Замена - Елена Син

Но я так боюсь в это верить. Мне так страшно, что я готова убежать и закрыться в комнате, а потом представить, что этого разговора не было.

Алекс выдыхает и смотрит на меня исподлобья, как побитый щенок.

— Мил… Жизнью клянусь, я бы никогда не поступил так с тобой. Не знаю, что ты видела, но это не может быть правдой. Да, ты мне снилась той ночью. Я… Блять… — Он трет глаза, а потом тяжело вздыхает. — А, черт с ним! Да, я собирался не просто устроить романтический вечер, я хотел признаться и соблазнить тебя, надеялся, что следующей ночью мы оба расстанемся с девственностью, ясно⁈ Вот, я сказал. Я тоже извра… А, нет, черт, это не то. Я не считаю тебя извращенкой, вообще! Это нормально, Мил! Если ты любишь в сексе всякое разное, а не только миссионерскую позу, то это никакое не извращение. И ничего такого в твоих подростковых фантазиях нет, мы все о чем-то фантазировали! Черт… Ты понимаешь, что я имею в виду?

Киваю. Мне кажется, что под ногами дрожит земля, но на деле это я сама дрожу.

— Это был не сон, Алекс. — Отворачиваюсь, чтобы быстро стереть слезинку. — Тебе, может, казалось, что ты спишь, но Катя-то не спала.

Падаю на стул. Я счастлива и несчастна одновременно.

Катя. Моя Катька. Моя любимая сестренка. У нее всегда есть план. Она всегда действует, зная все наперед.

Она пошла той ночью к нему не для того, чтобы соблазнить, а чтобы меня отвадить. Она знала, что из нас двоих Алекс выберет меня. Она специально дождалась меня, специально поцеловала его у меня на глазах. И он не оттолкнул ее. Конечно, нет. Ведь Катя так на меня похожа… Сколько раз я находила в ее комнате свою одежду, свою косметику, свои духи. Она и той ночью выглядела и пахла, как я.

Я сдерживаю слезы, не зная, что делать, что думать. Знаю, что она тоже меня любит. Но как тогда она решилась на подобную жестокость? Знала ведь, что мое сердце разобьется.

Алекс подходит и садится передо мной на колени.

— Мила, — шепчет, сжимая мои руки. — Милка. Прости меня, родная. — Он утыкается в мои руки лбом, и я чувствую, как их окропляет соленая влага.

— Ты не виноват. По крайней мере в том, что случилось той ночью. — Всхлипываю, стараюсь взять себя в руки. — Ты прав. Я не должна была просто стоять. Надо было ворваться, вцепиться ей в волосы. Если бы я разозлилась той ночью, то сейчас все могло бы быть иначе. Но вместо этого я сбежала. Я трусиха, Алекс.

— Мы оба трусы. — Он целует мои ладони, трется о них лицом. Я встречаю его взор и вижу того, кого знаю с раннего детства. — Давай перестанем бояться? Вместе.

Улыбаюсь против воли. У него всегда все «вместе». Какая ж я дура. Он ведь никогда не смотрел на Катю так, как на меня. И тогда, и сейчас.

Он приходил ко мне, он звал меня, он играл со мной, он учился со мной, он дружил со мной. Он любил меня.

В какой-то момент тишины наши губы встречаются. Легко, нежно. Будто мы коснулись не телами, а душами. Прозрачно, но обжигающе горячо.

— Алекс…

— Знаю. — Он берет мое лицо в ладони. — Я ездил не на работу, Мил.

— А куда?

— К другу. Он адвокат. Мы готовим заявление в суд, я начну бракоразводный процесс, как только Катя даст свое согласие. Я поговорю с ней сегодня же.

Качаю головой.

— Это может подождать пока она не родит.

— Нет, не может.

— Алекс…

— Мила. Ты знаешь свою сестру не хуже меня. Мало что по-настоящему может пошатнуть ее здоровье. Мы с ней давно уже не живем, как супруги. Наш брак закончился, наверное, в тот день, когда родился Костик. Я никогда не любил Катю, но зато полюбил сына. Думаю, она это видела. С тех пор мы почти не были вместе.

— Ладно… Поговори с ней. И еще…

— Что?

— Я вовсе не хочу ей мстить, но все же… Скажи, чтобы она была с тобой откровенна. Скажи, что если она тебе не скажет, то скажу я.

— О чем ты?

— Думаю, она тебе сама расскажет.

Алекс вздыхает, берет меня на руки и несет в комнату.

— Тебе надо отдохнуть. — Аккуратно кладет меня на кровать. — Выспись хорошенько, а завтра у нас большой день.

— Какой?

— Моя мама. Забыла?

— Ты сказал про нас.

— Ну да. Я не отдам тебя Кракену, Милка. Помирать так вместе.

Улыбаюсь и закрываю глаза, встречая его поцелуй. Такой, о каком мечтала давным-давно. Мы давно женаты, страсти поутихли, но остались бережная любовь, забота и чувство защищенности.

Впервые за последние дни я засыпаю спокойно.

Глава 28

Алекс

Когда Катя заходит домой, я уже сижу в гостиной и жду ее. Сегодня она позднее обычного, мне даже пришлось звонить пару раз и напомнить, что пора бы уже возвращаться.

Катя сбрасывает каблуки, туфли разлетаются по коридору. Когда она садится на диван напротив меня, сразу вижу, что что-то изменилось. Тем не менее она привычно улыбается.

— Ты чего такой грустный?

— Почему ты так поздно приехала?

Жмет плечами.

— Засиделись с подружками.

— С подружками? Или с другом?

Взгляд жены становится острым, как нож. Но лицо быстро разглаживается. Она ни от кого не примет удара.

— О-о, — тянет Катя. — Да ты уже знаешь. Неужели Мила проболталась?

— Нет. Она хотела, чтобы ты сама мне сказала, и ты только что это сделала.

— Это и значит, что она проболталась.

— Это мой ребенок или его?

Катя усмехается.

— Это все, что тебя волнует?

— А ты натворила что-то еще?

— Где-то я все же оступилась, — говорит еле слышно, но в доме такая тишина, что кажется, будто можно услышать собственное дыхание.

— Я тебя не обвиняю.

Это правда. Понимание измены жены пришло почти сразу после слов Милы. Да и ребенок… Не чувствую ни гнева, ни обиды. Это просто факт, с которым надо смириться и я довольно быстро свыкся с мыслью, что Костик у меня единственный. Пока что.

— Правда? — ухмыляется Катя. — А я думала, ты хотя бы шлюхой меня обзовешь.

— Я не собираюсь тебя обзывать. Я понимаю, почему ты изменила, я не был идеальным мужем.

— Идеальным? — Она фыркает и смотрит на языки пламени в камине. — Мне не нужен был кто-то идеальный, Леша. Я просто