Еретик. Том 2 - Валерий Валерьевич Васильев
Справа от меня висело… зеркало. И внизу подписано: «Физаролли». Как остроумно. Однако отражение изменилось… Это был я, в моей мантии, только вместо лица… белая маска, на которой пока что застыло выражение удивления. Маска Маднесс? Забавно…
Скрипнула дверь, и оттуда вышел… тоже я. Только другой. В шитой серебром и золотом мантии, с сиянием за затылком, обгоревшими крыльями, осколками сверкающего обода над головой и изумрудными глазами… Типо, смесь образов Харуда и Морта? Назовем его… «Дурной Физ». Да, пойдет.
Он недоуменно осмотрелся.
— Где я, смертный?!
Голос пытался грохотать… но первое же мое недовольство, и стены изменились. Они остались деревянными, но теперь прекрасно поглощали звук. Дурной Физ испугался.
— Что здесь происходит?
На сей раз голос был обычным. Я привык слышать его каждый день. Я ответил.
— Садись. Поговорим. Обсудим твое поведение.
— Да как ты смеешь…
— Садись.
На сей раз мой голос грохотал. Дурной Физ сжался, и сел на предложенный стул. Я сел напротив. Хм… раз уж я сейчас в образе Маднесс, то почему бы…
Моя мантия окрасилась в равномерный алый цвет, а в руках появились бокалы. Хм, я понял, как это работает… Какое-бы воспоминание выбрать… Полное отчаяния… Вот. Моя смерть. Почти смерть. Если бы не Верность Иглы, я бы лежал там трупиком.
Бокалы наполнились серой жидкостью. Это отголоски моего отчаяния. Должно неплохо прочистить мозги и вызвать на откровенность.
— Пей, не стесняйся. Так кто ты, говоришь?
— Я?! Ты смеешь не знать меня?! Да я…
— Я-я, головка от… кхм. Имя.
— Их множество.
— Хм… Множество, говоришь. Харуд-Мортен, или точнее, Хар-Арруд.
Он вздрогнул.
— Как ты смог произнести его?!
— Захотел и смог. Успокойся, Мортериус.
Он вздрогнул еще раз. Такое впечатление, что я надел на него цепи. Но не этого я хотел.
— Кто ты?
— Я? Я бог! Я сама вершина развития! Я всемогущ…
— Цыц. Всемогущ, говоришь… Хм…
Как там Маднесс говорила? На что это похоже… Зерно, зерно Прабога…
— Гордыня.
Он вздрогнул… и захихикал.
— Догадался таки…
Многое встает на место. Бог, точнее, Прабог. Тихо мирно развивался, питаясь верой других людей. Зерно Амбиции все-таки проросло… Ну ничего. Вырастим, подвяжем, и заставим нести золотые яйца.
Дурной Физ выпрямился, спокойно отхлебнул из бокала…
— И это все, что ты можешь предложить собственному богу?
— Не забывайся. Ты может и какой-то там «бог», но мой. И это значит, что я тебе не поклоняюсь, а что я тобой владею.
— Уверен? Кто ты без меня? Напомнить?
Его образ поплыл, превратившись… в молодого парнишу с карими глазами, в белом комбинезоне с зелеными полосами. Я захохотал, отчего он смутился.
— Если ты правда думал, что это меня зацепит, ты ошибся. Я сжег свое прошлое. Да, я еще помню имя «Филя», однако столько всего произошло. И я ни о чем не жалею. А вот ты, видимо, все еще цепляешься за прошлое. За мое прошлое. Я знаю, кто я без тебя. Я элементалист. Я лидер специальной группы «Сестры». И главное — я паладин одной маленькой, но очень своеобразной Сильной, которая жрала таких, как вы, пачками. А кто ты без меня? Зерно, которому не за что уцепиться, а, Амбиция?!
— Но всего этого ты добился лишь со мной!
— И что ты делал? Давал скромную прибавку к силе? Поверь мне, Берсеркер сделал больше, чем ты.
= Да-да, я сильный.
С матерным криком я обернулся. За моей спиной стоял… я. Только с горящими алым глазами, и полностью окровавленный.
— Ты хто?!
— Берсеркер. Звал?
— Не-не-не, топай, откуда пришел…
— Драки не будет?
— Нет, не будет.
— У-у-у-у-у…
Он с разочарованным видом ушел сквозь стену. Пиздец, не голова, а дурдом. Хотя я паладин безумия, чего еще я мог ожидать…
— Ей, Берсеркер!
Он высунулся с горящими от нетерпения глазами.
— Драка?!
— Не-не. Сколько вас там еще, личностей?
— Ну… я. Эм… Харудик. Мна… Фенек. Усе.
Угу, то есть альтернативные формы. Хм… Может, при превращении на самом деле им передавались мои воспоминания, а я как бы засыпал, и получал воспоминания уже от них? Забавная теория…
— Понял, спасибо. Можешь идти.
— Угу…
Капец. Ну ладно. Я обернулся к Амбиции. На моей маске проступило торжествующее выражение.
— Итак?
— Ты смерд, не осознающий моей мощи!
— И где твоя мощь? Покажи.
Я увидел, как он напрягся, пытаясь что-то сделать… однако мое малейшее желание — и пространство просто аннулировало его попытки. Дурной Физ поморщился.
— Твои козни…
— Цыц. Итак. Твоя мощь? Где она? Может, хватит на меня тут наезжать, и пойдешь вон, с коллегами познакомишься?
— Эти ничтожества… Да как ты смеешь?!
— Да как я смею… хочу, и смею. И вообще, ты Ланса решил копировать? Зря. Тоже пиздов получишь.
Он заткнулся, скосив глаза в сторону. Мда, общего языка не найдено… Я встал.
— Ладно, черт с тобой. Не хочешь сотрудничать, значит, просто не буду использовать. Нафиг мне инструмент, который пытается укусить меня, м? А ты посидишь в забвении.
— Чт… нет!
Опа. Забвение нас пугает? Я демонстративно пошел в сторону стены. Там мгновенно возникла дверь.
— Прекрати! Повелеваю тебе, смерд!
Спокойно поворачиваю ручку. За дверью довольно темно… но я знаю, что там. Там — выход.
— Стой! Я…
Даже не собираясь его выслушивать, я шагаю в пустоту.
Черт, я и забыл, насколько неприятно выглядит её нога. Этот вьюнок — просто ужас.
— Говоришь, хотела очистить от греха?
— Да, владыка.
— А зачем было очищать от людей? Не проще было вычистить грех из людей?
— Человека можно вытащить из грязи, но грязь из человека — невозможно. Их не спасти.
— Угу. И ты решила превратить этот город в призрак. Многовато смертей, не находишь?
— Все во имя Бога!
— Но покровительствую тебе я. Поэтому…
— Ты все равно меня бросил! Иди к черту!
— Как я могу идти к самому себе, дамочка? Ну да это неважно. Ты же уже все сделала. Многие сегодня погибли. Дети, старики… Еще не рожденные. Те, кого грязь не успела коснуться. Скажешь, что они тоже грешники?
— … Они окружены грязью с самого своего появления. Даже в матери они плавают в воде…
Мда, полный финиш. Сейчас она дойдет до того, что кровь — это тоже вода, а значит греховны все, и пойдет превращать эту землю в пусты… а-а-а-а, так вот что имела ввиду Дести! Все началось отсюда, с этого княжества, именно поэтому это княжество объявило войну всем! Потому что вал разрушений шел отсюда! Вот оно че!
