Запретные игры с Боссом - Стеффи Ли

А раз мне все равно, то почему бы не пожелать ей удачи?

Умные люди не берут самих себя на слабо. Но я разрешала себе не входить в число особо отличившихся с IQ. Поэтому вполне могла позволить себе эту маленькую слабость. В конце концов, я же не умная и добрая Марта (одна из моих близких подруг).

— Удачи Пелагее, – прошептала я, и на моих губах расцвела, я уверена, поистине устрашающая улыбка.

— А теперь — имя ассистента нашего проекта. Антон Геннадьевич, может, сами назовёте? — предложила Фрида Николаевна, словно подталкивая Антона к действию.

Я с трудом сдержала скучающий зевок. Мне уже ничего не грозило. Вика, похоже, тоже это поняла.

— С удовольствием, — Антон поднялся со стула. Слегка оперся своим выдающимся достоинством о стол. Сложил руки на груди и произнёс: — Главным ассистентом проекта выбрана Валейская Рада. — После чего обвёл взглядом первые два ряда, словно искал меня там, хотя я уверена, что он прекрасно знал, где я сижу.

— Вставай, — прошептала Вика, толкая меня в бок.

Я и сама прекрасно это понимала.

Многие тут же повернули головы в нашу сторону. Особенно «радушным» взглядом меня одарила Пелагея. Она так и излучала готовность придушить меня прямо здесь и сейчас. Но, к счастью, была не настолько бестолкова, чтобы сделать это при свидетелях.

Я ослепительно улыбнулась ей в ответ. Встала. И тут же приподнялась на носочки. Вряд ли кто-то, кроме Вики, заметил эту маленькую хитрость, но в этот ответственный момент мне категорически не хотелось выглядеть маленькой пони.

— Благодарю за оказанное доверие. — мой голос прозвучал ровно, спокойно и восхитительно профессионально. — Я польщена.

Взгляд, которым на меня посмотрел мистер «из милого мальчика-зайки превращаюсь в плохиша», заставил мое сердце на секунду остановиться. В его глазах мелькнуло что-то темное и манящее, но он лишь кивнул и совершенно будничным тоном произнес:

— Зайдите ко мне после совещания, Рада.

— Конечно. — ответила я вместо гораздо более адекватного «хорошо» и села обратно на стул.

Я была взволнована и растеряна. Счастлива и встревожена. Но поводов для тревоги стало еще больше, когда Фрида Николаевна заявила:

— Но мы решили, что эта выставка требует от нас гораздо больше усилий, чем предыдущие, и выбрали… двух ассистентов. Один — основной, чьи обязанности будет выполнять наша незаменимая Рада. А второй — будет подключаться к работе по мере необходимости. Им станет Пелагея.

Пелагея чуть ли не взлетела под потолок от счастья. И, в отличие от меня, она не стала сдерживать эмоции. Выпорхнула к Фриде Николаевне и Антону Геннадьевичу и принялась усердно трясти им руки.

Я чувствовала, что, будь у неё такая возможность, её руки с удовольствием прошлись бы по всему его телу, с особым акцентом на область паха. Но мне-то что?

Возможно, кто-то из наших коллег решит, что я повела себя слишком скромно. И наверняка в ближайшие дни это станет темой для сплетен. Но моя «застенчивость» объяснялась банальным отсутствием каблуков.

Когда Пелагея, сияя от счастья, возвращалась на свое место, она одарила меня «дружелюбным» взглядом и улыбкой, в которых я отчетливо прочитала: «Я пойду на все, чтобы спихнуть тебя и занять твое место».

И тут уже было совершенно неважно, кто наш куратор — Антон Геннадьевич или сам Юлий Цезарь. Это место было моим, и отдавать его Пелагее я не собиралась.

Мысли, крутившиеся у меня в голове, поспешила озвучить Вика. Закрыв рот ладонями, чтобы не расхохотаться, она шутливо прошептала:

— Да начнется битва!

*

«Купчи́ха за ча́ем»— картина русского художника Бориса Кустодиева, написанная им в 1918 году.

Глава 3

Я никогда не относила себя к числу скандальных личностей, демонстративно игнорирующих указания начальства. Но и мчаться на встречу с новым боссом сразу после совещания в мои планы не входило.

Прежде всего нужно привести себя в порядок и проверить, как там поживает мой макияж. Пусть у меня и не было никаких далеко идущих планов в отношении Антона Геннадьевича, но это вовсе не означало, что я имею право выглядеть не безупречно при нашей личной встрече.

Кроме того, в глубине души я ещё лелеяла робкую надежду убедить отвалившийся каблук приклеиться обратно. Поэтому я пулей влетела в свой кабинет. Поспешно поправила волосы. Слегка припудрила лицо, убирая предательский блеск. А затем попыталась прикрепить каблук обратно с помощью скотча и клея-карандаша.

Но, увы. Оба средства, на которые я возлагала такие большие надежды, оказались совершенно бесполезны.

Смирившись с поражением, я постаралась максимально выпрямить спину. Надеясь визуально прибавить себе пару сантиметров роста. И, с видом, будто вся галерея мне крупно задолжала, вышла из кабинета. Заперла дверь на ключ. Выдохнула. Решительно направилась в другой конец здания.

Внутренне я ликовала от мысли, что он пригласил на разговор только меня. Уверена, что Пелагея тоже строила грандиозные планы на личную аудиенцию.

Оказавшись напротив нужной двери, я вежливо постучала.

— Войдите, — раздался мужской голос.

Антон сидел за столом и что-то внимательно изучал на планшете.

Не знаю, когда именно в кабинете произошли такие радикальные перемены, но из него бесследно исчезли все нелепые розовые рамки, которые в немыслимом количестве украшали помещение и могли поджидать тебя даже в самом неожиданном месте.

Исчезла и акцентная стена, напоминавшая сакуру в глубокой печали. Теперь на её месте красовался идеально белый цвет, такой же, как и на остальных стенах.

Никаких странных ваз и трех маленьких укулеле. О бывшей владелице напоминало лишь чахлое мандариновое деревце, робко ютившееся на широком светлом подоконнике.

— Проходи, — голос нового босса вывел меня из размышлений.

Теперь это место ощущалось совершенно иначе. В него будто добавили воздуха и наполнили сексуальной атмосферой строгости и порядка.

Откуда вдруг всплыло слово «сексуальной»? Для меня самой это осталось загадкой.

Послушавшись, я прошла вперед и села в одно из двух квадратных кресел цвета шампанского.

От меня, разумеется, не ускользнуло, как бесцеремонно мой новый начальник изучал мои ноги, пока я делала эти несчастные пять шагов. А затем его лицо расплылось в хищной ухмылке.

По спине пробежала стайка нелепых мурашек. Я подумала, что этого человека точно подменили.

А вдруг у Антона есть брат-близнец, и они решили устроить здесь игрища? Разыграть какую-нибудь комедию, как обычно делают Агния со Златой?

Иначе я просто не могла объяснить, почему человек, которого я видела всего