История социальной мысли в Исламе - Коллектив авторов
Первое сословие – это люди пера (ахли калам), такие, как деятели науки и просвещения; факихи (законоведы) и судьи (кадии); писари, счетоводы (хуссааб), инженеры (мухандисан), звездочеты, врачеватели, поэты. На этих людях зиждется прочность религии и мира; они подобны воде в элементах природы.
Второе – это люди меча (ахли шамшир), такие, как воины и моджахеды, защитники рубежей государства, отважные люди, стражи государства, от которых зависит сохранение порядка в мире; они подобны огню в элементах природы.
Третье – люди сделки, такие, как торговцы, которые везут товары из одной части света в другую, а также ремесленники, без помощи которых обеспечение быта рода человеческого было бы невозможным. Они подобны воздуху в элементах природы.
Четвертое – люди пашни, такие, как крестьяне, пахари и другие лица, занятые обработкой земли, которые обеспечивают пропитанием все общество и без которых сохранить жизнь людей невозможно. Они подобны земле в элементах природы.
Подобно тому, как победа одного из элементов-стихий над другими приводит к отклонению натуры (мизадж) от нормального состояния и изменению структуры [человека], победа одного класса (социальной прослойки) над другими классами становится причиной отклонения дел общества от нормального состояния и ведет к уничтожению вида. И по этому поводу мудрецы говорили, что “добродетель крестьян заключается во взаимопомощи в их действиях; добродетель торговцев – во взаимопомощи в товарах; добродетель правителей – во взаимопомощи в воззрениях и политике, а добродетель божьих мужей (духовенства) – во взаимопомощи при вынесении верных решений. И все они едины благодаря взаимопомощи в делах города (общества) на основе добра и добродетели”»[381].
На основе упомянутой выше классификации во втором разделе третьей группы своих высказываний в книге Ахлаки насири («Насирова этика») Хаджа говорит о классах добродетельного общества и разделяет их на пять прослоек: элита (или правители), ученые, крестьяне и ремесленники, воины и торговцы. (Точно такое же разделение на сословия встречалось и у Фараби в книге Фусул мунтаза’а («Отвлеченные разделы»).
Социальные нормы и законы
Общественные правила относятся к договорным аспектам, важной функцией которых является создание порядка в обществе. Конечно, эти правила являются относительными и у разных народов и в различные времена проявляются по-разному. Хаджа разделял такие договорные правила в зависимости от источника и причины договора на две части: а) обычаи и традиции и б) намус[382], или законы. К обычаям и традициям (адаб) относится совокупность правил, которые установились с согласия членов общества или какой-либо общественной группы. А намус, или закон означает то, что предлагается при поддержке и внушении Бога со стороны отдельного лица, такого, как пророк или другой непогрешимый человек. Эти законы, о которых Хаджа напоминает словами намуси илахи («Божественный закон»), кроме предписаний индивидуального характера и форм богослужения (‘ибадат), включают в себя и общественные законы, определяя обязанности людей и правила их поведения в семье и обществе, а также способы регулирования социального поведения:
«И следует знать, что источники правил целесообразного поведения и указаний для наилучших действий рода человеческого, которые являются условием стабильности дел и положения людей, в основном, бывают или естественными, или установленными. А то, источником чего можно считать естественное начало, состоит из таких правил, установление которых является требованием умов прозорливых людей и итогом опыта проницательных лиц; эти правила со сменой времен и изменением жизненных ситуаций и положений никаким изменениям не подвергаются. И это относится к житейской мудрости (хикмати ‘амали), о которой мы упомянули. А то, источником чего является установленное начало, если оно основано на единодушном мнении [членов общества], именуется обычаем и традицией; если же оно основано на мнение великой личности, такой, как пророк или имам, то его называют Божественным законом (намуси илахи). И оно также подразделяется на три части. Первое – то, что касается каждого индивида, например, богослужение (‘ибадат) и относящиеся к нему установки. Второе – то, что относится к жителям домов (семьям) для организации совместной жизни, например, бракосочетание и заключение различных сделок. Третье – то, что относится к жителям городов и регионов, т. е. законы и политика»[383].
Конечно, с точки зрения Хаджи Насира ад-Дина Туси, частные социальные законы относятся к компетенции фикха и выходят за рамки социологии. Ибо социология «обязана изложить общие и устойчивые законы»[384].
Общественный контроль
В процессе изложения потребностей общественной жизни Хаджа указывает на законы и на государство как на исполнителя законов, на вопросы социальных отклонений и причины их возникновения, а также на необходимость наличия контроля над общественным поведением и его регулированием. На его взгляд, хотя люди и нуждаются в общественном строе и для продолжения своей жизни принимают участие в процессе взаимопомощи и сотрудничества, тем не менее они в своих действиях имеют различные стимулы и намечают различные цели, которые в большинстве своем отличаются индивидуалистским характером. Если дать подобному индивидуализму проявиться полностью, то общество ожидают угнетение и насилие, раздоры и разнузданность и сама система жизни людей окажется под угрозой. Поэтому для предотвращения подобных проблем и осуществления контроля возникает необходимость в наличии закона и его исполнителей. Конечно, как было сказано ранее, на взгляд Хаджи, закон должен быть установлен Богом, а его носителем и исполнителем должен стать пророк или непогрешимый имам:
«Следовательно, для установления [договоров и законов] возникнет потребность в человеке, которого отличает Божественное вдохновение, чтобы другие ему подчинялись»[385].
Таким образом, гарантируется наставление всех людей на путь достижения подлинного совершенства. Примечательно, что при помощи этих высказываний и аргументов (жизненная потребность в законах, которые могут гарантировать истинное совершенство людей) Хаджа говорит о необходимости Божественного откровения и пророчества[386]. Приведем здесь слова самого Туси:
«И мотивы действия людей различны, и направленность их движения к конечным целям также разнообразна; например, один человек стремится к наслаждениям, а другой – к достижению милости. И если оставлять каждому действовать согласно своей природе, то взаимопомощь между ними не формируется. Ибо победитель превращает всех в своих рабов, а алчный человек требует удовлетворения своих желаний. И если разгорается конфликт, то они подавляют и уничтожают друг друга. Следовательно, возникает необходимость принятия соответствующих мер, чтобы каждый удовлетворился тем, чего заслуживает; и чтобы никто не мог угнетать других и попирать их права, и каждый
