Любовь против измены - Алёна Амурская
- Почему? - слегка удивляюсь я.
Действительно это предостережение звучит как-то странно в исполнении Князева. С какой стати он вообще делает это, если речь идёт о сотруднике-мужчине, который по умолчанию гораздо крепче меня самой?
- У него с этим проблемы, - лаконично роняет тот. - Сама увидишь. И кстати... с речью у него тоже проблемы, так что тебе придется наладить коммуникацию с ним как-то иначе. Ну, в общем, сама разберешься. Пока.
Когда связь обрывается, я некоторое время озадаченно смотрю на трубку. Из этого ступора меня выводит негромкий стук в дверь. Ага, наверное, это и есть тот самый загадочный Владимир Зорин... Я заинтригованно подхожу ко входу и щелкаю замком. На пороге стоит высокий плечистый парень. Тот самый, за которым я недавно наблюдала из окна. В низко надвинутой кепке и потрепанном чёрном плаще, напоминающем старомодный макинтош из непромокаемой прорезиненной ткани, точь-в-точь как у Шерлока Холмса в чёрно-белых фильмах прошлого века. Лица у него не разглядеть совсем, потому что его закрывает антибактериальная чёрная маска. Одни только глаза и видны. Светлые, в обрамлении длинных, как у девушки, тёмных ресниц. И их взгляд наполнен настороженным недоверием, как будто парень ждет от меня какого-то предательского подвоха.
- Владимир Зорин? - неуверенно спрашиваю я.
Он медленно кивает, не сводя с меня своих красивых немигающих глаз, и я дружелюбно улыбаюсь:
- Тогда добро пожаловать!
Устроившись за столом, мы некоторое время просто смотрим друг на друга. Я открываю рот, чтобы задать вопрос, но тут же вспоминаю насчет загадочной «проблемы коммуникации».
- Меня зовут Маня. Владан Романович уже предупредил, что мы будем работать с тобой вместе, это отлично. Но мне не совсем понятно, как именно это делать. У тебя вроде бы есть какие-то... э-э... физические проблемы?
Зорин безмолвно и мрачно взирает на меня пару мгновений. Я уже начинаю гадать, нет ли у него и со слухом каких-то проблем, как вдруг он опускает глаза и одним движением стягивает с головы маску. Я вздрагиваю. У него землисто-серый цвет лица, как у некроманта из хэллоуинских страшилок. Очень симпатичное, благодаря потрясающе выразительным глазам... но с отталкивающе нездоровой асимметрией лицевых мышц в нижней его части. Эта пугающая дисфункция становится особенно заметной, когда Зорин поднимает на меня глаза, чтобы увидеть явно привычную для него реакцию. И жутковато-криво усмехается. Мелкий тремор лицевых мышц при этом создает особенно тягостное и печальное зрелище загубленной молодости этого человека. Ему бы жить да радоваться... если бы не вот эта злая и жестокая шутка, которую судьба сыграла с его прекрасной внешностью и превратила красавчика в мрачного франкенштейна.
Не выдержав, я отвожу взгляд в сторону. Почему-то мне становится ужасно стыдно, как будто именно я заставила беднягу снять маску против воли своим вопросом. Могу только представить, чего это ему стоило... Ведь если он и улыбается-то с трудом, то неудивительно, что у него и с речью большие проблемы. Тяжело вздохнув, я набираюсь мужества снова посмотреть в это изуродованно-красивое лицо. Но, к моему облегчению, Зорин уже спрятался за своей черной маской и быстро печатает что-то в своем телефоне. Потом разворачивает ко мне экран, давая прочесть.
«У меня контузия после военной службы, - написано там. – Повреждены голосовые связки, мимика и частично правая часть тела. Но не обращайте на это внимания. Я обещал оказывать вам любую посильную помощь в качестве курьера и консультанта по местным вопросам. И хорошо знаю, как тут работают местные власти, так что подскажу, как вам лучше действовать, чтобы не отвлекать Владана Романовича по пустякам.»
- Понятно, - поспешно киваю я. - Только предлагаю сразу перейти на «ты». Зачем нам официоз, если нас тут в офисе всего двое, верно?
В ответ на это робкое предложение вижу, как настороженные глаза Зорина слегка оттаивают. Радуюсь этому так, будто приз какой-то выиграла. Наверное, потому что слегка отступает неприятное ощущение досады за свою недавнюю испуганную реакцию на его травму. Реально ведь бедняга! Отлично понимаю, почему он везде в маске ходит. Задолбали его в край, наверное, жалостливые и брезгливые взгляды окружающих... Прямо как у меня сейчас. Я выскакиваю из-за стола с чуточку преувеличенным энтузиазмом.
- Ладно, прямо сейчас у меня в планах пойти в поликлинику и записаться на прием к главврачу. Никак дозвониться не могу. Пойдешь со мной?
Зорин молча поднимается и идет следом за мной на улицу. Я поначалу шагаю медленнее обычного, неуверенная в том, какой темп для моего помощника будет достаточно комфортным. Но он неожиданно даже обгоняет меня и вопросительно оглядывается. Ай, ну и ладно, буду идти как идется! Действительно, если подумать, то мои пляски вокруг могут только его гордость лишний раз задеть, так что лучше относиться к нему, как к нормальному парню. Он и без меня сыт чужой жалостью по горло.
В крошечном фойе поликлиники довольно оживленно. У стойки регистратуры толпятся бабульки в цветастых платках и чему-то возмущаются.
- Ишшо одна практикантка? - звучно крякает одна из них. - Не надо нам тут белоручек городских, Анна Филимоновна, не умеют они работать по-человечески!
Окошко регистратуры многозначительно-намекающе хмыкает старчески-грудным голосом пожилой регистраторши:
- Зря вы так на всех городских наговариваете, с практиканткой новой нам повезло. Уж получше, чем внучки некоторых, у которых ветер один в голове и мальчики. Целыми днями в телефоне торчат. А еще испытательный срок надеются пройти с таким настроем, хм... Ой, Володя, ты? - замечает она острым глазом из окошка высокую черную фигуру моего спутника. - Иди сюда, решим твой вопрос быстренько. Посторонитесь, уважаемые!
- А чего это его вперед? - начинает ворчать всё та же недовольная. – Такого молодого да...
- Бабуль! - прерывает ее какая-то эффектная фигуристая девица в белом халате, спешно выскочившая из коридора. - Это же Володька, не узнала, что ли? – и шипящим громким шепотом добавляет: - Он же инвалид конченый!
Внимание всей толпы дружно устремляется на Зорина‚ который неподвижно стоит рядом со мной. Он молча смотрит на ту, которая это сказала. Взгляд у него... сложный. Как у человека, который неожиданно столкнулся с давним знакомым и получил от него пощечину вместо приветствия.
Покосившись на беспардонную девицу, я замечаю, что из того же коридора за ее спиной появляется еще одна девушка. Тоже эффектная... вот только просто
