Маркатис #2. Курс 1. Октябрь. 18+ (с иллюстрациями) - Гарри Фокс

— Я в ахуе. Вот что я скажу, — мои слова прозвучали плоскими, лишёнными всякой интонации.

И я опрокинул вискарь в себя, как будто мог сжечь этой жидкостью ту новую, чужую реальность, которую мне только что подсунули вместо моей собственной жизни.

Жанна стояла неподвижно, её плечи опустились. Она прошептала так тихо, что это почти утонуло в гуле праздника за стенами:

— Я тебе не нравлюсь?

— Нравишься, — ответил я, и это была правда. Но правда сложная, с оговорками. — Но…

— Что «но»?

Я провёл рукой по лицу.

— Может, тебе лучше быть с Алариком? Это было бы… проще.

— Не хочу я быть с этим идиотом! — вспыхнула она, и в её глазах снова появился огонь. — Я старая для тебя? Или что⁈

— Не дави, — попросил я устало. — Это всё неожиданно. Мне нужно переварить в голове. Слишком много событий. Наследный принц? Но… Мария… Вот же зараза.

Жанна сделала шаг ближе. Её запах — смесь духов, вискаря и чего-то беззащитного — ударил в нос.

— У нас же матриархат? — спросил я. — Не должно же быть наоборот? Почему у меня должны быть фаворитки?

— Так всегда было заведено, — объяснила она, как будто это было самым естественным делом в мире. — Отец будет только рад пристроить меня ко двору. А я… я буду счастлива быть рядом с тобой. В любом качестве.

— Жанна, успокойся. Ты явно не в себе.

— Не в себе? Конечно, не в себе! — её голос задрожал. — Я твоя девушка. Я твоя первая. У нас всё могло получиться… А ещё моя сестра. Она то и дело строчит тебе любовные письма, я уже устала их сжигать.

— Ох, — я невольно усмехнулся, несмотря на весь абсурд. — Да, она у тебя очень приставучая.

Жанна подошла вплотную и взяла мои руки в свои. Её пальцы были холодными.

— Мой дом благодарен тебе за спасение. И выдать меня тебе — это меньшее, что мы можем сделать.

— Но ты не вещь, которую можно «выдать», — возразил я.

— Я сама этого хочу! — выдохнула она, и в её глазах горела такая отчаянная решимость, что стало не по себе.

Я глубоко вздохнул, пытаясь найти хоть какую-то опору в этом рушащемся мире.

— Дай мне подумать.

— Сколько?

— Я не знаю, — признался я, и это была чистая правда.

Жанна посмотрела в ту сторону, куда скрылись Вика и Лена, и её губы дрогнули.

— Я надеюсь, что стану одной из твоих.

— Одной из? — я не смог скрыть удивления в голосе.

— Императору положено иметь десяток фавориток. Но если жена разрешит, — она сказала это так, будто обсуждала расписание занятий. — Вика и Лена тоже хотят.

Я просто смотрел на неё, пытаясь понять.

— В чём прикол? Ладно, я могу понять тебя. Хотя это странно. Но… почему все так… рвутся?

— Статус. Власть. Лучшее будущее для своего рода. Никакой ответственности, только быть ласковой с императором и получать удовольствие от жизни, — она перечисляла, как заученный урок. — Все девушки мечтают об этом. Все аристократки. Хоть и не скажут это прямо.

— Все мечтают об императорском члене? — грубо вырвалось у меня. — В данной ситуации — о моём?

— Да, — без тени смущения ответила Жанна. — Новость ещё не сильно распространилась. Но… думаю, уже завтра тебя начнут заваливать фотками и письмами из знатных домов. Если письма уже не в пути.

— Императрица и десять фавориток… — я произнёс это вслух, и слова казались какими-то инопланетными, лишёнными смысла.

Жанна взяла мою руку вновь и мягко, почти благоговейно, поцеловала её в тыльную сторону.

— Я буду только твоей. Дай мне шанс.

В моей голове пронеслась единственная связная мысль: «Что за сёр Сюр⁈» Это был мир, в котором честь для женщины — стать одной из многих наложниц. И они сами этого жаждали. От этой мысли становилось физически дурно.

— Я подумаю, — повторил я, выдергивая руку. — Ответа сразу не дам. Я ещё не знаю, что мне делать с Марией.

— Я подожду, — сказала она покорно, но её глаза снова загорелись. — А пока… можешь меня взять. Сейчас. Здесь. Как хочешь…

Она не закончила. Дверь с шумом распахнулась, и влетела Вика, запыхавшаяся и сияющая, а за ней, качая головой, вошла Лена.

— Всё! — провозгласила Вика, хватая со стола фляжку. — Давайте пить! Все выяснили? Все договорились? Тогда праздник продолжается!

Она была глотком безумной, но такой знакомой нормальности в этом новом, сюрреалистичном кошмаре, который теперь официально назывался моей жизнью.

Как только Вика и Лена вернулись, Жанна сразу отпрянула от меня, словно обожжённая. Она отошла к дальнему углу закулисья, где царила более густая тень. Лена тут же последовала за ней. Они устроились на каком-то ящике, склонив головы друг к другу. Я видел, как Лена что-то говорит быстро и тихо, жестикулируя, а Жанна слушает, опустив голову. Потом её плечи задрожали, она закрыла лицо руками. Лена обняла её, продолжая что-то нашептывать. Жанна отрицательно замотала головой, и я увидел, как по её щеке, освещённой случайным лучом света с площади, скатывается блестящая слеза.

А Вика… Вика кружилась вокруг меня, как навязчивая, пьяная моль. Её речь стала невнятной, а глаза смотрели куда-то сквозь меня, в какую-то свою, вискарём подслащённую реальность.

— Роберт, Роберт, Роберт, — она тянула моё имя, как карамельку. — Такой серьёзный. В моём вкусе. Сильный. Важный… наследный принц…

Она болтала, и я слушал её поток сознания около получаса, почти не вникая в слова. Это был просто фон, белый шум, заглушающий более тяжёлые мысли. Я кивал, улыбался, а сам смотрел на плачущую Жанну и думал о новости, о Марии, о том абсурдном титуле, который на меня свалили.

Вика в итоге практически в одиночку опустошила ту фляжку, потом, шатаясь, нашла под деревянным настилом сцены забытую кем-то бутылку какого-то дешёвого вина и принялась «догоняться». Итог был предсказуем: она сползла по стене в сидячее положение, её головка упала на грудь, а через минуту раздался тихий храп. Перед тем как окончательно отключиться, она пробормотала:

— Мм… обними меня…

Я посмотрел на эту сюрреалистичную картину: спящая пьяная Вика, плачущая Жанна в объятиях Лены. Всё внутри кричало, что нужно бежать. Отсюда. От этого всего.

— Мне нужно идти, — буркнул я, больше в пространство, чем конкретно кому-то.

Жанна тут же подняла голову, её заплаканные глаза встретились с моими. Она сделала движение, чтобы встать и догнать меня, но Лена резко взяла её за локоть и потянула обратно. Она что-то быстро и сердито прошипела Жанне на ухо. Та замерла, затем безвольно опустилась назад, лишь с