Запретные игры с Боссом - Стеффи Ли

Моя мудрая бабушка и любимая мама всегда говорили, что если у тебя есть такая маленькая помощница на одежде, то ни один злой сглаз никогда в жизни тебя не коснётся и элементарно не сможет причинить вреда.

В прошлый раз я так спешила, что забыла про моих помощниц и коварный глаз Пелагеи метко лишил меня каблука. Сегодня я точно не доставлю ей такого сомнительного удовольствия. Сегодня все просто обязано пройти безупречно.

На работу я пришла за полчаса до официального начала рабочего дня. Удивлённые охранники, увидев меня, тут же сделали мне комплименты по поводу моего прекрасного внешнего вида.

Я милостиво кивнула им в ответ, словно была самой модной и экстравагантной королевой в мировой истории, самой Марией-Антуанеттой. Хотя нет, плохое сравнения, закончила-то она не очень хорошо. «Гильотинично»… Так что лучше я сегодня останусь просто собой, скромной Радой.

Когда я неспешно шла по второму залу, сзади кто-то дерзко и фамильярно присвистнул.

Я шокировано замерла.

Кто-то свистнул? В нашей галерее? Мне точно не послышалось?

Неужели Дима с Даней впустили внутрь каких-то наглых неандертальцев, не знающих правил приличия?!

Но стоило мне медленно и с достоинством обернуться, как я тут же поймала на себе пристальный и изучающий взгляд своего начальника, нагло сверлившего меня глазами.

Буцефал был одет в дорогой черный костюм, под которым ослепительно сияла белоснежная рубашка, подчеркивающая его мужественность.

Выглядел он так, будто весь огромный мир давно и уверенно лежит у его ног и никуда от него не денется. Стильный засранец. С самодовольной улыбкой победителя на красивых губах.

— Это ты свистел? — спросила я вместо банального «доброго утра».

— Ты с утра всегда такая проницательная? — сверкнув своими темными, как сама ночь, глазами, иронично поинтересовался адский жеребец, стремительно настигая меня.

— А если бы тебя услышали? Ты соображаешь, что делаешь? Хотя иногда включаешь свои серые клеточки?

— Так на то и был расчет. Чтобы ты меня услышала. Ты же услышала?

— Я сейчас говорю не о себе.

Он поравнялся со мной. Бессовестно осмотрел фигуру вдоль и поперек. И лишь потом снисходительно соизволил поднять взгляд к глазам.

— Очень мило с твоей стороны, что ты так трогательно переживаешь за мою репутацию. Но я заранее узнал у нашей охраны, что первая и единственная, кто пришла в галерею, это радость моя.

За насыщенную прошлую неделю я каким-то странным образом успела практически полностью привыкнуть к тому, что он так беспардонно меня называет. А у моих щёк, к счастью, отключилась надоедливая функция «не вовремя краснеть».

— В таком случае я убедительно попрошу тебя впредь больше никогда не свистеть мне вслед, — нахмурилась я.

— И почему же? Ты ведь обернулась. А значит, я достиг своей цели, — удивился он.

— Я не собака.

— Конечно, нет! Ты все не так поняла. Не злись. Мой свист не намеревался оскорбить тебя, он лишь демонстрировал тебе мое самое искреннее и неподдельное восхищение.

— Восхищение? — я с притворным сомнением вопросительно изогнула бровь.

Меня не интересовала грубая лесть, но я была совсем не против услышать в свой адрес что-нибудь приятное. Почему нет?

— Конечно. Я просто сражен наповал. Убит. Искренне восхищен твоей безграничной смелостью и отвагой, с которой ты носишь старые вещи, которые, наверняка, с любовью шлет тебе твоя очаровательная и…несколько эксцентричная бабушка прямиком из солнечного Прованса, я прав? – самодовольно ухмыльнулся Антон.

— Ты… — раздражённо начала я, но у начальника внезапно зазвонил телефон.

Вся былая игривость тут же бесследно сошла с его лица, когда он мельком взглянул на светящийся экран.

Однако он подмигнул мне и даже пожелал хорошего дня, прежде чем ответил на звонок. А затем быстрым шагом направился в сторону своего кабинета.

Я же до своего кабинета шла в отвратительном расположении духа. Чувствуя себя оскорблённой клушей. Да как он посмел? Он хоть представляет сколько стоит этот костюм? У него нет никакого чувства стиля! И вкуса нет! Он идиот. Идиот обыкновенный.

Если бы я только успела словесно посадить этого самовлюблённого идиота на законное место, то я бы сейчас не чувствовала себя так паршиво. А так, пришлось уничтожать остатки шоколадки, спрятанной от самой себя в шкафу.

Примерно через полчаса, когда я с головой погрузилась в работу и меня наконец-то полностью отпустило, раздался резкий звонок рабочего телефона, заставивший вынырнуть из настроя «Люблю-свою-работу-даже-в-понедельник».

Надеяться, что это звонят мошенники, чтобы забрать у меня мои мифические миллионы, не было смысла.

Звонил бестактный буцефал.

Придав своему голосу температуру «вам обеспечено немедленное обморожение всех жизненно важных зон», я решительно сняла трубку и сухо произнесла:

— Внимательно вас слушаю.

Глава 10

— Поедем на моей машине, — бескомпромиссно заключил Антон, — Ровно через пятнадцать минут жду тебя около центрального входа. Выходи к парковке.

Пятнадцать томительных минут спустя моя природная вредность отчаянно столкнулась в яростной битве с профессионализмом. Мне безумно хотелось заставить темного жеребца немного поджариться под палящими лучами солнца и вдоволь подождать капризную леди, знающую толк в самых красивых, модных и исключительно стильных костюмах.

Но уже через три минуты моя дверь внезапно распахнулась, и внутрь бесцеремонно вошел самодовольный Буцефал, нагло прервав мои размышления.

Изображая на своем лице искреннее удивление, он с любопытством глянул на то, как я сосредоточенно крашу свои губы, смотрясь в маленькое карманное зеркальце.

Мне захотелось взять и со всей силы запустить в него своей любимой помадой.

Но, во-первых, ее редкий оттенок мне слишком сильно нравился, чтобы вот так необдуманно ею рисковать.

А во-вторых, я ни за что на свете не дам ему даже малейшего повода в дальнейшем обвинять меня в нападении на начальство.

Оттого я только с достоинством уточнила:

— Мне казалось, ты велел мне выйти на парковку через пятнадцать минут.

— Что-то мне подсказало, что будет гораздо лучше и безопаснее зайти за тобой самому. Чтобы лишний раз не искушать тебя заманчивой возможностью заставлять меня ждать.

— Я ни в коем случае не собиралась так поступать. — я включила свою самую милую и обезоруживающую улыбку.

— Нисколько не сомневаюсь. — он точно дал понять, что не поверил ни единому моему слову. — Пятнадцать минут прошли. Ты готова идти? Нам следует поторопиться.

— Разумеется, полностью готова к подвигам, — закрыв крышечку любимой помады, я тут же кинула