Лесовички. В поисках Громыхи - Татьяна Смирнова

в том, что лесовички смогут пробраться в заячье жилище и не вызвать никаких подозрений. Пусть им придётся потратить немного сил, чтобы уложить спать зайчат. Зато, когда всё заячье семейство погрузится в сон, у них будет целая пропасть времени всё осмотреть и найти такие улики и доказательства, против которых даже въедливая зайчиха не найдёт что возразить.

В кустах крушины притаилось три комнаты. Пробравшись в заросли, Ясенка и Кляква тут же попали в кухню – по крайней мере, так Ясенка решила, увидев разбросанные по полу обглоданные кочерыжки и пожухлые листочки. Ну и беспорядок! Ясенка понадеялась, что в этом доме хотя бы не принято есть с пола. Но надежды было мало, потому что посуды нигде не было видно. Как и мебели. Только голая земля, густой кустарник – протискиваться через него приходилось с трудом – и разбросанные объедки.

Ясенка зашарила цепким взглядом по кухне, выискивая подвал, или проход, или потайной лаз. Даже попрыгала тихонько, надеясь, что земля провалится под её ногами и она упадёт прямиком на голову Громыхе, томящейся в плену. Но ничего подобного с ней не произошло. Это была самая непримечательная кухня на свете. Разве что очень неопрятная.

Из кухни заросли уводили в две другие комнаты. Та, что побольше, догадалась Ясенка, была спальней зайца и зайчихи – именно оттуда вскоре послышался тонкий заячий храп. Из комнаты поменьше доносилось топотание и попискивание – это, должно быть, была детская. Туда Ясенка совсем не спешила.

– Немного не по себе, да? – сказала она, повернувшись к Клякве.

– А?

Ясенка фыркнула от возмущения: Кляква отыскала орех и жевала его как ни в чём не бывало, будто это не она сейчас находилась в доме Громыхиного похитителя, будто не на её плечи ложилась тяжелейшая задача – отыскать улики. А ещё лучше – саму Громыху.

– Тебе что, совсем всё равно? – прошипела Ясенка.

Кляква пожала плечами:

– Просто проголодалась. Хочешь половинку?

Она протянула Ясенке обслюнявленный кусочек орешка, и Ясенка, поколебавшись, взяла его и принялась жевать. Орешек был на вкус сладким и немного молочным. В животе у Ясенки заурчало, и она вспомнила, что ничего не ела с самого утра. Быть детективом-сыщицей непросто: порой ради расследования приходится забыть и о кленовых пряничках, и об игре в бубель-губель. Хорошо, что все загадки рано или поздно раскрываются, а пряники и игры никогда не заканчиваются и всегда можно к ним вернуться.

– Больше нет орешков?

Кляква печально вздохнула и помотала головой:

– Тут на земле только один валялся.

– Ты что, лохматушка! – ахнула Ясенка. – Это же могла быть улика!

Но в глубине души она была очень рада, что Кляква не подумала об этом. Ведь тогда Ясенка была бы на пол-орешка голоднее, чем сейчас.

В ночи вдруг послышался страшный вой. Ясенка и Кляква вздрогнули.

– Волкоподобные чудовища, – прошептала Кляква.

«Или привидение», – подумала Ясенка. И вспомнила: паслён. Зачем-то ещё был паслён.

Кусты раздвинулись, и из спальни показалась голова зайчихи. Она выглядела ужасно недовольной.

– Это вы шумите? – спросила она. – Что вы так долго вынюхиваете на моей кухне?

– Мы просто… – пробормотала Ясенка, силясь найти оправдание, но, как назло, ничего не приходило в голову.

– Опустошаете мои запасы? Объедаете бедных зайчат?

– Запасов я как раз не наблюдаю, – буркнула Кляква так, чтобы её слышала только Ясенка. Ясенка не сдержалась и хихикнула, из-за чего зайчиха сделалась ещё более сердитой.

– Бегом в детскую! – прикрикнула она.

– Уже бежим! – пискнула Кляква и схватила Ясенку за локоть, увлекая её за собой.

Они вбежали в заячью детскую вприпрыжку, как два скакучих шарика, тихонечко пофыркивая от смеха и радуясь, что зайчиха ни о чём не догадалась. В детской творилась какая-то суета, летали соломинки и перья, а по комнате носились семеро зайчат. Возможно, их было немногим больше или меньше: из-за скорости, с какой они перемещались, рассмотреть точно было нельзя. Перед глазами лесовичек беспорядочно мелькали заячьи уши, хвосты, перепачканные кашей носы, красные и синие штанишки и зубы, хорошо почищенные на ночь и не очень.

– Это не зайчата, а какие-то метеоры, – ахнула Кляква. Ясенка угрюмо угукнула, соглашаясь.

– Эй! – позвала она, но её тоненькому голоску не удалось пробиться сквозь создаваемый зайчатами шум. Тогда Ясенка и Кляква откашлялись и сказали вместе на три-четыре:

– Э-ге-гей!

Сработало! На них тут же уставились четырнадцать глаз-бусинок.

– Вы чего это тут разгулялись? – строго спросила Ясенка. – Всем маленьким зайчатам уже давно пора спать.

– Мы не будем спать, – после небольшой паузы заявил зайчонок покрупнее, выступая вперёд. – Мы решили устроить пижамную вечеринку.

Ясенка с сомнением оглядела зайчат.

– Ничего не выйдет, – сказала она. – У вас даже пижам нет. К тому же все вечеринки в лесу проводятся в дневное время. Такие правила.

Зайчата тут же скуксились и поникли ушами, их глаза подозрительно заблестели.

– О нет, нет-нет-нет, – зашептала Кляква, – прекрати немедленно, они же сейчас расплачутся, и тогда мы их никогда в жизни не уложим.

– Они устанут плакать – и уложим, – так же тихо прошептала Ясенка, в глубине души понимая, что в словах Кляквы есть резон.

– У нас в крушине свои правила! – пискнул другой зайчонок, с рыжеватым ухом. Остальные зайчата тоже оживились и запищали наперебой:

– Мы устраиваем пижамные вечеринки без пижамы!

– И прыгаем по ночам сколько нам вздумается!

– И бросаемся подушками!

– И устраиваем снежного зайца!

Ясенка и Кляква переглянулись. «Снежный заяц» звучало подозрительно и не сулило ничего хорошего. Но не успели они попросить пояснений, как один из зайчат подкинул подушку, а другой подпрыгнул высоко в воздух и вцепился в неё зубами. Из подушки тут же посыпались перья и облепили зайчат. Зайчата заскакали по комнате с ещё бо́льшим энтузиазмом.

– Снежные зайцы! Снежные зайцы! – пищали они. – Снежные зайцы не носят пижамы!

Ясенка беспомощно посмотрела на Клякву. «Придумай что-нибудь», – умолял её взгляд. У Кляквы было четыре младших сестрёнки – кому, как не ей, было знать, как обращаться с неугомонными пушистыми младенцами. Кляква понимающе кивнула и зажмурилась на мгновение. А потом выступила вперёд и сказала:

– А спорим, вы не умеете играть в «Снежный заяц сидит в засаде»?

– Ещё чего! – запищали зайчата. – Всё мы умеем!

– Мы во всех зайцев умеем!

– В снежных и дождевых!

– В засаде и в рассаде!

– Пф, куда вам, несмышлёнышам, – фыркнула Кляква. – Это секретная игра для пижамных вечеринок без пижамы. В неё играют только взрослые лесовички и зайцы из дальних лесов.

Зайчата