Головная боль майора Стрельцова - Эллин Ти
— Миша. Все в порядке. Ангина пройдет, а я девушкой подполковника пока так и не стала. Я скучаю, но осталось немного, ведь да?..
На самом деле после произошедшего кажется, что эти девятнадцать дней будут тянуться целую вечность. Не будет работы, не будет общения с людьми, но… Надо перетерпеть.
Или?..
Мы болтаем с Мишей долго. Конечно, он уговаривает включить камеру, но все срабатывает как я и хотела. Через разбитое стекло он не замечает всего ужаса на моем лице, который я пыталась скрыть, как могла, и слава богу он не вспоминает о наличии задней камеры. В основном говорит Миша, жалуется мне на какую-то неугомонную медсестру, хотя говорит, что не хотел бы меня таким расстраивать. Но он так искренне взбешен ее излишним вниманием, что вызывает на моем лице легкую улыбку. Первую за последние сутки.
Болтаем обо всем и вообще ни о чем, заканчивает уже ближе к полуночи, которая наступает у Миши, а я бросая трубку понимаю, что слезы сами собой начинают течь по щекам.
Вижу сообщения от Льва, от Иры, Лев пишет какие-то извинения, еще какой-то бред, не хочу читать. Ира говорит, что они расстались и что она хочет утром меня проведать, если я не буду против.
Пишет даже Харитонов. Какой смех. Извиняется. Подозреваю, с легкой подачи Льва. Правда думают, что мне это нужно?
Нет. К черту все.
Мне нужно только одно. Точнее… Мне нужно два дела.
Первое — я очень хочу встретиться с Кариной, но, наверное, сделаю это уже с Мишей.
Второе — я хочу к Мише.
Поэтому я отвечаю только Ире, потом нахожу билеты на ближайший рейс в Новосибирск, а потом договариваюсь с соседкой, что Бетти поживет у нее ровно девятнадцать дней. Это тоже уже однажды практиковалось, так что проблем не будет.
Ночью собираю чемодан, хотя у меня тут почти нет вещей. Беру какие-то мелочи, ничего не хочу, даже не думаю о том, что мне нужно. Расцеловываю собаку, сообщаю Ире, что улетела, и прошу передать кому-нибудь из начальства, что на работу я больше не вернусь.
И улетаю.
Потому что я не знаю больше места на планете, где может быть лучше, чем в объятиях любимого человека.
Глава 43. Миша
Что-то не так. Что-то совершенно точно не так, но почему-то меня явно водят за нос и не хотят сообщать происходящее. Лев не берет трубку, не отвечает на сообщения. Катя просто пиздец как странно себя ведет! Заболела, говорит… так резко охрипла, так бывает вообще? Что за день до этого все хорошо было, а тут сразу слегла. Телефон еще этот разбитый…
Я очень хочу ей верить, потому что не терплю обмана, но я не верю. Не думаю, что она хочет меня обманывать, скорее делает это по каким-то другим причинам, не знаю. Но что-то явно не так.
И именно поэтому я лечу домой.
Отпросился пока на три дня, а если ничего не выйдет — не вернусь и к хренам звание. Взял билеты на сегодня на ночь, дорабатываю день и лечу к Кате. Я просто не могу находиться на расстоянии, когда она явно нуждается в моем присутствии.
Честности ради, мне и майором неплохо живется. Умирать не собираюсь, еще кучу званий успею получить, времени полно. Просто именно эта командировка ну как-то вообще не с руки была, все через жопу. Надо было отказываться и ждать следующей возможности.
Стою у мишени, стреляю, мне через три часа норматив сдавать. Я не то чтобы в себе не уверен, но практика не помешает никогда. Пять из пяти в десятку, идеально. Вот сдам норматив и поеду сразу в аэропорт. А там несколько часов и Катя уже в моих руках.
— Миша! — вдруг слышу голос. Закатываю глаза. Да как же она меня заманала, а… Сколько раз надо отказать женщине, чтобы она отстала? И какая жизнь удивительная штука. Катю не знал, как в себя влюбить, а от этой не знаю, куда деться. Какая ирония.
— Что вам? — спрашиваю, не оборачивая. Что вообще работник медпункта тут делает?
— У нас там девушка какая-то пришла, вас спрашивает.
— Меня? — удивляюсь. — Девушка? Точно не перепутали? Ко мне никаких девушек ходить тут не может.
— Да не перепутала, и имя ваше, фамилия, отчество, звание. Второго такого нет… вы один такой. Ну она выглядит как-то… странно. В общем, мое дело предупредить. Не захотите к ней выходить — заходите чай пить, — улыбается мне и подмигивает Виктория Сергеевна, но я никак не реагирую. Достала.
Какая ко мне может прийти девушка? Еще и странно выглядящая? Не понимаю. Я никаких девушек тут не жду, меня моя дома ждет.
Но оружие все-таки кладу на место и иду, надо как минимум человеку объяснить, что она меня с кем-то спутала, я не знаю. Ладно бы дома кто-то меня искал бы, я бы еще мог предположить, что такое бывает, но тут? Я еще даже офицерский состав не весь выучил, какие девушки-то.
Иду. Она даже не сказала мне, кто и где меня ждет. Иду к воротам, по идее, наверное, девушка там.
Замечаю силуэт еще издалека. Маленького роста и в какой-то бесформенной одежде, разобрать вообще невозможно, но… Как-то странно колет в груди и я отчего-то с каждым шагом прибавляю скорости.
Девушка стоит в закрытой позе, голова вниз, руки сложены на груди, плечи подняты. Словно пытается закрыться от всего мира, и…
Да ладно. Этого не может быть.
Чем ближе подхожу, тем сильнее различаю в этой бесформенной фигуре мою Катю. Я почти не верю своим глазам и уже думаю, что меня банально глючит от скуки, но вдруг она поворачивается и я понимаю, что не шлюк. Реальная. Моя Катя! Моя Катя в моей толстовке, и…
И в закрытой позе. И что она делаеть здесь?
— Кать? — кричу, и она наконец-то меня замечает. Легонько машет рукой, поднимает голову, я бегу к ней со всех ног, не понимая ни черта, и… Застываю. Буквально в трех метрах. Потому что я в эту секунду готов сжечь этот гребаный мир дотла.
— Мишенька, — шепчет она и тянет ко мне руку. Подбородок дрожит, в глазах слезы. Я делаю разделяющие нас шаги и понимаю, что готов убивать. Пусть только покажет пальцем — я убью не моргнув и глазом, обещаю.
— Кать, это кто сделал с тобой, а? — рычу сквозь зубы. Я все
