Диагноз: так себе папа - Вероника Лесневская
- Мам, да нет у меня никого. Фил все неправильно понял.
- Вот это обидно было, - ворчу себе под нос. - Мы вообще-то женаты.
Марго шикает на меня предупреждающе и толкает локтем в бок. Перехватываю ее руку и завожу себе за спину. Потомственная стерва мне досталась, но шикарная. Обняв ее за плечи, прижимаю к себе, целую в висок. Затихает.
Будет артачиться - добью «Маргариткой». Благо, рычаги влияния нащупал.
- Вот и привози этого Никого, я посмотрю на него, только не раньше чем послезавтра, - командует ее мать. - Ты меня знаешь, Рита. Если явитесь сегодня - дверь не открою, будете в собачьей будке ночевать. Проверите народную поговорку, что с милым рай в шалаше.
- Но, мам…
- Не перечь матери! - повышает голос. - Хочу с внуком наедине пообщаться, сто лет не виделись. Заберете его, когда я сказала. Вдвоем. Это не обсуждается!
Марго растерянно косится на меня, строит просящие глазки, и я не в силах ей отказать. Киваю, хотя мне эта идея совсем не по душе. Надеюсь, в Репино хотя бы нет мостов и прокуроров.
- Как скажешь, мам, - выдыхает она в трубку и разрывает связь. Устало прижимается ко мне. - Спасибо, Влас, я по гроб жизни вам обязана. Не знаю, как вас благодарить.
- Ну, есть варианты, - лукаво протягиваю, намеренно провоцируя Марго, и наклоняюсь к ее губам. - У нас весь день свободен… И ночь, - заканчиваю хрипло, понимая, что уже ни хрена не шучу.
Я правда хочу свою жену. Так сильно, что все внутри сводит. Знаю, что получу от нее разве что между ног, но все равно целую.
- Влас-с-с, - шипит она на меня, как королевская кобра, и сносит крышу к чертям.
Оставив истерзанные губы, я наклоняюсь к шее, присасываюсь к пульсирующей жилке под кожей. Приспустив халат с хрупких плеч, я оставляю метки на острых ключицах. Врезаюсь пальцами в осиную талию, нащупываю узел пояса. Это единственное, что отделяет меня от жаркого женского тела. Последний рывок - и Марго обнажена. Но она хватает меня за запястья.
- Влас, вы не о том думаете! - очень возбуждающе нашептывает, если не вникать в смысл. - Я знаю, чем вам помочь, - отклоняется, грациозно прогнувшись в пояснице. - Дайте мне минут десять, чтобы переодеться, и поедем.
- Куда? - заторможено моргаю, судорожно пытаясь сфокусироваться на ее лице, но перед глазами лишь округлые полушария упругой троечки и заманчивая ложбинка между разошедшимися на груди краями халата. Откуда это буйство гормонов в преклонном возрасте? Точно колдунья из ковена.
- За Любочкой, Влас, - чуть ли не по слогам произносит она. Неотрывно смотрит мне в глаза, будто гипнотизирует. - Я же обещала.
- У тебя редкий дар, Марго - обломать и заставить почувствовать себя говнюком.
- Не ставила такой цели, - пожимает плечами и выкручивается из моих объятий, наспех запахивая халат. Пройдясь по мне неспокойным взглядом, вздыхает рвано, с сожалением. Как будто это я ее отшил, а не наоборот. - Вам, может, в душ? А потом поговорим о малышке.
- Тц, да идите вы, Маргарита Андреевна… сами в душ! Собирайтесь давайте, - отмахиваюсь удрученно. - И рассказывайте, что задумали.
Неловко кивнув, она проходит на носочках мимо меня, босиком становится на холодную плитку в ванной. Я провожаю тоскливым взглядом аппетитную фигурку, зачем-то плетусь следом и несу ей из коридора тапки, как верный пес хозяйке. Удивленно улыбнувшись, Марго послушно надевает их и наклоняется к раковине, дрожащей рукой включая воду.
Не ухожу. Я опираюсь о косяк и молча смотрю, как она умывается. Мы не испытываем неловкости, как будто это наше обычное семейное утро.
- У меня было немного времени, чтобы изучить ваше дело. Я даже подготовила обращение к комиссии, в котором защищала вашу кандидатуру, - важно говорит, будто мы не в ванной, а в ее кабинете. - Но так как вы теперь мужчина семейный, то это значительно облегчает нашу задачу. Мы подадим заявку как супружеская пара.
- Вот видишь, Марго, как быстро можно решить проблему, если отключить предубеждение и характер, - рявкаю я, срываю полотенце с крючка и протягиваю ей.
- Спасибо, - звучит снова с удивлением, как будто за ней никто никогда не ухаживал. - Я не хотела замуж, Влас, даже фиктивно. И сейчас не хочу. Считайте, что у меня психологическая травма.
- Так и у меня тоже. Предлагаю травмироваться вместе.
Промокнув лицо полотенцем, она поворачивается к зеркалу, никак не прокомментировав мое предложение. Ловко наносит дневной макияж, а я завороженно наблюдаю, как тонкие пальцы сжимают кисточки и спонжи, как изящные кисти грациозно порхают возле лица, как помада ложится на пухлые губы, скрывая следы поцелуев.
Марго совсем не стесняется моего присутствия, подсознательно принимая меня в роли мужа и примеряя к повседневной жизни. Я чувствую себя с ней комфортно. На своем месте.
Если бы не ее мадагаскарские тараканы и не мой диагноз, у нас могло бы сложиться пресловутое «долго и счастливо». Она не из тех, кто изменяет, как моя бывшая, я никогда не предам и не обижу свою женщину. Но… увы. Марго права в своем нежелании травмироваться. В нашем случае это неизбежно.
- Сначала заедем в опеку. У вас уже готов пакет документов, свои я тоже захвачу. И сразу в детдом, - продолжает объяснять она, а я вслушиваюсь в приятный голос. Вопящая Банши превратилась в сладкоголосую Сирену, стоило сказать ей пару ласковых и тапочки подать.
Встречаемся взглядами в отражении. Она, дернув рукой, криво рисует стрелку. Достает салфетку, чтобы поправить макияж.
- Мы сможем забрать Любочку уже сегодня? Так просто? - нахмурившись, уточняю недоверчиво и подхожу к ней со спины.
Как бы невзначай я вдыхаю полной грудью ее запах, касаюсь пальцами поясницы.
Вторая стрелка тоже улетает вверх. Зато теперь симметрично.
- Разумеется, нет! - Марго закатывает глаза, будто я глупый школьник. Аккуратными штрихами наносит тушь на длинные, густые ресницы. - Оформление опеки может затянуться на долгие месяцы. И нам придется пройти Школу приемных родителей.
- Фиг с ней, со школой, но времени у нас нет! - сокрушенно выплевываю. - Меня такой расклад не устраивает. Любочку надо вернуть домой.… ещё вчера! Как ты не понимаешь?
- Нельзя, - отрезает строго. - Но… есть вариант, как видеться с ней чаще, - она разворачивается ко




