Запретные игры с Боссом - Стеффи Ли
— Но ты сейчас уже не считаешь его таким благородным, как говорила раньше, да? — уточнила я с лукавой улыбкой.
— Почему? Да нет, что ты! Просто он, как мне кажется, таким образом оригинально флиртует с тобой... А что ты собираешься ему ответить?
— Понятия не имею… — честно призналась я.
— Тётя Рада! — внезапно раздался из спальни звонкий голосок Вилки. А это всегда означало только одно: нужно было немедленно, не раздумывая ни секунды крикнуть в ответ:
— Доброе утро, Виолка! Мы на кухне! Я сейчас приду к тебе!
А потом, не мешкая, со всех ног бежать к своей маленькой племяшке.
У меня, если честно, не было ни единой, даже самой маленькой и хоть немного здравой мысли о том, как достойно ответить на несколько провокационное сообщение. И тут меня внезапно осенила прекрасная идея.
Самой милой и правильной в нашей весёлой компании по праву считалась Марта. Поэтому я тут же протянула ей свой телефон и, быстро встав со своего места, уверенно сказала:
— Пожалуйста, ответь, за меня. Я полностью доверяю тебе в этом деликатном вопросе.А я пока займусь Виолкой.
— Что? — подруга мгновенно округлила свои глаза, глядя на меня с искренним и неподдельным шоком. — Но это же…очень личное… Я даже не знаю, что ответить на такого рода…
— Тётя Рада! — снова повторила свой громкий и требовательный клич племянница.
— Я полностью, безгранично доверяю тебе, Мартоций. — поспешно ответила я и, не оглядываясь, направилась в спальню.
Уверена, Марта справится. И ответит ему достойно. Даже лучше меня.
Глава 30
— Почему нет? Почему нет?! — повторяю уже в который раз и смотрю в смущенные глаза подруги, в которых отражается невинное непонимание.
Марта озадаченно пытается улыбнуться в ответ и пожимает плечом, мол, а что такого. Что я сделала не так? Ты же сама меня попросила…
— Ты, правда, не понимаешь?
Подруга невинно качает головой. И даже при большом желании ее нельзя уличить в коварстве. Просто невозможно. Хотя, возможно, мы с девочками чего-то о ней не знаем…
Но мне и в голову не могло прийти, что, вместо того, чтобы вежливо поставить Антона на место, она ему ответит: «Почему нет?». Я даже не уверена, что я сама бы так ему написала.Хотя… кто знает?
Но все же я осознаю, что надо все уточнить с самого начала. Понять и… принять случившееся, как данность. Потому, после того, как наливаю Виолке ее любимый какао и убеждаюсь, что племянница с аппетитом поглощает приготовленные Мартой сырники, тихо мурлыкая от удовольствия, возвращаюсь к нашему робко опустившему глаза повару.
— Мартоций, а ты часто отвечала на подобные сообщения от парней? — спрашиваю с любопытством.
— Нет, конечно! — тут же вспыхивает она. А следом горячо добавляет. — Я бы сама никогда не решилась так ответить. У меня бы духу не хватило.
Мне потребовалась минута, чтобы осознать услышанное. Я даже моргнула, пытаясь прогнать туман непонимания.
— Но ты жетакответила от моего имени.
— Это совсем другое. — на щеках Марты проступили алые пятна. — Ты гораздо увереннее и смелее меня. И ты велела мне ответить так, будто это ты. Значит, я должна была написать то, что написала бы ты сама. А не то, что пришло бы в голову мне. Вот я и…
— То есть, по-твоему, я бы сморозила такое? — уже скорее изумляюсь, чем возмущаюсь я.
— Разве… нет? — она вздохнула, а взгляд расстроенно потух. — Вот почему я так не люблю чужие переписки и разговоры. Знаешь, чего мне стоило набраться храбрости и ответить твоему Буцефалу? Я искренне хотела как лучше. Но… прости. Прости меня, пожалуйста. По правде говоря, я завидую твоей уверенности и дерзости. Тому, как ты умеешь отвечать, не задумываясь. — Губы её тронула грустная усмешка. — Мне подобные вещи никогда не писали. И, наверное, не напишут.
— Еще как напишут! — моё негодование вмиг испарилось. — Тот, кого я тебе наколдовала, он и будет строчить тебе такое, что ты дышать нормально не сможешь!
— Что ты такое говоришь, — прошептала подруга, и румянец густо залил её лицо.
Спустя секунду она робко спросила:
— Ты больше не сердишься?
— Нет.
— И на продолжение тоже не сердишься?
Что?
ЧТО?
Продолжение?
Воцарилась тишина, нарушаемая лишь звуками уплетаемых племянницей сырников. Виолка с нескрываемым любопытством переводила взгляд то на меня, то на Марту, в чьих глазах плясали надежда и готовность к бегству. Признаться, последний вариант казался весьма вероятным….
— Там было продолжение? — наш поединок взглядов напоминал мне кадр из вестерна, где два дуэлянта замерли в ожидании выстрела.
Марта едва заметно кивнула. И пока она это делала, внутренний голос настойчиво твердил: “Тебе это не понравится”.
Наша Матроскин полна сюрпризов.
— И что там? — тихо уточнила я, не решаясь вновь открыть окно переписки.
Но телефон в моей ладони вдруг ожил. Завибрировал. Словно в подтверждение моих опасений.
Марта поджала губы, тщетно пытаясь сдержать смех и сохранить невинное выражение лица, глядя на которое, рука бы не поднялась запустить в неё подушкой.
— Полагаю… он согласился, — тихо констатировала она.
— О чём это вы? — внезапно вмешалась Вилка, которая обычно ничем не интересуется во время еды, помимо содержания своей тарелки. — Кто на что согласится?
Марта, не отрывая от меня напряженного взгляда, очень тихо ответила:
— Друг твоей тети согласится навестить ее...завтра.
Похоже, гамма чувств на моём лице сменялась с головокружительной быстротой. И Марта безошибочно уловила перемену, потому что в следующее мгновение она сорвалась с места и умчалась в комнату, тщетно пытаясь укрыться от моей справедливой кары.
Завершилось всё фееричной битвой подушками, в которой мы с Мартой, позабыв всякие глупые разногласия, объединились против неутомимой Вилки.
— Я пожалуюсь на тебя в чатике. — пообещала я, выбитая из сил.
— Я заслужила, — с готовностью признала вину подруга.
— И ещё, — промурлыкала я, растягивая губы в довольной улыбке, пока мы обе, поверженные, валялись на диване, а Вилка добивала нас контрольными тычками подушкой. — Обещай, что когда на горизонте замаячит твой прынц, ты тоже доверишь мне ответ на какое-нибудь его двусмысленное послание.
В глазах Марты отразилась целая буря сомнений…
—
