В Китеже. Возвращение Кузара. Часть I - Марта Зиланова
Вторую Кузар проверял дольше. Часами сидел во дворе ее дома, кормил голубей. А сам слушал, что происходило внутри жилища объекта. Муж в одной комнате, она — в другой. Больше говорила с котом, чем с человеком рядом. Одинокая. Уже собрался к ней подойти, специально сел за соседним с ней столиком в трапезной рядом с управлением МВД. Но к объекту за обедом присоединилась подруга, рассказавшая об интрижке на стороне. Объект принялась яростно с пылом отчитывать ту. Искренне, с пылом. Без ноток лицемерной зависти. Все с ней понятно, брак — это святыня. Даже неудачный. Только время зря потратил. Будет страдать, но на его зов не откликнется.
А потом артефакт указал на третью. Деловую карьеристку. Служила в пиар отделе Управления. Даже удивился — обычно такие деятельные к дару Бездны относятся бережнее. А тут, будто даже кристаллы годами не зажигала. Проследил. Хмыкнул — действительно, даже свет не включала, угадал.
До дома трамваем, по лестнице пешком, в квартире свет горит. Мать-старушка встречает с готовым ужином, и как девочке: «а руки помыла?». И после еды снова за рабочие бумаги. Без устали переводить действия и события в мертвые канцелярские конструкции. Деятельность и амбиции — маска, осознал Кузар. Она одинока и надломлена. То что нужно.
И Кузар вышел на охоту. Почистил пиджак, подстриг бородку. Без очков, конечно, никуда. Но и облик неудачника для нее не подходил, не клюнет.
Конечно, можно было поступить проще: изменить себе внешность еще раз. Но, во-первых, так и в «костюмах» запутаться можно. Во-вторых, со своим обликом Кузар знал, как правильно разговаривать с такими, как новый объект. Ну и в-третьих, в нем проснулся азарт — хотелось поиграть с этим объектом с большими ставками. Она же из полицейских надзирателей, пусть и не из следователей. Уж кто-кто, а они-то узнать должны!
Ну, как они все могли забыть Кузара?
Вот и сидел с газетой, поджидал. Объект, конечно, задерживалась. Она всегда задерживалась, особенно по пятницам. Сидела одна в опустевшем кабинете за химерой телевизора с печатной машинкой — Кузар уже узнал, они называли это компьютером. Полчаса, сорок минут, час.
Пока ждал, выпил три кофе. Уже думал отправить к ней легкий ментальный импульс, приманить.
Рискованно, конечно, артефакты с колокольчиками появились по всему городу. Кузару удалось украсть один из них в бакалее (теперь магазин только зачем-то называли «мини-маркет»). И разобрать. Действительно, артефакт реагировал на ментальную магию. И таких по всему городу появилось видимо-невидимо. Кузар без сомнения мог обойти большинство из них — такие грубые артефакты не отреагируют даже на изящное плетение заклинания, а на его могущество — тем более. Но применять внушения стоило теперь куда аккуратнее.
Пока Кузар раздумывал: выманить объект заклинанием или нет, — она появилась сама. Вовремя. Кузар отвел взгляд и сосредоточился на газете, только краем глаза следил за ее перемещением. Когда объект оказалась в пяти шагах от него, двинул пальцем и точно направленный поток воздуха вырвал газету из его рук, поднял, закружил и припечатал к груди объекта. Кузар вскочил, изобразил на лице удивление. Как будто впервые заметил объект, остановил взгляд на ее лице. Так, брови вверх, глаза распахнуть и челюсть сквозь сомкнутые губы чуть расслабить — придал лицу удивление. Будто узнал. Но отстранился — обознался. Но взгляд задержал, изучающе.
— Прошу прощения, сударыня, — через стенку террасы обратился он к ней. Ограда, люди вокруг, его интеллигентный вид — все ей должно внушать безопасность. А ситуация, его облик и голос — пробуждать любопытство. Она не та, кто знакомится с мужчинами на улице. Не из тех, кто вообще знакомится с людьми. Но она усталая, вид расслабленных людей в кафе на террасе ее гнетет, она тоже хочет также — Кузар был уверен в своих выводах. Да и его голос, он знал, располагал безо всякой магии.
— Ну что вы, — пожала плечами объект, оторвала от себя газету, подошла к оградке и протянула ее Кузару. Он поднес руку, прикоснулся к газете, но не потянул ее на себя. Посмотрел в глаза и благодарно улыбнулся. Она кивнула, отпустила руку и продолжила путь.
Кузар выждал секунду, две и окликнул:
— Сударыня!
