Политическая система и государство в Исламе - Давуд Фейрахи

провозгласили принцип «следования за дозволенным Богом и отречение от запретного» (хизба). Для того чтобы не допустить нарушений Божественного Закона в обществе они, в соответствии с хадисами пророка, считали необходимым восставать против различных форм несправедливости одним из трех способов по мере возможности: руками, языком и сердцем, как об этом упоминается в приведенном ранее хадисе пророка Мухаммада, который гласит: «Если кто из вас увидел несправедливость, то пусть исправит это руками, если у него не хватит сил, то пусть сделает это языком, а если и на это не хватит сил, то пусть выразит несогласие в своем сердце» [148, 230].

Таким образом, мутазилиты признавали в качестве возможного протеста и восстание, но их воззрения были не такими радикальными как хариджитские или крайние шиитские. В частности, они считали, что для различения того, кто «призывает к дозволенному» и того, кто «призывает к запретному» нельзя опираться только на внешние аспекты обстоятельств и предположения. Необходимы четкие доказательства, что запретное действительно совершено и необходимо от него освободиться. То есть, совершение запретного должно стать явным. Причем одним из условий мутазилитской доктрины по отношению к бунту против «призывающего к запретному» правителя должна быть твердая убежденность в том, что это восстание не приведет к совершению еще больших «запретных» дел и несправедливости в обществе. То есть восстание против «нечестивого» правителя является самой крайней мерой, к которой необходимо тщательно подготовиться. Также необходимы хотя бы разумные и основанные на фактах неопровержимые доказательства того, что восстание приведет к решению намеченных целей, а не обречено на поражение. Не позволительно в доктрине мутазилизма поднимать бунт, если нет уверенности в том, что он (этот бунт) не приведет к неоправданным жертвам людей, страданиям народа, потере материальных и жизненных ценностей. Без наличия всех этих необходимых условий открыто бунтовать против «нечестивой» власти запрещено, и протест должен быть осуществлен только «языком или в сердце». [148, 295].

Мутазилиты не пытались свергнуть существующую власть Омейядов до периода правления халифа Хишама ибн Абдулмалика, который перешел к политике массовых репрессий против них. Это произошло после восстания против него Алида Зейда ибн Али, которого поддерживали некоторые мутазилиты. До халифа Хишама мутазилиты находились в пассивной оппозиции властям.

После начала репрессий они поставили своей целью свержение существующего режима. Это им удалось сделать в 126/744 году, когда они осуществили дворцовый переворот и привели к власти омейяда Йазида ибн аль-Валида. Но он удержался у власти всего около полугода и был свергнут. Таким образом, мутазилиты первыми добились успеха, пусть и временного, в борьбе с «нечестивой» властью. До них деятельность всех оппозиционных группировок кончалась неудачами и поражениями.

После смерти Йазида ибн аль-Валида репрессии против мутазилитов были продолжены. Но мутазилиты продолжали свою деятельность против тирании Омейядов совместно с многими политическими организациями, которые, в конце концов, добились их окончательного свержения. В дальнейшем они находились в оппозиции и к Аббасидам, вплоть до периода правления халифа аль-Мамуна, при котором мутазилизм временно стал поощряться правящей династией, и последователи этого учения практически полностью отказались от практики свержения «нечестивого» правителя.

Воззрения мусульманских мыслителей о государстве

I

Абу’ль-Хасан аль-Маварди (364/974-450/1058). Выдающийся мусульманский мыслитель Абу’ль-Хасан Али ибн Мухаммад ибн Хабиб аль-Маварди аль-Басри был одним из самых ярких личностей в истории мусульманской средневековой мысли. Он придерживался ортодоксальных суннитских воззрений и был последователем шафиитской правовой школы.

Маварди родился в Басре, и долгие годы занимался политической деятельностью. Его эпоха была сложной и неоднозначной. Аббасидский халифат больше не представлял собой серьезной политической силы и склонился к своему закату. Халифы больше не были суверенными правителями и лидерами мусульманского мира. Они стали марионетками в руках военного командования, которое по своему усмотрению смещало их и приводило к власти новых халифов. Ослабление Халифата привело к нестабильности весь мусульманский мир, в различных уголках которого образовались независимые от халифов государства. Они враждовали между собой и часто вели братоубийственные войны, еще более ослабляя мусульманский мир.

Все эти потрясения не могли не воздействовать на мировоззрение Маварди, который мечтал о возрождении былого величия и единства мусульманского общества. Но Маварди не был пассивным мечтателем, а в силу своих сил и возможностей пытался воздействовать на события.

Согласно Маварди, только сильное и централизованное государство способно привести в равновесие все общественнополитические процессы и положить конец произволу и хаосу. В связи с этим он разработал теорию государства, которую изложил в своем труде «Аль-Ахкаму’с-Султаниййа» [168]. Его воззрения о происхождении, сущности и функционировании государства представляются более реалистичными, чем аналогичные воззрения у многих мусульманских философов, которые строили свои доктрины на основании как мусульманской теоретики, так и на основании трудов античных мыслителей, в частности Платона и Аристотеля. Представителем этого направления средневековой мусульманской мысли был выдающийся философ аль-Фараби, воззрения которого о государстве во многом были утопическими [134]. В отличие от него, Маварди в своей теории государства почти не использовал идеи древнегреческих философов, если не считать некоторых возможных заимствований по вопросу о рождении государства.

Маварди считал человека слабым созданием, которому не под силу самому преодолевать все проблемы общественного бытия. Точно также считали и его античные предшественники. Для того чтобы выжить и продолжать нормальную жизнедеятельность люди стали создавать общества, которые позднее переросли в государства. Однако в отличие от древнегреческих философов, Маварди считает эти процессы обусловленными Божественным промыслом. То есть, он считал, что Бог сотворил человека слабым существом и побудил его к социальной жизни. Исходя из доктрины Божественного промысла, Маварди придает религии решающее значение в рождении и функционировании государства.

Однако в качестве непременного условия для функционирования государства Маварди видит не только религию, но и фигуру сильного правителя, который способен управлять страной на основе положений религии.

Еще одним условием для функционирования государства он считает принцип всеобщей социальной справедливости, который охватывает все аспекты жизнедеятельности общества. Этот принцип лежит в основе взаимоотношений как граждан страны между собой, так и власти с гражданами. В соответствии с принципом социальной справедливости, который основывается на положениях религии и обеспечивается сильным правителем, каждый гражданин государства должен чувствовать себя в безопасности во всех уголках страны. Божественная религия, власть сильного правителя и принцип социальной справедливости непременно приводят к повышению благосостояния граждан и изобилию, благодаря чему у них наступает всеобщее чувство радости от жизни в этой стране. Все эти факторы, в свою очередь, способствуют прогрессу государства и внутренней стабильности.

Большое значение Маварди придавал моральной стороне взаимоотношений граждан в государстве. Основой морали он считал принцип совершения добрых дел каждым гражданином,