Диагноз: так себе папа - Вероника Лесневская
Вспоминаю ее слова про побитую собаку - и забираю телефон.
- Слушай, убогий, - чеканю грозно, а мерзкий голос на линии умолкает. - До тебя ещё ход дойдет, я обещаю. Сиди там и бойся.
Отключаюсь. Приседаю напротив Марго, беру ее за руки, согреваю хрупкие ледяные ладони в своих лапах. Выглядит она хреново, но все равно красивая.
- Зря вы так, он злопамятный, - выдыхает судорожно. Слезы бесконтрольно текут по ее алым щекам, и она даже не прячет их от меня. Плохой знак.
- А я говнистый, посмотрим, кто кого, - парирую зло. Подношу ее дрожащие руки к губам, целую. - Так, что мы имеем? Хорошая новость - Фил не у своих недоделанных родственничков, значит, мозги у пацана на месте. Плохая - к мозгам прилагается упрямый характер. Марго, у тебя есть ещё варианты, где он может быть?
Заглядываю ей в глаза, но вижу в них лишь панику. Дело дрянь.
Броня трескается и осыпается к ее босым ногам.
Она обнажена передо мной. Слабая и отчаянная.
Женщина-мать срывается в истерику.
- Боже, с ним точно что-то случилось.
- Марго, вы недооцениваете нашего пацана, - строго отчитываю ее, лишь бы перестала плакать.
Здравый смысл подсказывает, что панику разводить рано. Подростки - импульсивные создания. Не удивлюсь, если Фил сам вернется, когда жрать захочет. Но смотреть, как Марго истязает себя, - выше моих сил. Я лично пацану ремня дам, когда объявится, пусть даже получу потом сковородкой от его Мегеры-матери.
Семейная жизнь - дело тонкое. И я в ней полный профан.
- Ну, все, тише, - уговариваю Марго, как потерявшуюся маленькую девочку. Обнимаю за плечи, поглаживаю, пока она не утопила в слезах весь этот аварийный дом.
Не слушается, и я заключаю ее лицо в ладони. Покрываю поцелуями мокрые щеки, ловлю соленые губы, бесцеремонно раздвигаю их языком и вторгаюсь внутрь. Марго инстинктивно, не отдавая отчета своим действиям, тянется ко мне навстречу. Приоткрыв ротик будто в изумлении, она неожиданно пылко откликается, как при исполнении супружеского долга. Я давно созрел для того, чтобы взять его полностью и даже с процентами, но приходится тормозить себя.
Заставляю себя оторваться от красивой женщины, но сцепление неисправно. И меня снова притягивает к ней, как магнитом.
- Марго, - шепчу ей в губы, слегка покусывая. От солено-сладкого привкуса меня качает, как от алкоголя. Ненужные барьеры смазываются. - Я все решу, слышишь?
Она тает, как будто я ей личный остров подарил. Поддается мне, плавится, сама целует.
Глава 23
Моя ладонь непроизвольно опускается на ее колено, ползет вверх под полы халата, пальцы проходятся по внутренней стороне бедра, ещё пара жалких сантиметров - и я доберусь до белья, если оно есть на ней... От этой мысли кровь закипает. Фантазия бушует. Давление зашкаливает, а из груди хрипло вырывается: «Маргаритка…».
Она вздрагивает, резко сводит ноги, а глаза, наоборот, распахивает широко. Замирает и, чуть наклонив голову, смотрит на меня, как на умалишенного.
- Все нормально, Влас Эдуардович. Спасибо, - сглотнув, вежливо произносит. Нервно кусает алые, припухшие от поцелуев губы. Осознав, за что именно поблагодарила меня только что, покрывается легким румянцем.
Красный. И шлагбаум.
Я нехотя убираю ладонь, пригревшуюся под ее халатом, напоследок провожу подушечками пальцев по бархатной коже и встаю. Марго тоже подскакивает с места, будто на кактусе сидела все это время, и обхватывает себя руками.
- Я в порядке. Меня отпустило.
- Хм, вот как. Ласковые слова как шоковая терапия, Маргарита Андреевна? - усмехаюсь, дергая себя за ворот рубашки. Чертовски душно! На руках сохранилось тепло женского тела, и, стиснув кулаки, я прячу их в карманы натянутых брюк. - Учту на будущее.
- Влас, вы не подумайте…
- Это последнее, на что я сейчас способен. Не накручивай себя.
Она мягко улыбается, я отвечаю ей зеркально. Нашу короткую передышку нарушает телефонный звонок.
- Мама? - хмурится Марго, всматриваясь в имя контакта на дисплее. По выражению лица заметно, что она не в восторге от предстоящего разговора. Буквально секунду спустя я понимаю, почему такая реакция.
- Боже ж ты мой, признала, - насмешливо скрипит в динамике. - Значит, надежда есть.
- Здравствуй, мам, у тебя все хорошо? - сдержанно приветствует младшая ведьма старшую. Да у них целый ковен. - Непривычно тебя слышать. Ты же нам бойкот объявила.
- Допустим, не вам, а конкретно твоему рыцарю Ордена Членоносцев, - выплевывает пренебрежительно. - Почему не сообщила, что вы развелись? Я бы выпила настойки за его здоровье. Не чокаясь.
С трудом проглатываю рвущийся из горла смешок, тушуюсь под укоризненным взглядом Марго, развожу руками. Ничего не могу поделать - ее мать начинает мне нравится. Но я вдруг вспоминаю, что это древнее зло теперь находится в статусе моей тещи, и улыбка слетает с лица.
- Я звонила, между прочим. Мне сложно было решиться на такой шаг. И ещё тяжелее было после, - срывается в откровения она и, покосившись на меня, осекается. - Я записала тебе голосовое сообщение.
- Ты ещё бы почтового голубя отправила, да и то больше толка было бы. У нас на окраине Репино связь ни к черту. Так бы я и не узнала радостную весть, если бы не твой гонец, - ворчит теща. - Ты ничего не потеряла, мать года?
Мы переглядываемся с Марго. Некоторое время она беззвучно хватает ртом кислород, как пойманная рыбка, а потом выпаливает на одном дыхании:
- Фил у тебя?
- А чему ты удивляешься? Родная кровь нашла свой источник, несмотря на горе-родителей, - победно хмыкает она. - У меня он, у меня. Приехал утром на автобусе. С крысой какой-то, моему Ваське на радость. Пожаловался на тебя, на отца - и выбрал меня как нейтральную сторону, чтобы я на вас повлияла. Нашел Швейцарию в поселке, - смеется она. - Сейчас он на кухне блины со сметаной наяривает. Голодный как волк. Матери за амурными делами небось некогда ребенка накормить.
- Слава богу, - Марго проводит ладонью по лбу, смахивая испарину, обессиленно упирается бедрами в тумбу, опять чуть не плачет, но теперь от облегчения. - Мы сейчас же за ним приедем!
- Мы? Это ты со своим новым Членоносцем? - грубо бросает старшая Мегера. Младшая - смущается, виновато поглядывая на меня.
Я возмущенно закашливаюсь. Мне прилетело ни за что. Не теща, а
