Скандал - Пайпер Стоун
Даже если это снова медленно убивало меня.
— Останешься здесь, Майк. Не подпускай сброд, — велел я Майклу.
— Ты уверен, босс? — в его голосе слышалось беспокойство.
— Да. Не хочу, чтобы сегодня дело приняло скверный оборот. Если только не придется. — Он похрустел костяшками, что всегда меня смешило. — Черт. Ты просто мастер лишить ситуацию всякого веселья.
— Как ты не раз мне говорил.
Сегодня мы будем действовать осмотрительно, давая себе время обдумать решения. Я все еще злился на отца за то, что он так чертовски долго скрывал эту мрачную тайну. Да, у него были свои причины, надежда, что пугающее будущее так и останется где-то далеко. Однако, на мой взгляд, он, как никто другой, должен был знать: такие люди, как Омар Баранов, умеют лелеять обиды лучше многих. Из того немногого, что я успел прочитать по дороге, я узнал, что он был очень привязан к жене, особенно после четырех выкидышей, которые она перенесла, прежде чем родить троих сыновей, из которых в живых остался лишь один — таковы уж последствия их склонности к насилию.
Это легко можно было найти в необъятных просторах интернета, но обстоятельства ее смерти, похоже, до сих пор оставались загадкой. Вероятно, это позволяло Омару сохранять лицо. Неудивительно, что он так тщательно планировал месть, избегая очевидных методов удара в спину, о которых я слышал и которые видел десятки раз. Войны между враждующими синдикатами, включая наш, не утихали, даже несмотря на то, что многие из них стремились легализоваться. Я также не мог винить Омара за то, что тот нанимал людей для грязной работы, сохраняя собственные руки чистыми до последнего момента.
Разрушать все до основания, приберегая моего отца напоследок.
Похоже, нашу семью ждали трудные и долгие несколько месяцев.
Грегори бесшумно подошел к тротуару рядом со мной, застегивая пиджак и вглядываясь в высотное здание.
— Думаешь, он признается?
— Нет. Не думаю.
— Тогда зачем беспокоить его?
— Потому что я хотя бы пойму, врет он мне или нет. Ты же знаешь, я в этом хорош.
— Да, но вывести лжеца на чистую воду — лишь часть того, что мы делаем.
— Возможно, но я действую шаг за шагом.
— Никакого наказания?
Я еще не продумал этот момент.
— Это будет зависеть от того, как Шон воспримет наш визит.
— Должен признать, что общество той прелестной женщины изменило тебя за несколько дней.
— В лучшую или худшую сторону?
Он рассмеялся и сделал несколько шагов к зданию, обернувшись у двери.
— Пока рано судить. Спроси через пару недель.
Мне оставалось только смеяться. Грегори всегда был осторожным, тем, кто во всем добивался успеха. Его вполне устраивала роль второго человека, обеспечивающего поддержку и бухгалтерскую экспертизу для бизнеса. То, что он обожал свою работу, облегчало дело, но когда требовалась грубая сила, он всегда был готов оказаться плечом к плечу со мной.
Я всегда принимал семью как данность, считая, что мы не так близки, как должны были бы, но на самом деле это было не так. Мне потребовалось дожить до сорока с лишним лет, чтобы осознать это. Или, возможно, я не понимал, насколько важно иметь семью. Появление в моей жизни Кристиана дало мне первый вкус этого чувства. Седона же пробудила во мне осознание того, что я жажду настоящей семьи. Жены. Детей. Черт, даже собаки или двух. Семейных отпусков. Праздников с душевными фильмами. Дней рождений. Всего того, во что я отказывался верить.
Теперь же я чувствовал себя идиотом, потратившим столько времени на погоню за призрачным успехом.
Я последовал за братом в здание, окинув взглядом улицу позади, прежде чем дверь закрылась. С собой я взял четырех бойцов, хотя и сомневался, что они понадобятся. Я сделал несколько звонков, попросив знакомых, работающих на границе, предупредить меня, если какие-либо известные члены братвы решат навестить Канаду на выходных. Я чуть не рассмеялся. Конечно, они могли легко затеряться, но у меня было чувство, что если это месть, то у Омара и его веселой компании не было проблем с тем, чтобы заявить о себе открыто.
Я также учитывал, что мой внезапный отъезд из Луисвилля мог застать их врасплох. Им потребовалось бы время, чтобы перегруппироваться. Если только Шон не планировал внезапную атаку. Я отправил других людей пошуровать по улицам, прислушаться к слухам и докопаться до сути. Было бы интересно посмотреть, что у них получится.
Но на данном этапе лишняя осторожность не помешала бы. Я никогда не отличался изяществом в отражении внезапных атак. Усмехнувшись, мы с Грегори подошли к лифту, и я намеренно расстегнул пиджак. Я хотел, чтобы Шон знал — я при оружии.
Мы молча поднимались на последний этаж. Погруженный в мысли, я на мгновение позволил себе насладиться образами Седоны и той ночи страсти. Кто-то сказал бы, что наша мгновенная страсть подпитывает чувства, маскируя истинную суть происходящего. Возможно, я бы и согласился с этим два дня назад, но вынужденная необходимость полагаться друг на друга и ночь, проведенная вместе, изменили все в наших отношениях.
Дело было не только в моем желании обладать ею, сломить ее защиту. Мои сильные чувства также не имели ничего общего с желанием победить ее в том деле, что она вела против меня. Все это было выброшено за борт после первого же дня. Я усмехнулся, понимая, что эта уверенная в себе женщина, возможно, никогда в этом не признается. Что, впрочем, лишь сильнее притягивало меня к ней.
— Ты снова думаешь о ней. Да, братец? — спросил Грегори, едва мы вышли из лифта.
— Так легко заметить?
— Еще бы! Это написано у тебя на всем помятом лице.
Я толкнул его, как в старые добрые времена, наслаждаясь нашим братским единением больше обычного.
— Она особенная.
— Я так и слышал. Что тебе в ней нравится больше всего, кроме красоты, которая, стоит отметить, необыкновенна?
Мы двинулись по строгого вида коридору.
— Только тронь ее, и мне будет плевать, что мы братья. Я убью тебя.
Он фыркнул.
— Мне бы и в голову не пришло. Не в моем вкусе.
— Любая женщина — в твоем вкусе.
Мы остановились у двери, и я бросил на него взгляд.
— Так ответь на вопрос.
