Лесовички. В поисках Громыхи - Татьяна Смирнова

– А как же мы, – захныкали они. – Мы смышлёныши! Наш лес тоже дальний! Мы тоже будем играть!

– Не знаю, не знаю… – недоверчиво протянула Кляква. Зайчата смотрели на неё во все глаза, так же как и Ясенка. Что она задумала? – Пожалуй, я могла бы вас научить… Однако… – Кляква обвела зайчат строгим взглядом и погрозила им пальцем. – Знание это секретное и серьёзное, и мне не поздоровится, если кто-то узнает, что я вам рассказала. Вам нужно слушаться меня и следовать правилам игры не-у-кос-ни-тель-но. Вам понятно?

Зайчата послушно закивали. Их хвосты и уши дрожали от предвкушения.

– Мы будем охотиться на Ясенку, – заявила Кляква. Ясенка возмущённо пискнула, но возражать не решилась. Очевидно, у Кляквы был план. – Нашей задачей будет притаиться так тихонько, как только можно. Занять самые лучшие наблюдательные места. Чтобы, когда Ясенка зашла в комнату, она бы не сразу нас заметила. Чтобы расслабилась и перестала ждать подвоха – и тут уж мы накинемся на неё всей гурьбой.

– А это зачем? – пискнул один из зайчат.

– Для веселья, – весомо произнесла Кляква, и никто не осмелился ей возразить.

– Ну-ка, – сказала она, – все спрятались по укромным местечкам!

Зайчата закопошились и затопотали по комнате, разбегаясь кто куда: кто-то запрыгнул на полку с игрушками, кто-то забрался в жёлтое вёдерко, кто-то попытался слиться с половичком.

– Отлично! – сказала Кляква торжественным шёпотом. – А теперь… а теперь все должны закрыть глаза крепко-крепко и не открывать без моей команды.

– Чего-о-о-о?

– Почему-у-у-у?

– Не хотим!

– Не будем!

– Цыц, несмышлёныши! – шикнула на них Кляква. – Вот поэтому я и говорю, что в эту игру нельзя играть таким малышам, как вы. Неужели вы не знаете, что лесовички слышат каждое шевеление ресничек? Если не зажмуриться, Ясенка вас раскроет в два счёта. Ой, да что я вам объясняю. – Она махнула рукой. – Играйте сами как хотите.

Ясенка посмотрела на Клякву с неподдельным восхищением. Пришлось признать, что помощник детектива из этой лохматушки и впрямь получился идеальный – смекалистый и незаменимый.

– Нет, мы будем зайцами в засаде!

– Мы зажмуримся крепко-крепко!

– Ясенка нас ни за что не обнаружит.

– То-то же, – довольно сказала Кляква. – На счёт три все зажмуриваемся! Раз, два, три… Прекрасно! И помните: ни звука! Пока я не подам сигнал, сидим тихонько, не сопим носами, не бурчим, не ворочаемся и не дёргаем лапами.

– А как же… – вдруг пискнул один из зайчат, – как же мы спрячемся в засаде, если Ясенка нас прямо сейчас видит?

– Хм… – на мгновение задумалась Кляква. – А у неё память как у малька!

Ясенка недовольно поджала губы и ущипнула Клякву за бок. Кляква сдавленно ойкнула, но продолжила как ни в чём не бывало:

– Она забудет, где вы спрятались, как только выйдет отсюда. Помяните моё слово! А теперь все притихли! Игра началась!

И Ясенка с Кляквой выскользнули из комнаты.

– Несмышлёныши, как есть несмышлёныши, – хихикнула Кляква, когда они оказались на безопасном расстоянии от детской. – Заметила что-нибудь подозрительное?

