Личный аптекарь императора. Том 11 - Егор Золотарев
На всякий случай один из магов воды заключил ведьмака в ледяные объятия, а второй держал пистолет у его виска.
— Переводчика не найдёте, — решительно сказал Михаил. — Это почти позабытый язык. Его нигде не преподают.
— Как же нам понять его? Прежде чем расстрелять, мы должны вытащить из него побольше информации, — генерал обвёл присутствующих выжидательным взглядом.
Один из офицеров предложил подвести его к карте, и пусть покажет, где располагаются османы. Так и сделали. Но старик лишь пожимал плечами и лепетал на своём тарабарском языке.
— Он не разбирается в картах, — сказал Орлов, когда генерал потерял терпение и зло выругался.
— Тогда зачем нам эта бесполезная погань? — вставил генерал Лучков — один из ближайших людей начальника лагеря. — Расстреляем его завтра… Хотя можно и сегодня. Лично я опасаюсь его оставлять на ночь. Вдруг ещё что-нибудь выдумает. Не доверяю я ведьмакам.
— Расстрелять всегда успеем, — мотнул головой Грибоедов. — Османские ведьмаки редко живыми сдаются, потому мы просто обязаны воспользоваться ситуацией и выведать побольше информации. Уж он-то явно может подсказать, как бороться с такими, как сам, а то кроме Филатова никто не мог поймать ведьмака, — мужчина повернулся ко мне и с улыбкой сказал. — Такого умелого аптекаря, как у нас, в других лагерях нет. Кстати, Александр, у меня есть к вам предложение. Потом поговорим.
Он многозначительно посмотрел на меня. В ответ я лишь кивнул, хотя совсем не был рад этому. Наверняка захочет побольше узнать о моих зельях.
После нескольких попыток понять ведьмака и добиться результата на карте, Грибоедов велел отвести его в камеру, оборудованную в одном из домов.
— Только глаз с него не спускайте! — крикнул он вслед магам, которые подхватили старика под руки и повели к выходу. — Если сбежит — сами под замок сядете!
Ведьмак вдруг начал вырываться и испуганно кричать:
— Мельту куаль палос! Туанг лийа! Биу-лийа!
— Иди-иди, всё равно не понимаем, — устало махнул рукой генерал. — Надо знать государственный язык своей империи, тогда бы мы с тобой нормально пообщались. А твою галиматью никто не понимает. Молись своим богам — завтра казнь!
Ведьмак продолжал тараторить даже когда его вывели из штаба.
Грибоедов подошёл ко мне и протянул руку.
— Благодарю за службу.
— Рад стараться. Одно дело делаем, — я пожал протянутую руку.
— Вот и хорошо. Тогда можно приступать к делу, — он пригласил меня следовать за собой.
Также, как и в прошлом военном лагере, у генерала в штабе был отдельный кабинет. Мы опустились на стулья, и первым делом он предложил мне чего-нибудь выпить, указав на небольшой круглый стол, на котором стояли несколько бутылок с крепким алкоголем. Я согласился, и вскоре мы уже потягивали крепкий виски.
— Говорят, ты разбираешься в ведьминской магии? — поинтересовался генерал.
— Да, немного, — признался я.
— Это хорошо, что ты вовремя к нам приехал. И как этому осману удалось проникнуть в лагерь, ума не приложу, — он задумчиво уставился на свой стакан с золотистой жидкостью.
— Подельники? — предположил я.
— Всё возможно, — немного подумав кивнул он. — Об этом мы сможем узнать только когда разговорим ведьмака.
— То есть вы не собираетесь его завтра казнить?
— Нет, конечно, — хмыкнул он. — Такого ценного свидетеля надо сохранить. Жаль, что болтает только на своём языке. Ничего не понятно. Но я всё равно завтра утром по рации передам, чтобы поискали переводчика. Кто-то же должен знать этот варварский язык… Слушай, а может ты сможешь помочь?
— Как? — удивился я.
— Ну не знаю. Надо подумать, — он сделал глоток. — А как ты вообще видишь магический след? На что это похоже?
— Будто голубая нить по воздуху плывёт. Иногда она шириной со шнурок, иногда с ленту.
— То есть эта нить соединяет ведьмака и жертву? — уточнил заинтересовавшийся Грибоедов.
— Всё верно, Никита Иванович, — кивнул я и допил виски.
Алкоголь приятным теплом разносился по телу, позволяя расслабиться. Действие зелья «Силы» уже прошло, и навалилась усталость.
— Что ты ещё знаешь про ведьмаков?
— Не так уж и много. А про османских вообще ничего не знаю, кроме того, что они способны сделать марионеткой одним лишь взмахом руки. Так со мной уже было один раз.
Я рассказал о встрече с ведьмаком в первом лагере, когда пошёл ловить Краснова. Генерал изумленно мотал головой и повторял: «Вот это да!».
— Слушай, Саша, оставайся служить у меня. Я тебе жалованье хорошее выделю. Будешь помогать ведьмаков ловить. Говорят, что и в госпитале ты себя хорошо проявил.
— Не могу ничего обещать. Сейчас я намерен служить под руководством графа Орлова и помогать ему выполнять доверенные задания. Всё-таки аптекарь в отряде нужен, чтобы оперативно оказать помощь, — я не стал раскрывать все карты перед генералом, и рассказал лишь часть своих намерений.
— Ты прав. Среди лекарей или аптекарей не часто встретишь тех, кто готов рисковать жизнью и пойти на поле брани. Ты так молод, но очень храбр, что вызывает большое уважение.
— Благодарю.
Мы ещё немного посидели, поговорили и разошлись. Генерал как-то странно присматривался ко мне, пытался больше выведать про ведьмаков и понять, каким образом я вижу магический след, но я ответил, что эта способность появилась внезапно, когда чуть сам не умер от проклятья. Он не стал вдаваться в подробности, но предупредил, что, возможно, им понадобиться моя помощь в поимке ведьмаков, коих в здешних лесах «видимо-невидимо». Я не стал отказываться, но не понимал, как смогу помочь, если кроме следа между ведьмаком и потерпевшим больше ничего не могу определить. Ну да ладно, ближе к делу разберёмся.
Вернувшись в свой дом, я подошёл к Орлову. Он сидел за столом и просматривал какие-то документы.
— Разведка ещё не вернулась?
— Нет, ждём со дня на день. Сам уже не могу сидеть на одном месте. Не привык я. Никогда в кабинетах не сидел, вместе с отрядом границу патрулировал. Но сейчас лучше немного подождать, чем опять в ловушку попасть. Своих людей беречь надо.
— Всё верно, но я по другому вопросу.
— Что-то случилось? — вмиг насторожился он.
— Бойцы боятся в столовой питаться…
— Это правда. Я сам туда больше не хожу. Уж лучше на сухпайке, но здоровым, чем тарелку
