Социализм и капитализм в России - Рой Александрович Медведев
Бывший министр финансов и вице-премьер Борис Федоров не стал менять свой ваучер на акции, а оставил его дома, чтобы время от времени показывать Чубайсу свою долю в национальном богатстве. Бывший председатель Фонда государственного имущества СССР Станислав Ассекритов поместил свой ваучер в рамочку и сделал под ним надпись; «Вещественная улика – афера века». Свой собственный ваучер Чубайс поместил в Первый ваучерный фонд, и он там пропал, как и большая часть всех других ваучеров. Неудивительно, что в народном сознании термин «ваучер» стал синонимом всеобщего надувательства. Для большинства граждан России не только термин «ваучер», но и фамилия «Чубайс» стали нарицательными, что отнюдь не радует его немногочисленных однофамильцев. Именно ваучер и «народная приватизация» погубили репутацию Чубайса. Впрочем, Чубайс знает, как относятся к нему граждане страны, и уже не надеется заслужить любовь соотечественников. Многие из начинаний он оговаривает иронической фразой: «Это, конечно, прибавит мне всенародной любви». Он делает свое дело, не слишком много думая об этой стране и ее гражданах. Даже сочувствующие газеты нередко называют его большевиком наоборот или лидером правого большевизма. Он не заботится о средствах, хотя именно это делает невозможным достижение поставленной перед ним цели.
Среди населения России ни приватизация, ни Чубайс и его ваучеры никогда не пользовались доверием. Социологи внимательно следили за отношением граждан страны к приватизации. В конце 1992 года на вопрос: «В чьих интересах проводится приватизация?» – только 7,3 процента опрошенных отвечали: «В интересах трудящихся». В конце 1994 года таких наивных респондентов осталось лишь 1,4 процента. Число респондентов, считающих, что приватизация проводится в «интересах прежней номенклатуры», поднялось в это же время с 15,4 до 26,2 процента. Но 28,7 процента опрошенных в 1992 году и 49,2 процента в 1994 году уверенно полагали, что приватизация осуществляется в «интересах теневиков и криминалитета»[530]. Но сегодня меняется отношение к Чубайсу и его ваучерам также среди западных экономистов и обозревателей. Известный американский политолог Питер Реддуэй писал летом 1997 года в одной из наиболее влиятельных американских газет, что «Чубайс – это нечистоплотный и лицемерный политик». По мнению Реддуэя, Чубайс провел приватизацию в России слишком быстро и «посодействовал при этом своим личным и политическим друзьям в приобретении призовых кусков нечестными способами». Общий вывод профессора Рэддуэя был шокирующим: «Сомнительная честность г-на Чубайса и его авторитарные методы управления ставят вопрос о возможности для правительства США сохранить дружественные отношения с Россией. На мой взгляд, мы должны прекратить помогать коррумпированному правительству и прекратить поддерживать людей, которые не работают в интересах их собственного народа»[531]. Статья Реддуэя вызвала множество откликов в российской прессе, но даже самые горячие поклонники Чубайса, не отрицая приводимых П. Реддуэем фактов, пытались доказать, что деятельность Чубайса можно считать аморальной только по американским, но не по российским критериям. Но этот довод не был поддержан в США. Уже осенью 1997 года еще одна влиятельная американская газета писала: «Пора похоронить еще один миф. Годами поклонники Чубайса в российских средствах массовой информации уверяли, что без него невозможно добиться экономических сдвигов. Какая чушь! Безусловно, Чубайс сыграл ведущую роль в приватизации государственных предприятий. Однако его программа была с самого начала насквозь коррумпирована, и в России не был создан конкурентоспособный частный сектор, необходимый для восстановления разрушенной экономики. Реформы без Чубайса не остановятся. Более того, его присутствие в Кабинете министров повредит курсу реформ больше, чем его отставка»[532].
Некоторые из российских авторов называют Чубайса романтиком, которого несправедливо считают циником. Другие авторы называют Чубайса циником, которого несправедливо выдают за романтика. Влиятельный британский журнал «The Economist» высказывал предположение, что именно Чубайс мог бы стать наиболее вероятным Президентом России 2010 года. До этого, однако, Чубайсу предстоит посидеть несколько лет в кресле российского премьер-министра. Однако оппозиционные российские газеты и журналы уверены, что Чубайсу предстоит в скором будущем сидеть совсем в другом месте. Лично я думаю, что Чубайс довольно скоро уйдет из нашей политической и общественной жизни, оставив по себе такую же недобрую память, как и ваучер. «Анатолий Чубайс, – писала журналистка Татьяна Малкина, – нужен любому умному правителю не только как идеальный работник, но и как идеальное воплощение социального зла и политической безответственности к тому моменту, когда настанет час искать рыжего»[533]. Похоже, что этот час и этот момент приближаются.
Криминализация российского общества
Криминализация российского общества происходила в 1991–1995 годах гораздо быстрее, чем развитие рынка и рыночных структур. У Станислава Говорухина имелись поэтому все основания писать о «великой криминальной революции в России».
Если верить статистике, то количество преступлений в нашей стране непрерывно росло в годы застоя и начало уменьшаться лишь в первые годы перестройки. Взяв за основу 1984 год, когда было зарегистрировано 1 миллион 402,7 тысячи различного рода преступлений, мы получим в 1986 году 95,42 процента, в 1987 году – 84,55 процента и в 1988 году – 87 процентов от уровня 1984 года (данные только по Российской Федерации; динамика роста или падения преступности по Прибалтике или Закавказью была иной).
Первые признаки неблагополучия в экономике, в национальной и социальных сферах обозначились и ростом преступности. В 1989 году уровень преступности составил 115,4 процента, а в 1990 году – 155 процентов от уровня 1984 года[534]. Специалисты из правоохранительных органов отмечали при этом качественные изменения характера преступности, которая становилась все более жестокой и агрессивной. В России, например, возросло количество умышленных убийств и посягательств на жизнь женщин и детей на сексуальной почве. Заметно усилилась вооруженность и техническая оснащенность преступного мира. Отмечалось нарастание криминального профессионализма и усиление организованной преступности. Преступный мир все чаще оказывал вооруженное сопротивление правоохранительным органам, в результате чего погибли десятки работников милиции, прокуратуры,