Ясенка удручённо покачала головой. Комната зайчат была самой обычной, разве что в ней была мебель и беспорядка оказалось ещё больше, чем на кухне. Пока Кляква и зайчата обходили детскую в поисках лучших укрытий, Ясенка что есть силы топала по полу, проверяя, не провалится ли земля под её ногой, не обнаружится ли потайной ход, – но ничего не происходило. Она даже заглянула в шкаф, под кроватки и за ведро с ореховыми скорлупками, но нигде не было ни тени Громыхи, ни подозрительного сле́да, ни кровавой паслёновой ягоды.

– Ничего не поделать, – хмуро сказала Кляква, – нам нужно пробраться в спальню. Если вдруг заяц действительно виновен, то мы непременно обнаружим там неопровержимые улики… А если нет…

В воздухе повисло: «Значит, мы зря перебудили всё заячье семейство, и мама зайчиха убедится, что мы просто безобразницы и хулиганки, а настоящий преступник всё ещё разгуливает на свободе. И ещё: я была права».

Ясенка не хотела, чтобы Кляква была права.

– Найдём всё, до последней гнилой кочерыжки. Никуда они от нас не денутся.

Если это они.

Ясенка не заметила, как в её голову пробрались сомнения и принялись царапаться, когда она меньше всего этого ожидала. Ясенка мысленно перебрала улики: вмятины на двери, рыжеватая шерстинка, следы коготков на полу. Паслён. Рисунок. Морковный крем? Мотивы: личная неприязнь, любовь к пирожным, угрозы оторвать хвост. Подозрения: странное поведение, нападки зайчихи, слова мышонка Альберта… Ясенка верила мышонку Альберту. Он был настоящим детективом, наблюдательным и цепким. И у него был самый настоящий нюх на преступников и вредителей.

«Настоящие детективы верят только самим себе», – подсказал Ясенке внутренний голос. «Вот я и поверю, – огрызнулась она. – Прямо сейчас пойду и во всём убежусь». К тому же было и ещё кое-что, что заставляло Ясенку подозревать зайца. Каждый раз, когда Ясенка приходила на полянку считать паслён, она видела его серый хвост, мелькающий меж кустов аккурат в сторону Громыхиного дома. Что он там делал?

– Нам нужно разделиться, – наконец решившись, шепнула Ясенка. – Когда мы войдём в спальню, я буду искать улики. А ты ищи Громыху. Она может быть в шкафу, в коробке, в секретном подвале, в морковных очистках, в сосновых иголках…

– А также в опилках, в стене, под кроватью, в кастрюле, в вишнёвых косточках, – понятливо кивнула Кляква. – Идём.

И они синхронно, как по команде, встали на носочки и приблизились к ведущему в спальню проёму. Здесь заросли крушины становились гуще, словно охраняя заячий сон от незваных гостей. Ясенка попыталась раздвинуть ветки руками, но они были тяжёлые и не поддавались.

– Втянем животы и протиснемся здесь, – прошелестела Кляква, указывая коготком туда, где просвет был немного больше.

Ясенка недовольно фыркнула, представив, как её пушистая шёрстка останется на колючих неприветливых ветках и как поцарапается её мягкий живот. Но выбора не было.

– Втянем животы, – кивнула она и отважно шагнула вперёд.

Заросли крушины сдавили её, и она жалобно пискнула, не удержавшись. Следом за ней, от неожиданности, пискнула Кляква. А в следующее же мгновение они замерли в ужасе: в ночной тишине их писк прозвучал так, словно мог перебудить пол-леса.

– Мфпфр… – раздалось недовольное ворчание из глубины спальни. – Кто здесь ходит? Лесовички-непоседы, это снова вы шатаетесь где не нужно?

– Хр-р-р-р-р-р, – закричала Ясенка что есть силы. От страха ли, или от нервов, или от холодной осенней ночи, но голос её охрип и теперь звучал как самый настоящий храп. – Хр-р-р-р-р-р-р-р!

– Хр-р-р-р, – присоединилась к ней Кляква, но Ясенка тут же толкнула Клякву ло́ктем в бок. Голос у