Я еще скелет? Да сколько можно! - Алексей Сказ
Гоблин-мутант, один из тех, что шёл позади, подбежал к дымящимся останкам тролля, схватил оторванную руку и принялся жадно слизывать с неё кровь.
— Тепленькая! — визжал он, его красные глаза горели безумием. — Спасибо, эльфийка! Спасибо!
Лиандри поморщилась.
— Это просто отвратительно.
Клык и его бойцы ударили с фланга, их когти и клыки впились в тела врагов. Один из волков вцепился в горло орчихи, которая размахивала двумя топорами. Она взвыла, но не попыталась стряхнуть его. Вместо этого она продолжала махать топорами, пытаясь дотянуться до других волков, даже когда её собственная кровь хлестала фонтаном.
— Убей меня! — кричала она, её голос был полон экстаза. — Давай! Покажи мне смерть!
Клык рыкнул и одним ударом снёс ей голову. Тело упало, но руки ещё дёргались, пытаясь поднять топоры.
Я наблюдал за этим безумием и анализировал. Они не боялись боли, не боялись смерти. Более того — они «жаждали» её. Каждая рана, каждая потеря делала их только яростнее.
«Лиандри, мы только теряем время. Кастуй самое сильное заклинание по площади, какое умеешь, мои скелеты очистят поляну от союзников».
Она кивнула, и её руки снова вспыхнули. На этот раз она подняла их над головой, и вокруг неё начали формироваться десятки огненных сфер. Они висели в воздухе, переливаясь оранжевым светом.
— Сгорите.
Сферы метнулись вперёд, каждая нашла свою цель. Взрывы прокатились по коридору, одна за другой. Огонь пожирал плоть, кости трещали от жара, крики «Рагнарёка» слились в один сплошной вой.
Затем тишина…
Клык отряхнул когти от крови, его дыхание было тяжёлым.
— Они действительно безумны, — пробормотал он.
Лиандри опустила руки и на её губах заиграла лёгкая улыбка.
— Ну, мне они понравились. Хоть какое-то разнообразие.
Я не ответил. Мой взгляд был прикован к улице впереди. Из темноты доносились новые звуки — топот ног, лязг оружия, хриплые крики, переполненные нездоровым счастьем.
«К сожалению, это ещё не всё, не расслабляйтесь».
* * *
Наконец, впереди показался массивный каменный арочный вход. Водозаборный узел.
Мы ворвались внутрь.
Огромный зал. Сводчатые потолки, уходящие вверх на десятки метров. Посередине — широкая платформа, нависающая над бурлящим потоком подземной реки. Вода ревела, ударяясь о каменные берега, её брызги блестели в свете магических кристаллов.
И там, в центре платформы, стояла одинокая фигура.
Исаак Гольдштейн.
Он больше не был похож на бизнесмена. Парадный костюм разорван, лицо в грязи и крови, волосы растрепаны. Но самое интересное было в его глазах.
Пустота и безумное, ликующее торжество пророка, дождавшегося конца света.
Рядом с ним возвышалась огромная цистерна.
Он увидел нас и на его лице расползлась кривая, безумная усмешка.
— Так вот кто, — прохрипел он. — Вот кто мешал моим планам всё это время.
Его взгляд метнулся к Лиандри, но быстро прошёл мимо, словно отринув. Он не верил, что Лиандри могла сломать ему жизнь? Затем орк с недоумением оглядел всех остальных и был вынужден взгляуть на меня.
— Скелет? — он засмеялся. — Ха-ха-ха! Чёртов скелет? Я искал гения, мастера интриг, демона во плоти, а оказалось… Впрочем, неважно. И ты, и эта эльфийская шлюха… — он кивнул на Лиандри, — … все вы сейчас сдохнете, как и весь этот гнилой город.
Лиандри сделала шаг вперёд, её руки вспыхнули магическим огнём.
— Гольдштейн! — её голос звенел от ярости. — Отойди от вентиля! Сейчас же!
Орк рассмеялся.
— Или что? Убьёшь меня? — он повернулся к огромному вентилю, его рука легла на рукоять. — Делай, что хочешь, сучка. Я уже умер, в тот момент, когда твой костяной дружок разрушил всё, что я построил.
Он начал поворачивать вентиль.
— НЕТ! — Лиандри метнула ледяное копьё.
Гольдштейн даже не попытался уклониться. Копьё пробило ему плечо, и он взревел от боли, но не отпустил рукоять.
Вентиль провернулся с оглушительным скрежетом металла.
Глава 20
Цистерна содрогнулась, из её основания хлынула густая, маслянистая жидкость цвета ночи. Она лилась мощным потоком, падая в реку с глухим плеском.
— Готово, — прохрипел Гольдштейн. — Город обречён.
В руке он уже сжимал изящную золотую зажигалку — последний символ его былой роскоши. На мгновение орк замер, вглядываясь в воду, окрашенную ядом. Затем его губы растянулись в безумной усмешке.
— Прощайте, — прошептал он и швырнул зажигалку вниз.
Искра коснулась воды и мир тут же взорвался.
Чёрная поверхность вспыхнула мгновенно, словно её облили керосином. Пламя взметнулось вверх, жадно пожирая отравленные испарения. Огненный вал, ревущий и живой, устремился по руслу реки с такой скоростью, что казалось — он гнался за кем-то. Стены зала окрасились в багровый, воздух наполнился удушающим жаром. Температура взлетела настолько, что камень начал трескаться.
Лиандри отшатнулась, прикрывая лицо рукой. Клык зарычал, его шерсть буквально задымилась от жара.
Лиандри первой пришла в себя. Она развернулась к Клыку, её глаза пылали не меньше, чем огонь за её спиной.
— Тянем время! — выкрикнула она, перекрывая рёв пламени. — Не дайте ему добраться до второго вентиля!
Гольдштейн услышал её слова. Он рассмеялся и рванул к противоположному краю платформы, где стояла вторая, нетронутая цистерна.
— Попробуйте остановить! — взревел он, выхватывая топор отца.
Клык бросился вперёд, его когти скребли по камню, оставляя глубокие борозды. Лиандри взмахнула рукой, и огненное копьё сорвалось с её ладони, целясь орку в спину.
Гольдштейн развернулся, и топор с грохотом встретил магию. Заклинание взорвалось фонтаном искр, отбросив его на шаг назад, но орк устоял. Его лицо исказилось в звериной ухмылке.
— Слабо! — прорычал он и бросился в атаку.
Начался бой.
Гольдштейн дрался, как загнанный в угол зверь — без техники, без расчёта, только ярость и сила. Топор описывал широкие дуги, рассекая воздух со свистом. Клык метался вокруг него, нанося короткие, точные удары когтями, разрывая кожу, оставляя кровавые борозды на руках и плечах орка, но Гольдштейн словно не чувствовал боли.
Лиандри атаковала издали, метая ледяные осколки и огненные шары, но орк уклонялся с невероятной для его размеров скоростью, а когда не мог — принимал удары на себя, игнорируя ожоги и раны.
Его единственная цель была ясна — вторая цистерна.
Скелет-двойник, которым я управлял, отступил в тень. Его задача была проста — не дать Гольдштейну закончить
