Без обмана 10 - Seva Soth
— Да всё путем! — Тика хлопнула женщину по плечу, как свою одноклассницу. — Держись меня и быстро освоишься. Ты у меня такая не первая.
Женщина от казалось бы невинного приятельского жеста вздрогнула.
— Господа, дозволено ли мне узнать свою дальнейшую судьбу? Я должна буду вам прислуживать? Или последуют новые… опыты, — сказать последнее слово ей как будто бы было физически больно.
— Да нет же! Ты свободна! — Мияби обняла бедняжку, а вслед за ней к объятиям присоединились Тика и Момо. Бесцеремонное нарушение личных границ, но оно сработало. Внутреннее напряжение Фумико как будто бы ушло в сторону.
— Позвольте сказать мне, Фумико-сан… с фамилией было бы уместнее… ну да ладно, — вступил в разговор я, — с того момента, как вы оказались в плену, прошло больше восьмидесяти лет. Мир изменился и вы полностью свободны. Мы вас не держим здесь, но если так просто отпустим без денег и документов, вы, скорее всего, попадете в беду.
— У меня был паспорт. Настоящий. Госпожа настоятельница сделала, в двадцать пятом году, — припомнила лисица.
— Вау, ровно сто лет назад! Сестренка, а расскажи, как вы тогда жили!
Как будто бы Акира ей этого всего уже не рассказывала. Наверняка же не один час посвятила описаниям быта старых времен.
— Позже, Тика-тян. У тебя будет остаток дня на удовлетворение любопытства, — не позволил я ситуации превратиться в допрос.
— Простите мои грубость и неблагодарность, но почему вы мне помогаете?
— Потому, что никто не заслуживает заключения в камне, — ответил я.
Немного пафосно вышло, но сказал как есть, без обмана. Я не супергерой, не Робин Гуд, но как представлю тысячи озорных лисичек, окаменевших и неспособных понять, что им нужно снова стать человеком, как мысленно поставлю на их место сестренку, Ёрико или Акиру… и всё, понимаю, что иного варианта у меня нет. Только помогать каждой. Вопрос с документами решаем. Наверняка есть пропавшие без вести женщины подходящего возраста. Ян Цзюнь за скромную плату найдет их данные и даже оригиналы идентификационной карты добудет.
— Вопрос с документами сможет решить Босс, — предложила вдруг Мияби, — она мне намекала на днях на это, но я только сейчас поняла, к чему были намёки. Минутку, я ей позвоню. Фумико-сан, не пугайся, это не колдовство, просто телефон, только без провода. Как радио.
— Поняла, Старшая, — поклонилась лисица, — благодарю за искренность, Ниида-сан. Мне становится понятно, почему Старшая решила выбрать вас своим мужем. Вы достойный человек.
Несмотря на заблаговременное предупреждение, на современный смартфон кицунэ смотрела, как на истинное чудо, дарованное небесами.
— Босс, здравствуй. У нас тут еще одна лиса, у нее нет паспорта и работы. Ты непрозрачно намекала обращаться к тебе, — очень по-деловому начала говорить Мияби в трубку, едва гудки закончились.
— Привет, Щебёнка, будешь работать помощником секретаря. Недели тебе хватит научиться печатать?
— Младшая приветствует старшую, — кицунэ низко поклонилась смартфону, — этой младшей известна работа секретаря и она умеет менять ленту в печатной машинке.
— Вот и договорились, Щебёнка. Эй, Герой, ты тоже там? Собираешься освободить их всех, да? Не возражаю. Мне по сердцу, когда лисы озорничают в моём саду.
— Вот и решили проблему. Босс, она всесильна, — закончила звонок Мияби, — в нашем отделе как раз не хватает сотрудницы. Я договорюсь, чтобы тебя взяли, но современная техника сложнее печатной машинки, придется научиться. Тика-тян, поможешь Фумико?
Я же услышал шаги, приближающиеся к складской двери. Уверенная мужская походка. Я узнал этого человека. Всего пару раз с ним сталкивался, но как звучат его туфли по бетонному полу — запомнил. Акияма Гэндзи — брат Момо-тян.
Меня охватило искушение запереться изнутри и не впускать мужчину. Но это глупость, способ лишь усугубить наше положение.
— Сестра? Что тут происходит? Кто эти люди, где бесценные статуи? — Гэндзи буквально ворвался в помещение, быстро оценивая ситуацию, — откуда на складе нашего фонда посторонние?
— Брат… я сейчас всё объясню. Помнишь дедушкины истории? О том, что ему рассказывал прадед? Про Цукино-сенсея… ой, да к черту. Эта женщина…
Палец Момо-тян указал на грудь Фумико, та испуганно вздрогнула и попыталась спрятаться за кого-то широкого. За меня.
— Статуя из принцхорновского музея, о которой вы переживаете, на соседнем складе, — пояснил я, — вторая разбилась по нашей вине. Но Хошино-сан, по чьему заказу сюда привезли каменную лису, не предъявит претензий. Обещаю. Без обмана.
Пожалуй, очень удачно, что мы начали эксперимент с «протоколом Бальдр» не с бедняжки Мизуны.
Взгляд Гэндзи посуровел. Ну да. Вот представьте, вы бизнесмен, занимаетесь искусством, у вас свой фонд, может быть, не такой большой, но с репутацией. И тут…
— Эта женщина и есть статуя. И не только она, — я не стал рисковать и добавил убедительности своему голосу. Когда кицунэ надо, чтобы ему поверили, ему верят. По крайней мере тогда, когда слова подкреплены девятью гипотетическими хвостами. Пожалуй, мог бы придумать и совсем небылицу, в духе «каменную лису забрало государство, как аванс по налоговым платежам» или «ее похитили пришельцы». А мы тут просто песню репетировали. Мог бы обмануть, но мне нужна помощь Акияма, нужен в перспективе доступ к их самой большой в Японии коллекции каменных лисиц.
— Кто вы? Кто вы такой? — прямо таки потребовал Гэндзи.
— Вы — правнук Акиямы Кэнсина. Я — правнук Цукино Тенкая, он же Тадаши Макото, он же Фудзита Макото. Все мы по-своему продолжаем исполнять его поручения. Верьте мне, Акияма-сан.
Последнее — едва ли не точь-в-точь повторенная фраза, какой предыдущий Макото призывал Кэнсина-куна доверять его самым смелым аферам.
Поверил. Я по выражению глаз, глядящих мне за спину, понял, что поверил.
— Ребенка-то зачем было впутывать… — плечи директора фонда устало опустились, напряжение спало, — это ведь не игра.
— Дядь, ты за кого меня принимаешь? У меня вообще-то девять хвостов и тысяча лет! Я могу выглядеть на тот возраст, на который хочу! Ты сам бы в старшую школу отказался вернуться, если бы мог?
— Ей шестнадцать, — разрушил я обман, — и Тика-тян обычная школьница, но для эксперимента нам был необходим определенного тембра голос.
— Бе-бе-бе! — сестренка показала мне самый неприличный из жестов — высунула язык и оттянула вниз веко. Амано-сан смотрел на всё действие, как на натуральный цирк. Ему бы пакетик чипсов еще… хотя и
