Стальная Вера 2 - Лина Шуринова

Пока он отходит в сторону, чтобы выполнить обещанное, мы дружно переглядываемся.

— Как думаешь, долго ждать следующего нападения? — спрашиваю то, что, наверное, волнует всех нас.

Горе поднимает глаза к разлому в небе, будто надеясь узреть там ответ.

— Не знаю, — произносит меланхолично. — Может, через пару дней. А может — прямо сейчас. Одно скажу точно: это случится куда скорее, чем нам хотелось бы.

***

Нефёдов спешит через лабиринт дворца нового небесного Владыки, кипя от негодования. Это ж надо придумать: напустить на город целую орду огненных демонов!

А ведь в изначальных договорённостях ничего подобного не было. Да, без кровавого жертвоприношения обойтись было нельзя. Но он сам предложил начать с академии.

Божественные покровители не могли участвовать в ритуале. Поэтому заняться грязной работой должны были приспешники императрицы. Существа, которые считались людьми лишь номинально.

Нефёдов видел таких впервые, но слышал, что для высших чинов империи такое было в порядке вещей. Или только в окружении императрицы? Слухи разнились, а всю правду простой пешке вроде него говорить никто не собирался.

Зато он мог понаблюдать за процессом из первых рядов. И в тот момент это казалось ему чрезвычайно интересным. Посмотреть на магически модифицированных существ в деле — что может быть лучше!

Вот только проклятая Иванова испортила всё удовольствие. Мало того, что отвлекла всё внимание на себя и помешала разобраться с цесаревичем.

Так ещё и сотворила с ним, Нефёдовым что-то странное.

Нет, магические модификации его интересовать не перестали. Но смотреть, как монстры уничтожают людей, отчего-то больше не тянет.

Наоборот.

В последнее время Нефёдов всё чаще задумывается, каким образом он умудрился вляпаться в настолько дурнопахнущую субстанцию.

Будто сам не свой был…

Да-да, конечно.

Как в заговоре против наследника участвовать, воображая себя невесть каким важным, — так с превеликим удовольствием. А как что-то пошло не по плану, так сразу в кусты. Так что ли получается?

Ну уж нет. Раз принял сторону Радима, так нужно держаться её до конца.

Но кто бы знал, как за это короткое время задолбал его высочество…

Нефёдов подходит к высоким дверям и на секунду замирает перед ними. А затем решительно распахивает.

Рогатый Радим, ставший ещё более страшненьким с момента получения божественного статуса, поднимает голову и впивается в лицо Нефёдова пылающим ненавистью взглядом.

Его рога, к слову, пылать давно прекратили, стали чёрными и гладкими, будто полированный обсидиан.

Нога Радима упирается в тело монстра, которого он только что убил. Или не совсем монстра — на божественном плане так сразу и не разберёшь.

— Представляешь, что эта тварь вякнула? — он не глядя пинает труп. — Что я жив, только чтобы врата оставались открытыми…

Он перемещается к Нефёдову в мгновение ока. Хватает за ворот скрюченными пальцами и шипит прямо в лицо:

— Или ты тоже так считаешь, червь?

Считает ли так Нефёдов? Конечно, нет! Потому что знает наверняка.

Новый Владыка божественного плана весьма разгневался из-за их прошлой неудачи и велел до поры не попадаться ему на глаза.

Тогда чуть ли не каждый из его придворных посчитал своим долгом просветить Нефёдова о месте, которое они с великим князем тут занимают.

Радима держат из-за врат, а его, Нефёдова, — просто про запас. Если вдруг потребуется открыть ещё одни, а более подходящей кандидатуры не найдётся. То, что Нефёдов скорее всего погибнет в процессе, божественных выродков волнует мало.

И всё бы ничего: погибнуть во имя своих идеалов Нефёдов совсем не против. Только отчего-то кажется ему, что соблюдать договорённости с ними никто уже не собирается.

Что сделка с людьми была нужна лишь для одного: пробраться к ним в мир…

— Не имею ни малейшего понятия, — ни моргнув глазом лжёт Нефёдов. — Я к вам по другому поводу, ваше высочество.

Радим свирепо раздувает ноздри, но повода для придирки не находит. Отступает, позволяя подчинённому пройти в отведённые для нежданного гостя покои.

Далеко не самые роскошные, строго говоря.

А ведь Радим небесному Владыке почти ровня. Тот царствует на божественном плане, а Радим — на земле. Значит, и принимать его должны по-царски, а не как проштрафившегося служку.

— Величество, — ворчит Радим. — Всё никак не запомнишь!

— Величество, — покладисто соглашается Нефёдов. Наверное, только из-за его послушания Радим до сих пор не прикончил этого бесполезного человека. — Они отправили на Дмитровской огненное войско, ваше выс… величество!

Властитель всей земли удивлённо хлопает глазами:

— И что?

Нефёдов подавляет жгучее желание хлопнуть себя по лбу. Неужто этот мальчишка всегда был таким бестолковым? Где в таком случае были глаза всех тех, кто его поддерживал?..

— А то, что это противоречит вашему договору, — терпеливо объясняет бывший преподаватель. — Жителей нужно было отлучить от Перуна и перевести на нашу сторону. А теперь город скорее всего будет разрушен.

— Это вряд ли, — пожимает плечами будущий император. — Они всегда действуют осторожно.

— Там целое войско взрывоопасных ребят! — самую малость повышает голос Нефёдов. — Вряд ли они что-то знают об осторожности.

— Да ладно тебе, — отмахивается Радим. — Лучше посмотри, что у меня теперь есть.

Опять всё в игрушки играется что ли?

Раздражение вспыхивает с такой силой, что Нефёдову стоит превеликих усилий не высказать царственному малолетке всё, что он о нём думает.

Правду говорят, что задним умом человек крепок. Если бы сейчас Нефёдову предложили поучаствовать в заговоре, он рассмеялся бы этим слабоумным в лицо. И без зазрения совести доложил бы в жандармерию.

Но вот беда: теперь в числе этих слабоумных он сам. А значит, нужно следовать намеченному курсу. В конце концов он ведь не просто так решил поддержать это предприятие…

— Вот, — великий князь взмахивает рукой, и прямо посреди комнаты вспыхивает рамка портала. — Небесный Владыка дал мне поручение. А я даю тебе возможность последовать за мной.

— Куда? — настораживается Нефёдов. И тут же исправляется. — Как скажете, ваше выс… величество.

— Вот-вот, — кивает Радим, — Впредь не спорь со мной. Ты жив лишь потому, что подчиняешься мне беспрекословно. Иди первым.

Кто бы знал, как Нефёдову всё это надоело… Но делать нечего. Взялся за гуж, не говори, что не дюж…

Нефёдов ныряет в портал, как в холодную воду… и оказывается на знакомой улице. Дмитровской!

— Что-то я не вижу особенных разрушений, — хмурится Радим, материализуясь рядом с Нефёдовым. — Разве