Она остановилась и удивленно обернулась.
— А вы… вы не согласились бы выпить со мной чашечку кофе? — рукой он указал на свой столик. Она неуверенно шагнула вперед, по направлению к остановке трамвая. И добавил. — Мне так не хочется провести последнюю теплую ночь года в одиночестве…
Во взгляде объекта что-то дрогнуло, будто маска треснула. Она растерянно посмотрела на соседние столики, веселых людей, огни, разговоры. Посмотрела на потемневшее здание Управления. Сжала ручку сумки на плече.
— У меня еще столько работы, — пробормотала она и попятилась.
— Понимаю, работа — это так важно, — Кузар вздохнул, сокрушенно поджал губы. — Да и вас наверняка кто-то ждет.
Объект вздрогнула. Кузар сдержал улыбку: конечно, что делить вечер со старухой-матерью, как и десятки если не сотни прошлых.
— Ну, разве что полчаса, — нерешительно улыбнулась она и снова будто нацепила маску: вздернула нос и, вцепившись в ремешок сумки двумя руками, отправилась ко входу в кафе. Кузар хмыкнул, провожая ее целеустремленную походку скептическим взглядом. Взялась за знакомство на улице, как за решение новой задачи на работе.
Ну а дальше просто. Внимательно слушать и поддакивать. Задавать вопросы участливым тоном о ее «тяжелой жизни». Немного о себе — да, ничего интересного, теорией магии занимается, формулы в кабинете просчитывает, иногда лекции читает. Но что же вы, Елена?
Пока она говорила, Кузар изучал. Какая зверушка перед ним? Объект очень походила на полевую мышь — блестящий взгляд темных глаз, суетные движения. Но всё в Кузаре восставало против этого определения. Слишком важной для него была первая Мышь, единственная. Без ее жертвы, не было бы могущества. Не было бы Кузара. Но эта — чем-то похожа. Но как же назвать? Кто там есть? Песчанка, тушканчик, крыса? Полёвка?
— Да, конечно. Я немного разбираюсь в артефактах. Этот колдунами сработан. Значит против каких-то псисенсорных заклятий? — тоном профессора с кафедры предположил Кузар.
— Ой, как приятно разговаривать с умным человеком, не то, что эти клуши с отдела, — заулыбалась полевка. — Да, это артефакт, настроенный реагировать на ментальную магию. Так вот, эта Степанова заставила меня предложить отменить обязанность по поддержке артефактов с купеческой гильдии. Они типа жалуются много: менталкой только маги пользуются, а они не пойдут грабить магазины.
— Разумное замечание. И что с предложением? — нахмурился Кузар.
— Катастрофа! Оказалось, просто, что это сам Астанин еще вечность назад приказал эти артефакты по всему городу развесить! Он как услышал, вскочил, как орать начал, что они важны, что мы все бдительность ослабили. И на меня, будто это я совсем идиотка. Будто это я про его Кузара и других психов забыла. «Вы б еще, Елена, рамки-детекторы убрать предложили!» — передразнила она в конце.
— Это несправедливо, — сокрушенно покачал головой Кузар, прикладывая все усилия, чтобы не просить рассказывать только про Астанина — это же именно он помешал ему возглавить Китеж в восемьдесят втором. И рамки-детекторы тоже вызывали вопросы. Детекторы чего?
— Да! Но мало мне этого! Не впервой начальство орало, работа такая. Ты… ой вы…
— Ты, все хорошо.
— Ты представляешь, что сказала на это Степанова? «Вы, генерал, простите нашу Леночку, это она инициативу проявить хотела, за моей спиной несогласованные предложения в отчет внесла». Представляете⁈
— Как она могла! — воскликнул Кузар. Полёвка печально покачала головой, но тут же переключилась на новую историю об ужасной начальнице. Кузар продолжал изображать заинтересованность и дальше, а сам внутренне весь напрягся. Наконец-то он узнал об Астанине! Уже было подумал, что недожил. В восемьдесят втором он был еще молодым, около тридцати. А тут по телевизору и не мелькал все эти дни, по радио не появлялся, в газетах тишина. А узнать, что с ним стало, однозначно стоило.
Так значит генерал. Не забыл и бдит! А Кузар уже расслабился и беспечно разгуливает рядом с гнездом врага без изменений внешности!.. Все-таки стоит быть последовательнее. Но иногда это так сложно, когда истинное могущество так и рвется наружу.
Ладно, полёвка окупила всю трату времени на себя в первый же вечер. Это хорошо. Но вот Кузару теперь стоило хорошенько обдумать
