Предатель. Не верю тебе! - Виктория Вильманн
Думает он о дочке. Ага!
А он думает о том, что Злата всё чувствует через меня? Всю мою боль на себя принимает, плохо спит…ест.
Я стараюсь изо всех сил быть рядом с ней жизнерадостной. Но только она чувствует намного глубже, то, что у меня на душе. Такая у нас вот с ней связь…
– Поняла, – отвечаю безэмоционально.
Только вот я одного не могу всё никак понять. Что хочет сделать? Как планирует себя оправдать?
Он настолько погряз в грязи, что уже никогда из неё не выбраться.
– Всё не так, как кажется, – добавляет Саша.
Это правда.
Думала хороший муж у меня, как повезло с ним. А на деле… стыдно вслух произносить такое. Кобель.
Саша наконец-таки захлопывает за собой дверь, оставляя в воздухе ощутимое напряжение.
Тяжело переступая ногами, будто неся на себе огромную ношу, иду к дочери. Она моё единственное утешение и радость. Надо теперь опять придумать оправдание для Саши в её глазах. Он опять оставил её с чувством полного разочарования… Сколько это может продолжаться?
Звонок в дверь.
– Забыл что-то? – цежу себе под нос.
Хотя, если бы это было так, то открыл бы своим ключом. Или у него на это уже руки не поднимаются? Жена ведь по первому звонку прибежит. А может быть это его новоиспеченная няня спешит.
Разворачиваюсь и иду обратно.
Медля у входной двери, всматриваюсь в глазок и не могу поверить своим глазам. Вероятно, мне настолько плохо, что я вижу в пустыне мираж…
Щелчок. Распахиваю настежь. Меня тут же оглушают громкие слова. Даже голова кружится и коленки начинают невольно трястись…
Вот чего я точно не ожидала.
Глава 17
– Папа.., – вырывается из груди.
Смотрю на отца большими от изумления глазами и поверить себе не могу. Высокий мужчина тоже не может совладать со своими эмоциями, излучая встревоженность и обеспокоенность всем своим видом.
– Ну, Танюш, что тут у вас происходит? Где Саша? Я с ним поговорю, – начинает он прямо с порога.
Судя по тону его голоса, намерения у него очень серьёзные.
– А его нет…Саша буквально несколько минут назад…ушел.
– Разминулись с зятьком значит, но оно и к лучшему. Сама мне всё расскажешь. Его послушаем в последнюю очередь.
Я искренне обескуражена неожиданным появлением отца.
Вот его я точно не ожидала увидеть на пороге своего дома. Особенно после того, что мне высказала мачеха. Он ведь не перезвонил, чтобы хоть как-то объяснить её столь грубый тон на ровном месте.
– Пап, – шепчу я, прижимаясь к отцу, не в силах противостоять нахлынувшим эмоциям.
Родной запах ударяет в нос, что даже слёзы наворачиваются.
Оказывается, что всё это время мне нужно было чтобы кто-то прижал меня к себе, защищая. Какую всё-таки большую роль играют родные люди в нашей жизни. С ними мы будто обретаем точку опоры, когда кажется, что уже вот-вот упадёшь.
– Папуль, всё разрушено, – шепчу я, уткнувшись в его широкую грудь. – Саша мне неверен. У него есть другая женщина и она, кажется, ждёт ребёнка. По крайней мере она так выразилась.
– Паршивец, – цедит отец. – Собирай вещи, нечего тебе здесь пропадать. На тебе лица нет. Я с ним сам разберусь.
– Мне нельзя уходить, – спешу с ответом, немного отстраняясь в сторону, – Саша, он сказал, что…заберёт у меня Злату, если я буду предпринимать какие-то попытки оставить его. Я не знаю, зачем он продолжает меня мучить, имея в жизни другую женщину. Он будто желает усидеть на двух стульях, но это же невозможно.
Отец осторожно гладит меня по спине, как бы успокаивая. Судя по тому, как изменилось выражение лица, мои слова сильно огорчили его. Он сам не ожидал такой подлости от Саши.
Никто не ожидал. Я в первую очередь.
– Скоро няня должна прийти, – продолжаю я, – будет выполнять роль его глаз, следя за мной. Говорит, что это в помощь мне, но я же знаю, что это не так. Я боюсь, что он разработает такой план, при котором я окажусь за бортом. В том смысле, что он заберёт у меня дочь…
С неописуемой болью мне удалось подвести такой итог. Этого я боюсь больше всего.
– Этого мы никак не допустим. Злата дома?
– На кухне, меня ждёт, – отвечаю я, заметно шмыгая носом.
– Вот и замечательно, – хлопает по плечу отец и, повысив тон, выкрикивает в коридор, – внученька, дедушка приехал! А, ну, вещи быстренько собирай. Едем в гости к нам!
– В гости? – перехватываю его слова, не веря услышанному. – Но…Людмила, она…
– Так, Танюш, об этом не беспокойся. Это ведь и мой дом тоже. И почему это я не могу пригласить погостить дочь с внучкой? Что это за правила такие?
– Дедушка! – раздаётся радостный крик Златы.
Девочка на всех скоростях несётся в объятия, украшая своё личико радостной и искренней улыбкой.
– Как ты быстро растёшь! Солнце моё! Давай собирай вещи и все за мной. Подарок тебе хоть передам, заждался он тебя дома.
– Мама, за подарком! Скорее!
Не веря собственному счастью, что предстоит путешествие, малышка бежит в комнату.
– Ты уверен? – уточняю я. – Пап, я не хочу, чтобы вы из-за меня ссорились. Я уж как-нибудь разобралась бы с этим.
– Вот у меня и разберёшься, – перебивает отец, подталкивая меня внутрь квартиры. – Давай поскорей. Сама же сказала, что скоро няня придёт. Нам ведь не нужны эти незапланированные разборки? Уйдём тихо, а она пусть следит за дверью квартиры. И не переживай ты так, с отцом же едешь. Какое в этом преступление или же побег? Кто запретит к родне в гости ездить? Никто!
А я так хочу вырваться из этой душной квартиры, где за последнее время всё здесь буквально пропиталось ложью.
Я так хочу элементарно сделать глубокий вдох, хотя бы на миг разгоняя все эти мысли, которые так старательно разрушают меня изнутри.
Здесь это практически невозможно. В голове только и звучит голос той женщины, что так нагло влезла в нашу жизнь…
Она так смело заявила о себе, что же будет дальше. Вовсе придёт сюда, заявляя, что будет жить здесь?
А ещё меня не может не греть мысль о том, что
