Стальная Вера 2 - Лина Шуринова

«А что такого?» — чуть не брякаю. Но вовремя соображаю, что для местных стесняшек это и впрямь перебор.

— Для моего мира такое в порядке вещей, — уверяю я. — Ничего особенного.

Рудин недовольно хмурится:

— И что же? Будь на моём месте любой другой мужчина, ты вела бы себя так же?

Задумываюсь лишь на мгновение:

— Ну нет. Тебя-то я знаю. И в целом уже убедилась, что тебе можно доверять.

Не на все сто, конечно. Но отчего-то присутствие Влада с некоторых пор меня успокаивает. Когда это началось? Наверное, после того, как он вытащил меня из оранжереи.

В его словах и действиях нет двойного дна и тайной подоплёки. К нему, пожалуй, даже можно повернуться спиной и не пожалеть об этом.

— А ты наивнее, чем кажешься, — усмехается Влад. Но отчего-то краснеет.

И кто тут у нас ещё наивный?

— Вообще-то в прошлой жизни я была замужем, — добиваю бедолагу. — И старше тебя… раза так в три. Так что вы с Яриком для меня примерно на одном уровне.

Влад невозмутимо отпивает из своей кружки:

— Ну, то, что ты старовата, и так сразу было видно. Молодые девушки так себя не ведут.

— Мог бы и промолчать! — аж задыхаюсь от возмущения. — Да в вашем мире девушки только и должны, что выходить замуж! Я, когда тут очутилась, даже в наследство вступить не смогла…

Упс.

Прикрываю руками рот, но дело сделано.

— И из какого же вы дворянского рода, курсант Иванова? — вкрадчиво интересуется Влад. Не злится вроде, скорее, насмешничает.

Но я не вижу смысла скрывать наше с братом происхождение и дальше.

— Брат наследник графа Огарёва, — признаюсь. — А я — вроде как графская дочка. Только нам пришлось спрятаться в академии. Опекуны собирались убить Ярослава, а меня — выдать замуж.

От воспоминаний о душном Перуновом храме аж передёргивает. Ух, и накостыляю я этим гадам при следующей встрече!

— Собираешься туда вернуться? — понятливо хмыкает Влад. — Хочешь отомстить?

— Вернуться — да, — обхватываю кружку обеими руками и устремляю взгляд в пространство, будто пытаясь углядеть там своё туманное будущее. — Нужно передать Ярославу отцовское наследство. А мстить мне не за что. С этим пусть брат решает.

Влад согласно кивает:

— Разумно. Месть — это не то, на что стоит тратить время.

— Так говоришь, будто много об этом думал.

Он улыбается:

— Было дело. Когда-то я мечтал убить императора.

— Ого, — на автомате понижаю голос. — И что же, теперь отказался от этой мысли?

— Нет, — Влад пристально смотрит мне в глаза. — Просто решил на этом не зацикливаться. Объективно — мне всё ещё сложно что-то всерьёз ему противопоставить.

Усмехаюсь и возвращаю колкость:

— Надо же. А ты наивнее, чем кажешься. Такие речи ведёшь перед первой встречной.

— Просто знаю, что ты меня не выдашь, — отвечает Влад абсолютно серьёзно. — Или ошибаюсь?

Шутливо отмахиваюсь:

— Вот ещё! Мне и своих секретов выше головы, чтобы чужие разбалтывать! Да и всё равно в общем-то. Даже если ты внебрачный сын императора…

— Племянник.

— Что?

— Я внебрачный сын его старшего брата. Значит, императору — племянник.

Ну да. Я и раньше догадывалась, что Влад не просто так с императорскими сыновьями на короткой ноге. Но чтобы они были настолько близкими родственниками…

— Вообще-то императором должен был стать мой папаша, — продолжает Влад буднично. — Но получил магический заряд, несовместимый с жизнью. «Печальное стечение обстоятельств», как написали в некрологе.

— Ты поэтому хотел отомстить?

— Нет, — Влад качает головой. — Новому императору не нужен был отпрыск прошлого наследника. Мать пыталась меня спасти, но в результате погибла сама.

— Как же ты выжил? — страшит не сама история, а то, с каким спокойствием он рассказывает о таких «высоких» родственных отношениях.

Влад усмехается:

— Повезло. В самый последний момент у меня пробудилась магия. Я ранил императора, а он зачем-то сохранил мне жизнь. И отправил на воспитание в семью небогатого барона.

Протягиваю руку и накрываю ею Владову ладонь.

— Сочувствую.

— Да ничего, — он переворачивает руку и переплетает наши пальцы. Его кожа тёплая, даже горячая. — У барона было не так уж и плохо. Можно даже сказать, хорошо.

— Ты поэтому оставил себе его фамилию? — старательно делаю вид, что ничего особенного не происходит, хотя этот простой жест отчего-то жутко смущает.

Нет, всё-таки моё отношение к Рудину совсем не такое, как к брату. Я бы даже сказала, кардинально отличается.

Влад усмехается, вряд ли подозревая, что творится у меня на душе:

— «Богданов» звучит слишком пафосно, не находишь? К тому же я никогда не считал себя членом императорской фамилии.

— Мне тоже больше нравится «Рудин», — признаюсь без всякой задней мысли. И тут же ощущаю, как к щекам приливает кровь. Да что ж такое-то! Осторожно высвобождаю руку из его хватки. — Давай посуду мыть что ли?

Мы дружно наводим порядок. Затем, за неимением других развлечений, усаживаемся на диван и продолжаем разговор.

Влад рассказывает о путешествиях, в которые был вынужден отправиться из-за императорских происков. Я делюсь впечатлениями о первых днях попадания и историями из прошлой жизни.

Мы даже не замечаем, как засыпаем прямо так, сидя. Ещё и в обнимку, потому что к ночи холодает.

А на рассвете подскакиваем, услышав, как распахивается входная дверь.

В комнату, гремя сапогами, входят трое красных мундиров.

— Одевайтесь, — приказывает один из них. — Вас велено срочно доставить в Москву.

Глава 14. Испанский стыд

— Это на каком же основании? — Влад с грозным видом встаёт на ноги и нависает над пришельцами, заставляя их отступить на пару-тройку шагов.

Я в это время, подавляя болезненный стон, массирую затёкшую насмерть шею. Всё-таки засыпать стоило на кровати, а не на своём собеседнике.

— Приказ его величества! — с вызовом отвечает главный. — Только что градоначальник передал. Будете оспаривать?

— Нет, — Влад бросает на меня косой взгляд. — Дайте только собраться.

Ишь ты, какой покладистый. Не иначе, задумал чего. Но при заметно взбодрившихся охранниках об этом точно не поговоришь. С некоторым трудом встаю с дивана. Ух, затекла-то не только шея, но и всё, что