Розовый мед – 5 - Владимир Атомный
В душе ширилась пропасть. Мне стало натурально плохо. Если Сонетта обижалась на подругу, что та ничего не сообщила, я нутром понимал — всё очень серьёзно. Сестричке Кристина обещала всё потом объяснить и даже попросила прощения.
Получилось, что обсудить проблему с Сонеттой я не мог. Ну, а как бы я сказал ей, что истории про нашу пару были вовсе не пылью в глаза Маргарите? Про секс и про чувства… что в груди теперь дыра и я не знаю как быть?
За спасением я побрёл к Неколине. Точнее, она, словно что-то чувствуя, написала сама, а Сонетте сказала не придёт в гости обсуждать случившееся. И вот, я, типа, вызвался сходить привести её…
— Здравствуйте, Мастер, — встретила она возле калитки. — Пройдёмте скорей ко мне, я специально попросила маму приготовить рагу и она сейчас в теплице.
Я только кивнул и сделал как она сказала. К тому же мы забрали обувь с порога.
Заперев дверь Неколина подошла ко мне и обняла.
— Простите меня.
— Не за что же, — дрогнувшим голосом выговорил я.
— Есть. Я знала, что Кристя уедет. Она сказала мне.
— Блин! — едва сдерживая слёзы, брякнул я. — Капец… так тяжело.
— Мастер… — выдохнула маленькая Кошка, поглаживая по спине. — Мне сложно понять, но я стараюсь. К тому же, она моя подруга. Наверняка начну скучать.
— Почему ты не сказала мне?
— Я поклялась, что не скажу. Но даже так хотела это сделать. И сделала бы, если судьба распорядилась бы иначе. Помните, я обещала рассказать что-то про себя и других?
Я выругался и не удержал слёз. Горло сдавило, от чего из него вырвался только стон.
— Я вам расскажу о её чувствах. Кристя сильно влюбилась в вас. Но она же нормальная, а потому собственница. Она хорошо понимала, что будет борьба за вас и не хотела её. Сейчас у неё есть друг и мы с Сонеттой, а если пойти на войну, то не факт, что вы бы выбрали Кристю. Тем более, что в борьбе люди открываются не с лучших сторон. Понимаете?
— К сожаленью, — вымолвил я. — Слишком хорошо понимаю… аж зло берёт!
— Ударьте меня, если хотите.
Я и так чувствую себя маяком, на который шторм бросает многометровые волны, а тут ещё это. Потому только прижал посильнее.
— Ты не виновата. Я сам всё это устроил.
— Мастер, на самом деле я тоже хочу поступить с вами плохо. Но я не буду делать как Кристина, я хочу спросить…
Понятно, что смысл её слов так и не смог проникнуть ко мне в голову, потому я отстранился и нисколько не стесняясь мокрых глаз, сказал:
— Не понял? Как именно плохо?
— Это сложный разговор. Давайте сделаем паузу? — предложила Неколина.
Я в растерянности вздохнул.
— Попьём кофе или чай, скушаем что-нибудь вкусное. Мамы можете не стесняться, она знает про Кристю и любит вас. Просто выйдем, поприветствуем её, а потом вернёмся.
Я согласился. Тёть Маша отреагировала традиционно бурно, затискала меня, словно давно не виделись, про аллергию вроде как поверила, ну и традиционно позвала попробовать готовку.
Снова оказавшись в готическом логове Неколины я ощутил, что первый шок сошёл и даже появилась лёгкая обида на Кристину. Природа таких чувств эгоистична, но проработаю их потом.
— Вкусный кофе? — заботливо поинтересовалась Нека, несколько выбиваясь из образа. — Ешьте пирог — он потрясающий!
Впрочем, это же я к ней припёрся плакать в жилетку… Щедро куснув пирога с сёмгой ощутил, как свело рот от вкуса! Скорее запил кофем и так ещё опустился на ступеньку от стресса.
— Мастер, должна признаться, что когда Кристя рассказала свой план, я кое-что вспомнила, — начала Нека, откусив от своего треугольника кусочек. — Ещё зимой я отправляла документы в Японский центр при посольстве — насчёт обучения по обмену. Они прислали традиционную отписку, что рассмотрят, но так и не ответили. А недавно, вдруг, я получила письмо, что могу поехать. Есть одно место и решить нужно за неделю.
Уже понимая к чему всё идёт, я через силу проглотил недожёванный кусок. Снова стало плохо, но я постарался сдержаться.
— По-началу я отмахнулась. Идея была освоить язык, анимацию и просто оценить любимую культуру изнутри. Но это зимой, а когда пришло предложение мне уже не хотелось.
— Тогда почему ты решила ехать? — сдавленно спросил я.
— Отчасти, ради вас, Мастер, — призналась Неколина.
Я совершенно не понял связи и потому дождался пояснений:
— Если вы разрешите мне поехать, то это займёт всего год. Но этого времени будет достаточно, чтобы вы проверили свои чувства к Сонетте. Я не хочу мешать их развитию. Вы сами знаете природу моей страсти. Я могу не просто помешать, но и испортить. Перед вами мне скрывать нечего, так что скажу, что такой вариант мне тоже нравится. Ведь когда Сонетта закончит своё преображение, то перестанет быть такой желанной для меня. Может даже перестанет дружить.
Прочистив горло, отвечаю:
— Я собирался контролировать эти твои порывы.
— Ах! — не надолго расслабилась Чёрная кошка. — До чего прекрасное было бы время.
— М-да… — со всей горечью выдохнул я. — Если бы только Кристина не уехала.
— А вы бы смогли и дальше её мучать? — с алым отсветом в глазах спросила Нека.
У меня вырвался полурык-полустон.
— Блин! Нет, конечно. Ненавижу себя за это. И за то, что выкладываю всё тебе — тоже. Ты заслуживаешь другого мастера.
Нека заулыбалась, как сытая кошка.
— Я бы могла вам целый трактат прочитать о причинах, почему я с вами, Мастер. Не будем отвлекаться. Но одно то, что вы принимаете меня как есть — уже много. Вам я могу доверять.
— Спасибо, — покивал я, вдруг вспоминая десятки разговоров с Кристиной о моём самомнении. В груди снова разорвалась бомба невероятной тоски. Захотелось завыть во весь голос!
Обратив внимание на перемены, Неколина прихватила своими ручками мои.
— Подумали о ней?
— Вспомнил наши свидания.
— Мастер, она не умерла и не сменила планету. И вам, и Кристине, и Сонетте будет полезно проверить чувства временем и расстоянием. Наверное, это больно, понимаю, но пойдёт всем на пользу. Постарайтесь посмотреть на случившееся с другой стороны.
Я проморгался и снова прочистил горло, что ещё недавно было сдавленным.
— От этих мыслей я чувствую себя ещё большим ничтожеством. Уж прости! Кристина поступила очень сильно, ради нас всех пожертвовала своим счастьем. Я как представлю это — хочу
