Из пешек в королевы - Виктор Вагнер
— Ладно, — сказала Венера. — С этим потом разберёмся. Поехали.
Когда Нора увидела машину она пришла в совершенно детский восторг:
— Ух ты, оно с колёсами. Настоящими. Оно на них ездит?
— Ну ты же только что проехала пятьсот километров на мотриссе. Она тоже с колёсами и тоже ездит. Только у неё колёс больше, у каждого вагона по восемь штук, а всего тридцать два. А у нас тут только четыре.
— Нет, это совсем не то. Железная дорога — это что-то такое специальное. Это огромная железная конструкция. На Далийском Мосту она стоит всего ничего, меня еле в вагон успели подсадить, а здесь я выхожу прямо из двери на эту площадку, забыла как называется, и никаких колёс не видно, оно погружено под площадку, как лодка в воду. А это городской экипаж? — продолжала спрашивать Нора, уже сидя в машине на заднем сиденье. — Ой, а ведь у вас есть король, значит, наверное есть и королева?
— Нет у нас королевы, — грустно сказала Венера, сидевшая рядом с Норой. — уже пять лет, как мама умерла, а папа почему-то второй раз жениться не хочет.
— Извини, что я тебя расстроила, — продолжала трещать Нора. — Я же не знала, что это тебя так близко касается. А ты, значит, принцесса? Я и не думала, когда тётя Ильма сказала Еве, что король займётся моими проблемами, что мной действительно будет заниматься королевская семья.
Тем временем машина проехала небольшое расстояние, отделяющее вокзал от склона кальдеры, и перед пассажирами открылась панорама бухты.
— А это что? — ахнула Нора.
— Это море. Вот сейчас мы проедем зигзагом через весь Боотис и спустимся на самый берег. Госпиталь стоит на берегу, почти на пляже. Так что если врач разрешит, через часик ты сможешь искупаться. Ты никогда раньше на море не была?
Они проехали вниз до самой набережной. Госпиталь в Боотисе располагался на самом берегу моря и даже имел собственный пляж.
Венера занялась устройством подопечной на новом месте, а Сандра поехала обратно вверх по серпантину ставить машину на место. Покончив с этим, она почти бегом рванула обратно в госпиталь. Нора уже пообщалась с врачом и устроилась в палате, так что теперь они вместе с Венерой сидели на скамейке в тени, неподалёку от пляжа. Хотя Арктур на Ованфорсар жарит так же сильно, как и в Боотисе, и кожу молодой женщины покрывал замечательный загар, Венера всё же внимательно следила за тем, чтобы только что попавшая в Боотис Нора не торчала под прямыми лучами слишком долго.
Плюхнувшись рядом с ними на скамейку, Сандра, помнившая недавний урок короля, спросила её:
— А ты домой-то позвонила?
— Позвонила? Зачем? — удивилась та.
— Ну как, сообщить мужу, что ты благополучно добралась до цели своего путешествия. У нас обычно даже наладчики оборудования, мотающиеся по городам и весям чуть ли не каждую неделю, доехав до цели, звонят домой. А для тебя это путешествие явно большое событие. Наверно, дома за тебя беспокоятся.
— Наверное, ты права, — задумалась Нора. — Но у меня нет коммуникатора.
— Ну нифига же себе… — ошалело пробормотала Венера. — Поехать в такое путешествие и не взять с собой коммуникатор. Очень торопилась собраться?
— Ты не поняла, — попыталась объяснить ованфорсарка. — У меня его вообще нет. У нас на весь Ованфорсар их хорошо если десяток наберётся. У нас в деревне — два. В общинном доме и у кузнеца. Кузнецу зачем-то свой отдельный понадобился. А так больше одного не надо.
Девочки ещё сильнее удивились, и над скамейкой повисла долгая пауза.
— Ну возьми, позвони с моего, — преодолела, наконец, ступор Сандра. — Номер-то хоть помнишь?
— Никогда не приходило в голову его выучить, — призналась Нора.
Тут наконец пришла в себя Венера, вытащила свой телефон и ткнула пальцем в экран:
— Алло, папа, скинь мне контакт тёти Ильмы.
— Зачем?
— Я хочу узнать номер коммуникатора той ованфорсарской деревни, откуда Нора. Наверняка же доктор Линдсней знает. Чтобы Нора домой позвонила и сказала, что всё в порядке.
— Кстати, Ильма сама сейчас в Ованфорсар, скорее всего. Так что, может быть, она просто передаст сразу кому надо.
— Нет, номер всё равно надо узнать. А то Норе здесь ещё пару месяцев лежать, ей же скучно будет без своих.
Услышав эту реплику, Сандра секунду подумала и решилась. Она вытащила из сумочки двадцатисантиметровый планшет, бывший её верным спутником ещё в Хчыагнуле, и протянула Норе:
— Держи, это подарок.
— Я не могу такое принять, такая ценная вещь…
— Ну, может быть, у вас там на болотах это и ценная вещь. А здесь в городе какой-нибудь коммуникационный гаджет должен быть у каждого. У меня вон ещё маленький телефон есть. И вообще, я всё равно собиралась завести планшет побольше. А то для учёбы в колледже этот маловат. У нас же там постоянно то планы, то карты, то диаграммы Гантта.
Тем временем Венера выяснила нужный номер, и вдвоём они, преодолев нешуточное сопротивление, заставили Нору самостоятельно позвонить домой. Уже наступил вечер, и всё население уже вернулось домой. Поэтому Нора сумела по видеосвязи познакомить девушек со всеми тремя своими мужьями, с Эвой, являвшейся кем-то вроде всеобщей бабушки, и с собаками, которые, услышав из коммуникатора голос Норы, лезли на колени к державшему аппарат и тыкались носом в экран.
С Норой почему-то было удивительно легко общаться. Совершенно взрослая — лет двадцать, не меньше, да и ребёнок у неё был не первый. Однако в городе ей было всё в новинку, и это обстоятельство уравнивало её с Сандрой и Венерой, несмотря на разницу в возрасте.
За этот вечер, помогая, молодой женщине устроиться в госпитале, они успели обсудить огромное количество тем. Венера поплакалась про то, что после смерти её матери король не сошёлся ни с одной женщиной. Нора не могла этого понять. В Ованфорсар — групповые семьи, из нескольких мужчин и женщин, да и связи на стороне считаются чем-то совершенно нормальным.
Для Норы подобная коллизия явно проходила по ведомству «странных обычаев гэзера». Она вспомнила своего двоюродного брата, который лет в пятнадцать ушёл из болота в большой мир. У него тоже были поначалу проблемы при общении с городскими девушками. Но потом он обратился к одному психологу в Му-Сити,
