Дед в режиме стража - Евгений Валерьевич Решетов

— Деда, — наконец произнёс Павел, шумно сглотнув. — Мы с Жанной пришли в себя лишь на горе. Я не знаю, как де Тур доставил нас сюда. Помню лишь, как шёл с Жанной по тротуару, а затем остановился фургон и раздались хлопки. Дедушка, а зачем ты спрашиваешь о блуждающем портале? Скажи честно, мы не успеваем к точке выхода, да? Говори открыто, Жанна ничего не понимает. Она впала в какую-то прострацию. Лишь мычит и стонет.

— Не успеваем, — бросил я, скользя взглядом по земле. Конечно, зараза, следы француза уже давно замёл песок. — Но не отчаивайся. Мы что-нибудь придумаем.

Глава 14

Ветер свистел и ярился. Рвал куфию, швырял в лицо песок и заставлял испуганно трястись жалкую скудную растительность, покрывающую склон горы.

На тропинку с хрустом повалилось вырванное с корнем деревце и покатилось мне под ноги. Я едва успел отпрыгнуть в сторону. Оно пронеслось мимо, задев ветвью ногу Павла. На коже осталась глубокая царапина, засочившаяся кровью.

Внучок зашипел от боли, едва не выпустив из рук Жанну, мало на что реагирующую.

— Деда, мы правильно идём⁈ — прокричал Павел, перекрывая буйство стихии.

В его глазах сверкало отчаяние, густо смешанное с безумной надеждой и верой в меня.

— Правильно! — прохрипел я, придав голосу железную уверенность, хотя на самом деле не испытывал её.

Нет, я прилагал максимум усилий, чтобы найти проход. Применял все свои знания, накопленные за долгие годы. И, наверное, отыскал бы его, если бы не буря.

Приходилось идти чуть ли не вслепую. Порой я даже возвращался назад и снова искал знаки, указывающие на то, что где-то рядом может быть проход.

— Дедушка, Жанне совсем плохо! — выпалил внучок, приподняв за подбородок лицо девушки.

Оно оказалось покрыто коркой грязи, ресницы слиплись, а левый уголок рта был мокрым от слюны. Если бы не Павел, девушка уже бы упала на землю, и её тело занёс бы песок.

— Осталось ещё немного! Потерпите! — отбарабанил я и сунул руку под лохмотья рубашки.

Ладонь коснулась рукояти «Вампира», и тело получило очередной заряд выносливости. Даже мозги словно бы прояснились. А может, наоборот затуманились. Поскольку внезапно вспыхнувшая идея отдавала на вкус дистиллированным бредом…

Может, позвать Черныша⁈ Вдруг явится на мой зов? Чем чёрт не шутит? Да, монстр на Земле, а может и вообще уже помер. Но, с другой стороны, Черныш точно чувствует мои мысли и обладает телепортацией. Вдруг он «услышит» меня и придёт?

Надо попробовать. Я ведь всё равно ничего не теряю. А если всё получится, то кот, учитывая его более тесную связь с природой, имеет больше шансов отыскать выход из Лабиринта.

Продолжая искать проход, я начал усиленно думать о Черныше, представляя, как он вот прямо сейчас появляется рядом со мной.

Но чудо не случилось! И на что я рассчитывал? С таким же успехом буря могла расступиться, как море перед Моисеем, и в конце меня бы ждал блуждающий проход.

— Дедушка, слева какая-то тварь! — закричал позади внучок.

Мой взгляд стрельнул в ту сторону и заприметил горящие багровым пламенем глаза, мелькнувшие среди пожухлой трепещущей травы.

— Неужели? — ахнул я, выгнув брови. — Неужто?

Аж в груди всё спёрло, а сердце заколотилось сильнее. Однако это может быть и не Черныш. Хотя в такую приветливую погодку все адекватные монстры попрятались по норам и укрытиям.

— За мной! — крикнул я внуку и помчался в сторону жмущейся к земле травы, куда в принципе прежде и двигался.

Впереди замелькал чёрный силуэт, а позади надсадно захрипел Павел. Но вдруг раздался вскрик, заставивший меня обернуться. Внучок барахтался на земле, а рядом стонала Жанна.

— Вставай, не время отдыхать! — выпалил я, чувствуя, как грудь разрывает приступ ликования. Мы ведь, кажется, на финишной прямой! Надо только успеть нырнуть в проход!

— Не могу, не могу больше, — простонал внук, кое-как встав на колени.

Его шатало из стороны в сторону.

— Поднимайся, а я возьму Жанну!

Подбежав к девушке, схватил её и закинул на плечо. Ого! А она оказалась тяжелее, чем выглядела. У меня аж ноги подогнулись, а в поясницу словно нож воткнули. Прострелило так, что чуть не застонал. Да, старость — не радость.

К счастью, я всё же смог продолжить путь, придерживая девушку рукой.

Павлушка потопал за мной. И он первым увидел, как среди бури подрагивает марево.

— Проход! — закричал внук вне себя от радости. — Проход, мать его!

— Не выражайся при дедушке! — с хохотком выпалил я и глянул в сторону Черныша, мелькнувшего в траве возле прохода. — Спасибо.

Хотя, надо признать, я и сам шёл в эту сторону, но кот, конечно, придал мне уверенности.

— Не за что! — выдал пухляш и поднажал, как усталая лошадь, почуявшая долгожданный отдых.

Мы все втроём прошли через проход и без сил повалились на светлый кленовый паркет небольшого подвала, освещённого единственной лампой в розовом абажуре. На стенах из красного кирпича весели наручники, разнообразные плети и какие-то полоски из кожи. Рядом с ними за стеклом в шкафу угрожающе краснели резиновые члены таких размеров, что иной пегас позавидует.

А в самом дальнем углу стояла громадная кровать с алым бельём и изголовьем с вырезанными сценами секса.

Воздух же отчётливо пах похотью, развратом и афродизиаками. Ну а из-за закрытой металлической двери доносились характерные охи и ахи.

— Из огня да в полымя, — прохрипел я, лёжа на спине. Жанна стонала рядом. — Сейчас нас тут всех и отымеют в самой извращённой форме. Гы-гы.

Изо рта вырвался нервный смешок, перешедший в улыбку до ушей.

Павел тоже заулыбался и на четвереньках подполз к девчонке, так и не открывшей глаза. Смахнул с её лица спутанные волосы и принялся несильно похлопывать по щекам с затейливыми разводами.

Та застонала и с трудом разлепила веки, а затем удивлённо пролепетала, хлопая ресницами:

— Где мы?

— В гнезде порока и разврата. Скорее всего, в каком-то борделе. Шли, шли и к разбитным бабам вышли. Не иначе бог помог, — усмехнулся я, приняв сидячее положение.

— Мы… мы спаслись, — сглотнула девушка и приподнялась на локтях, во все глаза глядя на подвал.

— Угу. Хотя, может, и померли да попали в Рай, ну ежели мы тут будем всех нагибать, а ежели нас, то тогда в Ад угодили, — подмигнул я ей, придя в хорошее расположение духа.

А чего? Да, де Тур снова удрал, но я рано или поздно настигну его и за всё