Лапки и когти. Как мягко ставить границы и жестко отражать манипуляции - Бернардо Стаматеас
Если над вами насмехаются, подыграйте обидчикам. Подойдите с юмором, он обезвреживает! Один баскетболист носил футболку с надписью «Я не баскетболист» и этим смешил людей: в детстве из-за высокого роста многие спрашивали, играет ли он в баскетбол. Тогда мама дала мальчику такой совет: «Сынок, если ты не можешь противостоять, примкни к ним», – и сшила ему футболку, где помимо прочих надписей была такая: «Я не баскетболист. Мой рост 192 см. Спасибо». Когда он шел по улице, прохожие странно оглядывались, но мальчику не было дела, потому что уже с раннего детства его учили смеяться над собой.
ЕСЛИ КТО-ТО СМЕЕТСЯ НАД ВАМИ, ЗНАЧИТ, У НЕГО НЕТ ВЛАСТИ В ТОМ, НАД ЧЕМ ОН СМЕЕТСЯ.
2. Зачем вербальному агрессору принижать чье-то достоинство
За унижением иногда стоит комплекс проблем, благодаря которым проще понять, почему некоторые люди плохо обращаются с нами.
• Проекция
Расскажу вам историю про человека, который считал себя искусствоведом.
Некий господин был уверен, что он специалист в искусстве, и всегда критиковал картины, которые только попадались под руку. Однажды этот господин пошел с женой и друзьями в художественную галерею. Тут он понял, что забыл дома очки, но не придал этому значения. Даже без очков он сразу принялся оценивать все картины подряд, пока не подошел к одной, на которой, как ему показалось, был изображен портрет какого-то грузного мужчины. Он страшно раскритиковал ее, сказав: «Ну что за рама! Она отвратительна, совершенно не подходит к картине! А сам портрет?! Как только вздумалось художнику писать такого грязного и неотесанного оборванца?!» Так самопровозглашенный критик продолжал свою тираду, пока жена не отвела его подальше от картины и не сказала: «Дорогой, это не картина; это зеркало».
• Ложное предположение
Английский пастор диккенсовского периода Ф. Б. Мейер отмечал: когда мы видим, как грешат другие, и осуждаем их, то забываем три важные вещи:
– во-первых, мы не знаем, как долго этот человек боролся с искушением, прежде чем согрешить;
– во-вторых, мы не знаем, насколько сильным был соблазн, которому он поддался;
– в-третьих, мы не знаем, как бы поступили сами в тех же обстоятельствах.
Если судить людей только по видимому результату, правильно истолковать их поступки не получится.
Чарльз Суиндолл, священнослужитель из США, читал в лагере проповеди. После первой к нему подошел мужчина и сказал:
– Пастор, хочу признаться вам, что я молил Бога, чтобы он позволил мне быть здесь и слушать вашу проповедь вживую.
– Что ж, благодарю вас, брат мой, – ответил священнослужитель.
Днем, пока шла проповедь, мужчина заснул. Пастор подумал: «Разве так можно? Он же сам сказал, что приехал сюда слушать мои проповеди… и заснул».
То же самое происходило и в последующие дни. На четвертый день пастор разозлился, и по завершении он подошел к мужчине и сказал:
– Брат мой, вы молились за…
– Да, я так счастлив, что смог услышать вас! Позвольте мне объясниться: у меня рак, он поразил все мое тело, и я знаю, что скоро отдам Богу душу. Но перед смертью я попросил у него подарок – возможность быть здесь. Я под сильным воздействием лекарств, поэтому-то мое тело сильно ослабло, – говорил мужчина плача, – но для меня большая честь слушать ваши проповеди.
Пастор попросил у Бога прощения.
• Импульс
Однажды вечером Хуан ехал на машине домой. По дороге он увидел молодого человека, искавшего попутчика, так что Хуан предложил подвезти его. Пока они ехали, Хуан стал подозревать своего пассажира в краже. Он проверил карман пальто, где лежал кошелек, но не обнаружил его там. Он резко нажал на тормоза, выгнал попутчика из машины и сказал:
– Сейчас же отдай мне кошелек!
Мальчик оробел. Хуан поехал дальше. Вернувшись домой, он начал было рассказывать жене о произошедшем, но та прервала его и спросила:
– Хуан, пока не забыла; ты помнишь, что утром оставил дома кошелек?
• Злые намерения
ПРИТЧА О СЛЕПЦАХ[12]
Автор: Герман Гессе
По следам Вольтера
В первые годы существования дома для слепых обитатели его были равноправны и все дела решали большинством голосов. На ощупь они безошибочно отличали медные деньги от серебряных – вряд ли нашелся бы хоть один среди них, кто спутал бы на вкус мозельское вино с бургундским. Также и обонянием они могли похвастаться более тонким, чем у их зрячих соседей.
Они блестяще использовали четыре чувства, зная о них чуть ли не все, что может быть только доступно, и жили так мирно и счастливо, как только возможно слепому.
Все бы хорошо, да однажды, как на грех, появился в среде их учитель, утверждавший, что ему ведомо все о зрении. Он стал декларировать, строить козни и интриги, завоевал множество сторонников и добился, наконец, избрания главой общины. Сразу же принялся учитель на новом посту единолично судить о мире цветов и красок. С той поры все изменилось…
Диктатор слепцов перво-наперво сколотил небольшой совет, с помощью которого прибрал к рукам все подаяния, что доставались на долю общины. Теперь никто уже не осмеливался прекословить ему. Он провозгласил, что все одеяния слепых должны быть белыми. Слепцы поверили ему и много говорили о красивых белых одеждах, хотя ни один из них не был одет в этот цвет. И когда весь мир стал насмехаться над бедолагами, они пришли к диктатору и пожаловались ему. Он принял их сурово и обошелся с ними, как с проклятыми вольнодумцами, что дают совратить себя бессмысленным зрячим глупцам. Неслыханными отступниками назвал он их, позволиливших себе усомниться в непогрешимости вождя.
В результате распрей по этому вопросу вся община раскололась на две партии. Дабы успокоить народ, самодержец выдвинул новую версию, по которой оказалось, что одежды слепцов на самом деле красные. Это тоже была неправда: никто из слепых одежды такого цвета не имел. Еще пуще прежнего стали смеяться повсюду над бедными слепцами, так что новые жалобы стали раздаваться внутри общины. Владыка пришел в ярость – но теперь и все остальные тоже. Жаркая ругань не утихала до тех пор, пока слепцы не сошлись на том, чтобы вообще не говорить о красках.
Один тугой на ухо прочел недавно эту историю и согласился с тем, что слепцы не
