Курс 1. Сентябрь - Гарри Фокс
1 сентября 13:45
До обеда мы, разумеется, проспали. Разбудил нас только яростный стук в дверь и крик какой-то дежурной служанки, что обеденная смена скоро заканчивается. Мы, как три ошалевших зомби, вскочили, кое-как натянули форму и, спотыкаясь, помчали в столовую. Поели быстро, почти не разбирая вкуса — главное было затолкать в себя хоть что-то, чтобы не упасть в голодный обморок посреди парка.
К фонтану со сфинксами мы приплелись втроём, чувствуя себя выжатыми овощами. Солнце припекало вовсю, птицы щебетали, а в огромном мраморном фонтане, из пастей каменных сфинксов струилась чистая, прохладная вода, переливаясь на солнце радугами. Место было и правда красивым — ухоженные газоны, аккуратные дорожки, цветущие кусты с яркими, незнакомыми мне цветами.
Наши одногруппники уже собрались. Они разбились на маленькие кучки по интересам: кто-то оживлённо обсуждал выступления, кто-то лихорадочно листал только что полученные пособия, а парочка девушек с восторгом разглядывала старшекурсников, игравших в дальней части парка в нечто, напоминающее квиддич на земле, только с летающими огненными шарами.
А посреди всего этого великолепия, словно заряженный штормовой маячок, нервно вышагивала вокруг фонтана наша староста. Катя Волкова. Она что-то бубнила себе под нос, размахивала руками, репетируя речь, и время от времени бросала на нас, подтягивающихся, убийственные взгляды.
— Зачем она нас вообще собрала? — сонно пробурчал Громир, плюхнувшись на траву и тут же начав клевать носом. — Можно было просто в общем чате расписание кинуть и предупреждение, что завтра всех вырежут.
— А мне откуда знать? — усмехнулся я, прислоняясь спиной к прохладному камню фонтана. — Может, для вдохновляющей речи. Или чтобы лично всем нам пожелать сгореть заживо.
— Так она же твоя девушка, — с фальшивой невинностью произнёс Зигги, поправляя очки. — Ты должен был быть в курсе её планов.
— Если бы, — фыркнул я. — Тогда я бы сейчас стоял рядом с ней, важно выпятив грудь, и командовал вами, неудачниками. А не пытался затушить изжогу и придумать, как заткнуть храп рыжего.
Мы дружно, хоть и уставшие, поржали. Громир лишь буркнул что-то неразборчивое во сне.
И вот, ровно в два, часы на высокой башне академии пробили четырнадцать раз. Звонкий, чистый звук разнёсся по парку.
Катя резко остановилась. Она выпрямилась, вдохнула полной грудью, отбросив все признаки нервозности, и обвела нас собранным, твёрдым взглядом. На её лице застыла маска идеального, пусть и немного надменного, лидера. Шоу начиналось.
Последний удар башенных часов отзвучал, и в наступившей тишине Катя Волкова сделала шаг вперед. Её поза была идеально выправленной, подбородок гордо поднят, а голос, когда она заговорила, звенел ясно и уверенно, разносясь по всему парку.
— Дорогие однокурсники, — начала она, и в её глазах горел настоящий огонь. — Для меня большая честь стоять перед вами в качестве вашей старосты. Я бесконечно горда, что совет академии и лично мадам Вейн доверили мне эту ответственную должность. Сказать, что это была моя мечта — ничего не сказать. Я шла к этому все годы обучения до академии и выполнила все обязательства, чтобы получить этот пост.
Она обвела взглядом нашу группу, и её взгляд на секунду задержался на мне, Громире и Зигги, выражая бездну терпения, которое ей приходится копить.
— Я намерена стать лучшей ученицей этого выпуска и привести наш курс к таким же высотам. И те из вас, кто будет следовать правилам, проявлять усердие и не создавать… лишних проблем, — она нарочито сделала паузу, и её взгляд снова метнулся в нашу сторону, суля немые угрозы, — могут рассчитывать на определённые поблажки от преподавателей. Я буду вашим голосом и вашим щитом. И иногда, — она слегка повысила тон, делая акцент, — я даже могу закрыть глаза на некоторые невинные… выходки.
При слове «выходки» её глаза сверкнули сталью и буквально пронзили нашу грешную троицу. Зигги невольно подался назад, а Громир флегматично почесал затылок.
Затем её выражение смягчилось, и на губах появилась что-то вроде официальной, почти что королевской улыбки.
— Я искренне желаю каждому из вас найти здесь не только знания, но и своё место в жизни. Обрести верных друзей, ну и… — она слегка запнулась, подбирая нужные слова, — … и, конечно, свою судьбу. Вступить в крепкие брачные узы на благо наших семей и процветания нашей великой страны. Пусть ваши союзы будут крепкими, а кровь — чистой и благородной.
Я наклонился к Зигги, не веря своим ушам.
— В смысле, вступить в брачные узы? — прошептал я. — Мы что, на курсах знакомств?
Зигги вздохнул, как бывалый старожил, которому объясняют очевидное.
— Ну да, — так же тихо ответил он. — Одна из негласных, но важнейших целей обучения для аристократии. За пять лет мы должны не только диплом получить, но и найти подходящую жену из хорошей семьи. Закрепить союз, продолжить род, всё такое.
— Чего⁈ — вырвалось у меня громче, чем я планировал.
— Она же сказала, — шикнул Зигги, — чтобы страна процветала, а кровь аристократов оставалась голубой, как небо. Ну, ты в теме.
Я ошеломлённо откинулся назад. Мои планы на весёлую учёбу и изучение магии внезапно обрели новый, совершенно неожиданный и очень официальный поворот. Катя, закончив свою речь, снова смерила нас взглядом, полным достоинства, явно довольная произведённым эффектом. Похоже, учёба обещала быть куда более сложной и многогранной, чем я мог себе представить.
1 сентября 18:45
После вдохновляющей, но слегка обескураживающей речи Кати о брачных узах и долге перед империей, наша троица решила, что лучшим лекарством от навязчивых идей о женитьбе будет хорошая физическая нагрузка. Мы рванули на поле, где старшекурсники как раз заканчивали свою игру с огненными шарами.
Правила оказались до безумия простыми и опасными: две команды, четыре обруча-ворота с каждой стороны поля и один огненный шар, который нужно было либо забить в чужие ворота, либо «осалить» им игрока противника. «Осаленный» выбывал на две минуты. Шар был не просто горячим — он жёгся как раскалённое железо, и его приходилось отбивать специальными перчатками, снятыми с проигравших старшекурсников.
Мы влились в игру с диким азартом. Громир носился как танк,
