Избранная для магната с планеты Аксилор - Ксения Хоши

Я чувствую, как во мне взрывается маленькая, торжествующая искра.

— Спасибо, ксинт Дайрен, — произношу, устраиваясь на сиденье. Сама чувствую, что в глазах светится искренняя благодарность.

Он не отвечает. Только обходит гравикар, чтобы забраться за приборную панель.

Дайрен на этот раз не плавно, а круто взмывает в воздух и ведет гравикар порывистыми маневрами, будто обходя невидимые в воздухе преграды. Сосредоточенный и собранный. Красивый. Любуюсь на него, пока не замечаю, что пялюсь слишком открыто. Отворачиваюсь к окну и замечаю далеко внизу огромный столб дыма. Похоже, это та самая авария.

Мы прибываем на платформу спустя двадцать минут.

Предприятие по добыче ксенара, принадлежащее Трою Дайрену

Незадолго до аварии

Площадка подсвечена тревожным красным светом, который бросает резкие блики на сталь, трубы и лица. Воздух пахнет озоном, раскалённым металлом и стрессом.

Я выхожу за Дайреном. И — замираю.

В этом освещении его лицо кажется ещё мужественнее. Дайрен красивый в голубом свете, но в красном — он опасен, божественно опасен. Такой мужчина способен повести за собой кого угодно.

Он резко оборачивается к группе встречающих в одинаковых серебристых комбинезонах с уплотненными защитными вставками.

— Доклад, — приказывает он.

Кто-то тут же подаёт ему планшет. Он пробегает глазами сводку.

— Что по пострадавшим?

— Восьмеро. Двое — тяжёлые, шестеро — средние, — отвечает высокий мужчина, вышедший вперед. На его комбинезоне красная нашивка, но букв не разглядеть. — Трое вейны, отравление ксенаровым паром. Остальные — люди и один векс. Все уже доставлены в клинику Локур.

Дайрен молча кивает, потом коротко нажимает возле своего уха и, отвернувшись, делает пару шагов.

— Энс, — выжидает пару секунд. — Распорядись, чтобы пострадавшим в Сантийском ущелье выплатили компенсации в двойном размере. Если кто-то захочет уволиться после восстановления, организуй трансферы на родные планеты.

Ни эмоций. Только ясный, бескомпромиссный голос. Он управляет ситуацией как шахматист, передвигающий фигуры на доске. Я стою в стороне и не могу оторвать взгляд. Он действует с такой точностью, уверенностью, силой… Это чертовски будоражит.

— Где Юрес? — спрашивает Дайрен у мужчины с красной нашивкой.

— На втором уровне, ксинт Дайрен, — рапортует тот. — Он с командой техников диагностируют проблему.

Дайрен поворачивается ко мне — я быстро возвращаюсь в себя.

— Все ещё хотите знать, как устроена платформа? — спрашивает, заметив мой взгляд.

— Да, — отвечаю чуть тише, чем хотела.

Он кивает.

— Пойдемте, покажу вам второй уровень, — в его глазах появляется едва заметная улыбка, и я понимаю, что своим внезапным интересом к его делу определенно вызвала его расположение.

Мы идем по металлической лестнице. Раздается скрежет железа, в воздухе гудение. Я стараюсь держаться рядом, как он велел. Но лестница крутая, а я всё ещё в атласном платье, которое ни капли не приспособлено к таким прогулкам.

Уровнем ниже — шумные, горячие коридоры, рядом по монорельсам в нишевых желобах проносятся контейнеры, на стенах мигают панели. Дайрен коротко показывает:

Коридор на втором ярусе добывающей платформы

(Вариация на тему)

— Это распределительный центр. Здесь происходит сепарация и первая стабилизация ксенара, прежде чем он пойдёт наверх. Вот эти трубы — это охлаждающие магистрали. А здесь — шлюз к нижнему ярусу. Там стоят собственно добывающие агрегаты и расположены реакторы.

Интересно до безумия. Вексы славятся своими технологиями. Если это предприятие Дайрена, то наверняка здесь все агрегаты и машины — вексианского производства. Я невольно преклоняюсь перед мощью разума этой расы. На Земле ничего подобного и в помине не встретишь.

Я иду чуть сзади. Дайрен шагает не быстро, но и не медленно, мне приходится поспевать.

Под ногами влажный рифленый настил. Скользкий металл. Мои шпильки плохо справляются с такой поверхностью. Я делаю неловкий шаг, каблук скользит по влажной глади. Поскальзываюсь! И сразу теряю равновесие. Сердце ухает в пятки.

— Трой! — вырывается у меня, прежде чем я куда-то падаю.

Я ударяюсь плечом, срываюсь с края и лечу в боковой желоб, который стремительно уходит вниз. Я качусь в нем словно по наклонной шахте. Ткань платья скользящая и не цепляется за поверхность, порода тут будто отполирована. Всё гладкое. Не за что зацепиться. Сердце гремит в груди. Больно. Страшно. Вокруг кромешная темнота.

А потом происходит удар. Я бьюсь обо что-то всем телом, весь воздух вылетает из легких. Темнеет в глазах.

Небытие.

12.

Трой

С первого взгляда я знал — она не такая, как прочие. Ещё когда только увидел у себя в кабинете. Четкая походка, прямая спина. Вся строгая и идеально выверенная.

Но она по-настоящему особенная. Не потому что упрямая, не потому что красивая. Таких землянок я видел сотни. И красивых, и строптивых. Но Весна…

Её шаги по полу моего кабинета звучали сухо, отрывисто, и с каждым новым я чувствовал, колебания в воздухе, будто от статического напряжения. Ещё до того, как она открыла рот, я ощутил в ней тот самый огонь. Пламя. Живое. Настоящее. Оно не горит ярко — оно жжёт изнутри. На это я и рассчитывал, когда обращался на Землю именно за ней.

Я постоянно работаю с землянами. И они обычно умные, вежливые, но… пластмассовые. Всё ради резюме, рейтинга, галочки в личном досье.

А Весна — нет. У неё каждая реакция — истинная. Даже раздражение, даже сдержанность — это не маска.

А когда она сказала, что ей снились реликвии… я не подал виду, но испытал триумфальное торжество. Я не ошибся. Все правильно. Это подтверждение, хотя и тонкое, почти мистическое.

Я собирался свозить её на перерабатывающее предприятие, добывающее вольтен из воздуха. Ей бы это понравилось — там чистая наука, сложные механизмы, машины. Я хотел увидеть, как она взглянет на них.