не страшно, он даже качки практически не испытывал, а для маленького гидросамолёта опасно.
Сандра забилась на верхнюю койку и заснула очень быстро. Хельга внизу вроде ещё лежала с книжкой в руках.
Глубокой ночью вдруг кто-то разбудил Сандру, потрогав за плечо. Она открыла глаза и увидела в свете, падающем из коридора через открытую дверь, что у койки стоит Дар в штормовом костюме, на котором блестят капли воды.
Она было хотела возмутиться, мол, послан — иди, но вопрос, заданный капитаном, показал, что тут дело серьёзное:
— Сандра, у тебя какой метеоминимум на лёгкий вертолёт?
— Двести на двадцать пять. При ветре до десяти.
Дар присвистнул. Такие цифры типичны для опытных пилотов, десятки лет проведших за штурвалом, а не для пятнадцатилетней девчонки.
— А если на необорудованную площадку?
— Ну я же сказала. На площадку с нормальными приводами автопилот и при «ноль на ноль» посадит.
— Слушай, тут в санрейс лететь надо, а мой вертолётчик вчера пообщался с иглоспином и сам в лазарете лежит с опухшей рукой. А Джон и Хельга — самолётчики. У них на вертолёт любительские права с две тысячи на двести.
Сандра резко села на койке, чудом не стукнувшись о подволок головой.
— Выйди и не мешай мне одеваться, — сказала она, соскакивая с койки.
Не то чтобы девушка стеснялась, просто каюта была маленькой, и стоящий в проходе Дар чисто физически занимал слишком много места.
Через пять минут Сандра уже сидела в лёгком вертолёте, стоящем на вертолётной площадке снабженца, двигатель тихо гудел, раскручивая винт на нулевом шаге, а Дар, стоя около открытой двери кабины, давал последние инструкции.
Потом он хлопнул её по плечу, желая счастливой дороги, захлопнул дверь и отбежал под прикрытие надстройки.
Сандра дождалась, пока он скроется — при взлёте в такую погоду можно просесть и нечаянно винтом срубить голову замешкавшемуся провожающему, после чего дёрнула за рычаг управления шагом винта. Вертолёт кошкой прыгнул вверх.
Внизу катило пенные волны море. В стёкла колотил дождь, скрывший волны и корабль из виду, когда она ещё не успела и ста метров высоты набрать, но гирокомпас и приёмники спутникового сигнала работали устойчиво, на навигационном экране светился маршрут, всё было в порядке. Обычный рейс в сложных погодных условиях. Таких Сандра уже успела намотать не одну тысячу километров.
К тому моменту, как они подлетели к цели, дождь поутих, кромка облаков поднялась до полутора сотен метров, и если бы не порывистый ветер, можно было бы сказать, что это идеальная погода чтобы тренировать новичков садиться на необорудованную площадку. Впрочем, площадка не совсем необорудованная. Вон кусками кораллового известняка на серой гальке аккуратно выложен круг с перекрестием.
Девушка мягко посадила машину и заглушила двигатель. Не дожидаясь, пока винты остановятся, доктор Пьер, бортовой врач снабженца, выскочил из кабины со своим саквояжем и бегом бросился к ожидавшим на краю площадки людям.
Сандра не спеша выбралась со своего места, вытащила из грузового отсека носилки, вручила их двум подбежавшим крепким парням.
Минут через пятнадцать они притащили на носилках пожилого рыбака, по расовому типу то ли очень загорелого японца, то ли океанийско-европейского метиса. Рядом с носилками шёл доктор Пьер.
— Сандра, на корабль его сейчас везти бессмысленно, — сказал он извиняющимся тоном. — Его в серьёзный госпиталь с регванной нужно. До Порт-Маккавити у нас горючего хватит?
Сандра вывела на экран свежую метеокарту.
— В Порт-Маккавити мы сейчас не долетим. Тут как раз по дороге грозовой фронт, через такое только на флиттере летать, и то поверху. А вот Хчыагнул… Но горючего впритык. Так, до Айола должно хватить.
Она вытащила свой обычный телефон и нашла запись в записной книжке:
— Алло, Нэсрин, ты сейчас в Айоле? Слушай, неважно, кто я, увидишь, вспомнишь. Тут дело такое, мне надо эвакуировать с Хачтрадских островов больного в Хчыагнульский госпиталь, в Порт-Маккавити погода не пускает, а до Хчыагнула я без дозаправки не дотяну. Ты можешь мне в Айоле полтонны бутанола налить? И послать дрон посмотреть вблизи на перевал, пока я до вас долечу, чтобы знать, через Айольский овринг мне идти или через Пойдёшь-Не-Вернёшься. Давай ты мне потом рассказывать будешь, что я охренела, когда я на вашей площадке стоять буду.
С Нэсрин, дочерью хозяев рудника в Айоле, Сандра познакомилась в Хчыагнуле, когда она ещё работала подмастерьем, а Нэсрин училась в горном техникуме. Сейчас айолка уже закончила учиться и работала на семейном руднике. Очень удачно, что он оказался как раз на пути между островом, с которого надо
