Запретные игры с Боссом - Стеффи Ли
— Возможно, у тебя внезапно возникли зрительные галлюцинации или просто серьёзные проблемы с адекватным восприятием эмоций окружающих тебя людей, – парировала я, стараясь сохранять невозмутимый вид. – Я могу распечатать для тебя специальные карточки с изображением основных эмоций, которые, возможно, помогут тебе хоть немного ориентироваться в дальнейшем общении с людьми.
Во мне неистово бурлило иррациональное желание разозлить его как можно сильнее. Или хотя бы вывести из себя. Но его довольная улыбка кота-людоеда становилась только шире и наглее. А похотливый взгляд, нагло скользнувший по моим стройным ногам, почему-то вызвал предательскую дрожь в коленях.
— Отлично. Прекрасная идея. Обязательно их распечатай. И принеси мне их вместе с презентацией, которую мы с тобой обсуждали в прошлый раз, — он неожиданно оторвал свой похотливый взгляд от моих ног и вызывающе посмотрел на мои пустые руки. А затем нагло скользнул по моей скромной груди. При этом он продолжал делать невозмутимый вид, будто все еще увлеченно рассматривает руки. — Раз уж ты пришла ко мне сегодня с совершенно пустыми руками, то, наверное, хотела что-то обсудить со мной лично? Или ты просто сильно соскучилась по мне в моё недолгое отсутствие?
— Нет. То есть… да. То есть, я пришла сюда исключительно для делового обсуждения, а совсем не потому, что вдруг соскучилась. – пролепетала я, чувствуя, как краснеют мои щёки. Ужасный тип. Бесит меня дико.
Как он мог так сильно мне нравиться, когда мы обменивались невинными сообщениями в мессенджере?
— Я очень внимательно тебя слушаю. — самодовольно хмыкнул он, сложил руки на груди и посмотрел на меня исподлобья, словно хищный зверь, готовящийся к прыжку. На его пухлых губах все еще играла легкая дразнящая улыбка, а в глубине черных глаз плясали настоящие черти, грозящие однажды вероломно настигнуть и погубить меня.
Глава 7
Как назло, все адекватно-рабочие мысли тут же вылетели из моей головы. Словно их насильно усадили в космическую ракету и запустили в холодное бескислородное пространство, до которого я теперь никак не могла добраться.
Когда мое глупое и неловкое молчание затянулось слишком надолго, наглый босс демонстративно и показательно вздохнул.
А затем с притворной грустью в голосе произнёс:
— Я всё прекрасно понимаю, радость моя. Ты просто сильно скучала в моё отсутствие. Это вполне ожидаемо, — самодовольно ухмыльнулся он и театрально развёл руки в стороны, — Мы сейчас находимся здесь совершенно одни… Так что я вполне могу позволить тебе немного посидеть на моих коленях. Страстные объятия тоже в качестве бонуса включены в программу. Но на большее, к сожалению, сегодня не стоит рассчитывать, так как у меня накопилось слишком много неотложных дел, — и нагло подмигнул.
Придурок самоуверенный.
Самовлюблённый хамо-эректус!
Индюк перекачанный!
Вот поэтому мне никогда не нравились молодые и дерзкие мужчины.
Они все как один идиоты. И почти всегда ведут себя как последние придурки.
Неужели этот кретин не осознает, что он мой непосредственный начальник и подобное поведение совершенно неприемлемо в деловой обстановке?
— С Пелагеей ты тоже так себя ведёшь? – медленно поднявшись на ноги, холодно спросила я. – Если ей нравится сидеть на твоих х коленочках и выслушивать твои пошлые шуточки, то это совершенно не означает, что подобное будут терпеть и другие твои подчинённые.
Он глубоко вдохнул. Нахмурил свои густые брови и заметно помрачнел. Чуть глубже сел в мягком кресле. Внимательно посмотрел на меня снизу-вверх. Всё прежнее веселье тут же бесследно покинуло его взгляд, оставив после себя одну непроглядную и совершенно ледяную тьму.
— Во время нашей переписки ты, почему-то, намного лучше воспринимала моё совершенно безобидное чувство юмора. И даже с удовольствием всегда отвечала мне тем же остроумным способом. Так почему ты так остро реагируешь сейчас? Мы, вроде бы, уже обо всём договорились и всё обсудили, разве нет, Рада?
— Я не реагируюостро. Я реагирую исключительно адекватно. Ты, если ты ещё не в курсе, мой непосредственный начальник. Я, соответственно, твоя подчинённая. И я, извините мою непрогрессивность, совершенно не привыкла сидеть на коленочках у начальства, знаете ли.
— Было бы, пожалуй, весьма странно видеть тебя на коленях у нашей уважаемой Фриды Николаевны. — задумчиво протянул придурок Антон. – Хотя, если честно, я бы на это посмотрел.
— Я думаю, мне всё-таки лучше будет уйти отсюда прямо сейчас. Пока мне не захотелось официально засудить тебя за все твои непристойные и откровенно пошлые фантазии, – я, стараясь сохранить холодное спокойствие, резко повернулась к выходу.
— Постой. — произнес он. — Давай мы оба остановимся прямо сейчас. Я, видимо, немного поторопился, когда решил, что мы с тобой на прошлой неделе согласовали некоторые моменты нашего с тобой неформального общения. Но, как я сейчас отчетливо вижу, я жестоко ошибся. Давай ты сейчас немного успокоишься, и мы с тобой максимально спокойно и детально обсудим все основные условия нашей совместной работы.
— Какие еще новые условия? — насмешливо съязвила я, пытаясь понять, что он вообще имеет в виду.
— Может, для начала ты всё-таки присядешь обратно в кресло? Я, конечно же, понимаю, что тебе очень хочется возвышаться надо мной и хоть таким образом немного доминировать. Но, даже если ты будешь сверху, Рада, то главным и ведущим в нашей паре всё равно, в конечном итоге, останусь именно я, – с хитрой улыбкой произнёс Антон, не сводя с меня своих внимательных глаз.
Жаркая и обжигающая волна внезапно прошла по моей шее. Стремительно спустилась ниже. И в эту самую секунду я всем своим существом возненавидела себя за то, что моё нижнее бельё предательски и неконтролируемо намокло от его наглых слов.
— В твоих безумных фантазиях я могу быть где угодно, — милостиво улыбнулась, внимательно наблюдая, как дернулся его кадык. — Но правда в том, что все они в конечном итоге навсегда останутся исключительно твоими фантазиями, Антон.
Я продолжала стоять, словно прикованная к полу. Не двигалась с места. А он все так же пристально и испепеляюще смотрел на меня. Отчего каждая клеточка моего тела предательски запылала. Что-то очень глубоко внутри приятно заныло. И я тут же поспешила списать всё на своё слишком долгое и затянувшееся воздержание.
Но внезапно хам-начальник сам решил разрушить свою тёмную и волшебную магию обольщения. Запрокинув голову, он громко и раскатисто рассмеялся. А потом посмотрел на меня без всякой похоти и тени вожделения.
И просто, как ни
