Красноголовый ведьмак - 0Morgan0
— А я хорош! — Рассмеялся Алан, вздернув ложку вверх. Такой ухе его научили в Туссенте. Один тамошний рыбак отплатил рецептом за помощь в деле о пропаже его сетей. Алан согласился, конечно, потому как рецепты приготовления различных блюд собирал прилежно. Целая поваренная книга собралась уже. В разделе туссентской кухни был даже рецепт создания вина "Черная Роза", и стоит заметить, что хозяйка винокурни расставалась с ним с та-а-аким скрипом, словно он у нее дочь забирал, да не приемную — родную! — Ладно, пора попрактиковаться в памяти.
Ведьмак отставил котелок и кружку с остывшим взваром, и сложил Знак Меду. Знак Памяти, выученный в Каэр Серен, предоставил ему уникальную возможность не просто стимулировать свою память, но и раскладывать ее по полочкам, что куда важнее. Это усиливает взаимосвязи между воспоминаниями, ассоциативные связи, а значит, делает память куда лучше даже без Знака. К тому же, подобная практика приводит к усилению психостабильности, что тоже не лишнее, даже для ведьмака.
Особенно для ведьмака, если на то пошло.
Спокойная медитация со Знаком оказалась прервана. На поляну выехали пятеро, и судя по одинаковой одежде и оружию — стражники. Не то, чтобы это взволновало ведьмака, вовсе нет. Ни по отдельности, ни все вместе, эта пятерка ему не противники, так что даже опасения не появилось.
Мужчины спешились, и главный тут же выдвинулся вперед, отдавая повод своему подчиненному. Собственно, тот собрал поводья всех лошадей в своих руках, освобождая от этого остальных солдат.
Алан посмотрел на главного, и поднялся на ноги.
— Ты, ведьмак, мой хозяин хочет нанять тебя.
— Я, ведьмак, я хочу знать, зачем, и сколько он заплатит. — В том же стиле ему ответил стражнику Алан, хмыкнув про себя. Короткий смешок так и не вырвался наружу.
— В штольнях его медного прииска завелась какая-то дрянь. Платит пять монет.
— За пять монет, пусть сам туда лезет, — открыто фыркнул Алан. — Вряд ли он бы стал меня звать, если бы там не было какой-то гнуси. Люди начали пропадать, или еще что.
— Так и есть. Люди действительно пропадают. Так ты берешься? Он даст семь монет.
— Сто пятьдесят золотых флоренов, и не серебрушкой меньше.
Козимо хмуро уставился Алану прямо между бровей, видимо, пытаясь надавить, но не получилось. Он и сам это понял через пару секунд
— Десять монет, и это последнее слово.
— Нет, — разве что не зевнул Алан.
— Слушай, ведьмак, мы ведь и заставить можем! — Крикнул из-за спины командира солдат.
— Да ты и кухарку подол задрать не заставишь, — легко рассмеялся ведьмак. — Это я могу заставить вас делать, что пожелаю, а не наоборот.
Резко убрав смех, ведьмак вдруг разом изменился. Словно бы, от него пошла волна мощи, и битые жизнью и опасностями мужики, моментально ощутили, что именно он здесь все контролирует. Старший вроде как попытался дать отпор, но Алан забил все пустое пространство росчерками своих намерений. Куда бы он ни сдвигался, появлялось четкое ощущение меча у горла, или в груди, или в глазу, или в паху, что еще страшнее показалось. Вся пятерка замерла, а от ведьмака шибануло натуральным ужасом, который он передавал им намеренно. Все пятеро затряслись, а лошади стояли совершенно спокойно, словно не ощущали эту ужасающую ауру.
Промариновав идиотов несколько секунд, и в который раз отметив слабость своего контроля, относительно умений Симеона, Алан свернул ауру, убрал росчерки намерений, и постепенно снизил ужас до ноля. Люди резко выдохнули, а двое даже упали. Один на задницу, а второй на колени.
— Что… кха… это за… магия? — Выдавил из себя один из стражников.
— Не магия, — помотал головой главный. — Воинский навык. Генерал Вольфган тоже так мог, только послабее.
— Пиздец… — Выдохнул любопытный.
— Кха! — Пришел в себя командир. — Могу предложить десяток девок из окрестных деревень на целую неделю, и бочку вина. В придачу к десяти монетам.
— Нет, спасибо. На сто пятьдесят монет я смогу гулять в лучшем борделе Новиграда пару месяцев не просыхая. — Алан чуть сощурил глаза, скрывая смех, и командир отряда это мигом просек. — Кто твой господин?
— Граф Рианский. — Все же ответил Козимо.
— Тогда… цена удваивается. Богатый, а такой жадный. Нужно наказать, — жутковато оскалился ведьмак.
— Ты издеваешься? Сто пятьдесят золотых и без того большие деньги! Он никогда не согласится столько заплатить!
— Ну, так и езжай себе. Раз платы не будет, не будет и моего меча. Давай, давай, — Алан отмахнулся, как от мухи. — Вали отсюда.
— Слушай, я все понимаю, — выставил вперед руку Козимо. — Десяток монет, это ничто, но люди действительно гибнут!
— Мне-то какое дело? — Удивленно посмотрел на него ведьмак. — Им нужна помощь, так пусть платят. Вот только рудник-то графский, а значит, платить должен он сам. А он — жлоб, и платить не собирается. На что бы мы сейчас с тобой не договорились, он не станет платить, и закончится все тем, что его жадная, тупая башка, окажется отдельно от тела. Ты ведь уже понял, что вся ваша стража не сможет меня остановить?
Козимо уныло кивнул. Против мастера меча обычные рубаки "не пляшут" вообще. Да и сам Козимо видел не раз, на что подобные монстры способны. В армии было целое подразделение таких вот монстров, и то, что они творили на поле боя, это просто ужас. Самый захватывающий ужас, который он только видел в жизни. Как коса самой Смерти, они проходились по строю врагов, и не оставляли выживших. Козимо передернуло от воспоминаний.
— Не сможет. Но ты и меня пойми, ведьмак! Не могу я все как есть оставить! Медь нужна графству. Более трети населения работают именно с ней, и если шахта закроется, множество людей останется без работы, графство захиреет, и вскоре его захватят соседи!
— И что? — Приподнял бровь Алан. — Мне-то что с того? Раз людям так нужна моя помощь, а граф упырь, пусть они сменят графа, вот и все дела. Или платят из своих кошелей. Я не много прошу. Черт, да на севере деревеньки собирают по полсотни золотых при нужде, а тут треть мужского населения целого графства! Пусть скинутся по серебрянке, как раз и наберется.
— … - Ошарашенное этой мыслью лицо Козимо, порадовало Алана, но с другой стороны, это настоящее свинство со стороны графа, как ни посмотри. — Мне нужно все обговорить, — наконец-то родил мысль Козимо.
— Ну так обговаривай. Если сладится, то найдешь меня в селе Однорог. У меня там заказ.
— Хорошо, — Стража,
