Малышка от отца жениха - Анна Лапина
— Это глупо!
— Это правильно! — восклицаю и отхожу, вытирая слёзы. — Для меня правильно!
— Хорошо, — кивает он. — Я буду ждать.
— А это уже глупо! — хмыкаю. — Ждать меня — глупо.
— Это правильно. Для меня, — отзеркаливает и делает шаг ко мне в попытке вновь обнять.
Уворачиваюсь от объятий и мотаю головой, прося больше этого не делать. Не прощаясь и ничего больше ему не говоря, возвращаюсь в палату. Дочь всё так же мирно спит в кроватке. А меня колотит.
Я его люблю… Матвея.
Но разве я могу? Он так ужасен, а моё сердце его любит! За что? Почему?
Почему его? Почему не Олега?
— Маш, ты готова? — Стефи аккуратно заходит ко мне.
— К чему? — поднимаю на неё заплаканные глаза и не сразу понимаю, что она делает в моей палате.
— К Антону, — растерянно отвечает. — Ты чего плачешь? — идёт ко мне.
— Стефи, как быть, когда любишь одного, а быть хочешь с другим? — спрашиваю её.
— Ну и вопросики, — шепчет и опускается рядом.
— Забудь! Просто плохо на душе.
— Маш, я тебя понимаю, — толкает легко в плечо. — Но у меня всё ещё хуже. Я ни с кем сойтись не могу из-за Нади. Я боюсь, что мои мужчины её не примут. И всех отвергаю, — вздыхает. — У тебя хоть выбор есть. И, как понимаю, запуталась ты между Олегом и Матвеем?
— Да.
— Ну… я не знаю, кого ты любишь и с кем хочешь быть, — рассуждает она. — Но скажу так: Олег — лучший вариант. Он так детей любит! Так о них заботится и словно бы с ними на одной волне, что я была бы с ним. Матвей же… ну не мой типаж. Пасмурный. Взрослый. Мрачный. Ну совсем не вариант для жизни, мне кажется. Мужчина должен быть весёлый хоть иногда. Иначе не жизнь, а драма будет всегда.
— Думаешь, Олег?
— Однозначно!
Глава 12
Матвей
— Пап, ты не спишь? — Олег заходит ко мне перед сном. — Поговорить хочу, — произносит и делает шаг в комнату.
— Ну проходи, — указываю ему на кровать, продолжая ковыряться в ящике с таблетками и проверяя, какие заканчиваются. — Что-то случилось? — спрашиваю, закинув вечернюю дозу поддерживающих препаратов и запив их водой.
— Даже не знаю, как сказать, — садится и смотрит вперёд. — Есть то, что мучает меня. И я бы не обращался к тебе за советом, потому как ситуация у нас запутанная, но больше не с кем мне это обсудить.
— Пугаешь, — вздыхаю и опускаюсь рядом. — Говори. Помогу, чем смогу.
— Я никогда от тебя ничего не скрывал, — начинает он так, будто уже заранее нашкодничал. — Ты же знаешь меня. Но есть то, что я боялся тебе сказать.
— Что именно?
— В общем, я тебя не слушал, — выпаливает и вздыхает. — Пропускал осмотры. И, в общем, мне диагноз поставили. Бесплодие, — шокирует своими словами. — Ещё год назад они пытались что-то выловить. Живчиков. Но хватило на чуть-чуть. На маленькую порцию попыток.
— Олег… шутишь?
— Я не могу иметь детей, пап, — повторяет он и хмурится недовольно. — Я уже сделал четыре попытки ЭКО суррогатным матерям, и все оказались провальными! Разных женщин даже пробовал. Но пропали все четыре попытки! Есть ещё одна попытка, но я больше чем уверен, что она тоже будет провальной.
— То есть ты об этом знаешь уже больше года — и мне ни словом? — интересуюсь, обвиняя его в скрытности.
Хотя, как говорится, яблоко от яблони недалеко упало.
— А что бы ты сделал? По врачам таскать стал? — возмущённо восклицает.
— А сейчас ты мне это зачем рассказываешь? Думаешь, сейчас по врачам таскать не буду?
— Совет нужен потому что, — надувается он, как шарик, но быстро собирается. — Я долго думал о себе и о Маше. Эля больна. Я детей иметь не могу. Маша захочет ещё ребёнка. Здорового. Я боюсь, что она меня бросит из-за моего недостатка. И я должен принять решение: бросить её и дать шанс другому мужчине подарить ей желанного ребёнка или быть с ней и позволить сделать ЭКО от анонимного донора?
— Ты правда хочешь моего совета? — с сомнением спрашиваю его. Оглядываю его с ног до головы. Вроде трезв.
— Да, — кивает. — Но как отца, а не как бывшего Маши.
— Как отец и сторонний наблюдатель за вашими отношениями, я бы дал совет тебе попробовать использовать последний шанс, но если не выйдет, то стороннего донора использовать, — говорю честно и бесстрашно. — .А расставаться из-за того, что у тебя что-то не так — не стоит. Представь, твоя мама бы бросила меня, если бы я моргал чаще других? Да, глупый пример. Но изменить себя — ты не можешь. Это внутри твоего организма. Твоя неприятная особенность. Ты не можешь изменить своей физиологии, Олег.
— А как бывший Маши? — кидает тихо и неуверенно. — Что бы ты мне посоветовал?
— Как её бывший, я с тобой даже говорить не хочу, — признаюсь ему. — Я уже подарил ей одного больного ребёнка и хотел бы для неё счастья с мужчиной и с ещё одним здоровым ребёнком.
И пусть любой из двух предложенных вариантов причиняет мне боль, я правда желаю ей этого.
— Пап, а ты её любил? — вопрос прилетает неожиданно. И я хотел соврать, но не когда он так смотрит на меня.
— Да, — отвечаю.
— А сейчас? — спрашивает, и я отвожу взгляд. — Честно скажи. Любишь её сейчас? От этого не изменится моё решение переехать к тебе, если Маша согласится. Просто я должен знать!
— Люблю, — коротко чеканю, и сердце от одного этого слова готово остановиться.
— А чего бросил тогда? — задаёт вопрос, не ревнуя и не злясь. — Просто я смотрю на Машу. Она ведь золото, а не девушка! Я таких, как она, не встречал! И просто не понимаю тебя. Ты мне говоришь не бросать её из-за моей проблемы, но ты-то её бросил. И я совсем не понимаю твоей логики. Я думал, что ты скажешь дать ей шанс найти другого человека, но ты совершенно другое говоришь.
— Я дурак, Олег, — хмыкаю без стеснения. — Я думал, что смогу её забыть. Что просто увлёкся. А бежал, потому что думал, что так исправлю ситуацию. Не хотел ей вконец жизнь испортить больным мужем и таким же ребёнком.
— А если
