Квалификационный экзамен на должность судьи суда общей юрисдикции - Александр Николаевич Чашин

Состояние невменяемости в момент либо период совершения преступного деяния ведет к неполноте состава преступления по причине отсутствия обязательного признака его субъективной стороны в форме виновного отношения к содеянному (свершаемому). Наличие состояния невменяемости лица в период уголовного судопроизводства исключает возможность достижения целей уголовной ответственности. Поэтому к невменяемым лицам применяется не уголовное наказание, а принудительные меры медицинского воздействия, имеющие своей целью излечение психически больного лица, совершившего деяние, имеющие признаки преступления по объективной стороне, а также субъекту и объекту.

Согласно положениям ст. 435 УПК РФ в отношении психически больного лица, в том числе невменяемого, не может быть применена мера пресечения в виде заключения под стражу, т. к. она заменяется на помещение в психиатрический стационар. Если факт невменяемости выявлен у лица, в отношении которого ранее была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, то ее действие подлежит прекращению с решением вопроса о применении положений комментируемой статьи. Применение иных мер пресечения в отношении лиц, у которых выявлены психические заболевания уголовно-процессуальным законом не запрещено, а целесообразность их применения определяется степенью психических отклонений лица, совершившего деяние, имеющие признаки преступного.

В Обзоре Костромского областного суда от 09.11.2007[400] описана следующая судебная ошибка. Судебная коллегия отменила в кассационном порядке постановление судьи об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу С., подозреваемому в совершении квалифицированной кражи. Органам расследования, прокурору и суду было известно, что С. страдает психическим заболеванием, в связи с которым неоднократно проходил лечение в психиатрической больнице, является инвалидом по психическому заболеванию, ранее к нему уже применялись принудительные меры медицинского характера. При таких обстоятельствах С. в соответствии со ст. 435 УПК РФ не может избираться мера пресечения в виде заключения под стражу, так как он представляет опасность как для себя, так и для других лиц, содержащихся под стражей. Суд по ходатайству следователя, согласованному с руководителем следственного органа, может принять решение о помещении подозреваемого, не содержащегося под стражей, в психиатрический стационар в порядке, установленном ст. 203 УПК РФ.

Вопрос о выделении уголовного дела в отношении невменяемого лица должен быть решен на стадии предварительного расследования. В случае, предусмотренном комментируемой статьей, субъект расследования обязан вынести самостоятельный документ в форме постановления. При этом постановление должно быть вынесено только в случае выделения в отдельное производство уголовного дела. В том случае, когда такое выделение признается невозможным, вынесение постановления не является обязательным.

Вместе с тем Верховный Суд РФ признает нормальной практику возврата прокурору уголовных дел, подпадающих под юрисдикцию суда присяжных, в случаях, когда из материалов таких дел не выделены в отдельное производство уголовные дела в отношении невменяемых. При этом смешение в одном деле вменяемых подсудимых и невменяемых лиц, подлежащих принудительному психиатрическому лечению, признается препятствием для рассмотрения уголовного дела судом с участием присяжных заседателей[401].

В качестве законного представителя невменяемого лица к участию в уголовном деле привлекаются:

1) в случаях, когда судопроизводство ведется в отношении несовершеннолетнего лица, страдающего расстройством психики, – один из его родителей, родительские права которого сохранены в полном объеме;

2) в случаях, когда судопроизводство ведется в отношении совершеннолетнего лица, которому установлена опека (ст. 32 ГК РФ) либо попечительство (ст. 33 ГК РФ), – опекун (всегда!) либо попечитель (преимущественно!) соответственно. Если опека установлена, то следователь или суд лишаются возможности назначить законного представителя из числа близких родственников, не являющихся опекунами, т. к. согласно ч. 2 ст. 15 Федерального закона от 24.04.2008 г. № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве»[402] опекуны являются законными представителями своих подопечных и вправе выступать в защиту прав и законных интересов своих подопечных в любых отношениях без специального полномочия. В этой части комментируемая статья не вполне учитывает положения гражданского законодательства, что весьма характерно для уголовно-процессуального законотворчества, зачастую не замечающего положений прочих правовых отраслей. Вместе с тем полагаем, что положения ч. 2 ст. 15 Федерального закона от 24.04.2008 № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» должны быть соблюдены следователем и судом при выборе личности законного представителя лица, в отношении которого ведется производство в порядке гл. 51 УПК РФ. Поэтому в вопросе законного представительства в уголовном процессе опекун имеет приоритет как перед близкими родственниками недееспособного лица, так и перед органами опеки и попечительства. Если же имеет место попечительство, то законный представитель может быть назначен без учета личности попечителя, т. к. согласно ч. 3 ст. 15 Федерального закона от 24.04.2008 № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» попечитель может выступать в качестве законного представителя своего подопечного в случаях, предусмотренных федеральным законом. Однако федеральным законом законное представительство попечителем в уголовном процессе не предусмотрено. В этих случаях наличие попечителя носит ориентирующий характер, и привлечение попечителя, являющегося близким родственником лица, в отношении которого ведется судопроизводство, в качестве законного представителя обусловливается не юридическими требованиями, а организационными, психологическими и морально-этическими факторами. Однако назначение законным представителем в уголовном процессе попечителя не из числа близких родственников лица, в отношении которого ведется уголовное судопроизводство, будет противоречить требованиям комментируемого кодекса;

3) при отсутствии родителей у несовершеннолетних, иных близких родственников либо опекунов у иных лиц, в отношении которых ведется судопроизводство, в качестве законного представителя привлекается орган опеки и попечительства в лице одного из его работников, действующего по доверенности, оформленной должным образом.

В пункте 16 Постановления Пленума ВС РФ № 6 разъяснено, что, исходя из положений ч. 1 ст. 437 УПК РФ, лицу, в отношении которого ведется производство о применении принудительной меры медицинского характера, участвующему в судебном заседании, должны быть разъяснены его процессуальные права, предусмотренные ст. 46 и 47 УПК РФ, и обеспечена возможность осуществления этих прав. Показания такого лица могут учитываться судом при оценке его психического состояния, а также опасности лица для самого себя или других лиц, либо возможности причинения им иного существенного вреда, при определении вида принудительной меры медицинского характера.

Право на защиту, отнесенное к категории конституционных, подлежит обеспечению вне зависимости от факта невменяемости лица, в отношении которого ведется уголовное судопроизводство.

В п. 12 Постановления Пленума ВС РФ № 6 разъяснено, что в силу п. 3 ч. 1 ст. 51 и ст. 438 УПК РФ в производстве о применении принудительных мер медицинского характера участие защитника является обязательным с момента вынесения постановления о назначении в отношении лица судебно-психиатрической экспертизы, если защитник ранее не участвовал в данном уголовном деле. Отказ от защитника по этим делам не может быть принят судом. В случае нарушения указанных требований в ходе предварительного расследования уголовное дело подлежит возвращению прокурору в порядке, установленном ст. 237 УПК РФ.

Уголовное