Жестокий наследник - Ана Уэст
Давай, Киллиан, поднимайся, чёрт возьми!
Вставай!
Боль вспыхивает острая и жгучая, когда меня бросают, и я ударяюсь спиной о что-то грубое и твёрдое, может быть, о ствол дерева? С моих губ срывается стон. Я провожу левой рукой по земле в поисках чего-нибудь, что можно использовать для самозащиты, когда пелена перед глазами рассеивается и я начинаю моргать. Ничего нет, только трава и несколько маленьких веточек.
Передо мной стоят двое крупных мужчин, одетых в чёрное, и тяжело дышат. Их освещают яркие фары, выглядывающие из-за склона позади них. Это фары их машины, а за ними лежат смятые остатки моей машины у подножия склона. Она приземлилась на крышу, и я рад, что не могу вспомнить, как мне удалось выбраться из этого «блина» живым.
Я разбился или они столкнули меня с дороги? Блядь.
— Подождите… — бормочу я, и мой язык покрывается медным налётом. У меня кровь идёт? Должно быть, идёт. Это всё, что я чувствую. Чем дольше я прихожу в себя, тем больше ощущений регистрируется в моём сознании, и всё моё тело начинает болеть. Двое мужчин заканчивают свой разговор и смотрят на меня, а здоровяк слева от меня достаёт из-за пояса пистолет.
— Ждать не будем, — грубо бормочет один из них. Я не могу понять, кто именно это сказал. Я опираюсь рукой о землю, сжимаю другую руку в кулак, собираю кровь во рту и сплёвываю её в сторону. Теперь я настороже, меня переполняет гнев, заглушающий боль.
Как они посмели? Они что, правда думают, что могут убить меня здесь, на обочине, как какого-то бандита?
Здоровяк слева поднимает пистолет, и я поднимаю руку в защитном жесте, как будто это может меня защитить.
— Стой, — бормочу я. Язык заплетается, и с каждым словом в горле встаёт комок. Ничто так не отрезвляет, как автомобильная авария. — Что это?
— Что ты имеешь в виду?
— Это? Ты вытащил меня из-под обломков, фактически спас мне жизнь, только для того, чтобы пристрелить прямо здесь? Почему бы просто не оставить меня в машине? — Я прищуриваюсь, глядя на них, и по моей щеке стекает влага. У меня, должно быть, идёт кровь со лба, потому что медь у меня во рту. Они обмениваются взглядами.
— Я отправил сообщение, — отвечает человек справа. — И я должен убить тебя, а не автокатастрофа.
— Конечно, да, хорошо, — я тяну время, но это только усиливает мою боль. У меня нет оружия, телефон, должно быть, остался в машине. — Но ты мог бы просто застрелить меня в машине, а потом вытащить сюда. Это избавило бы тебя от этого разговора для начала, — я хрипло смеюсь. Это всё, что я могу сделать. У меня ничего нет. Я тут как в воду опущенный. — Просто знай, я хотел бы быть там и увидеть, как Данте, блядь, живьём сдерёт с тебя шкуру за это. — Угроза – это всё, что у меня есть в качестве защиты.
— Хватит, — усмехается другой, а тот что слева поднимает пистолет выше. Раздаются два выстрела.
Моё сердце останавливается.
Я вжимаюсь спиной в дерево, зажмуриваю глаза и жду, когда смертельная боль пронзит моё тело. Я убил достаточно людей, чтобы знать, что такие, как я, умирают в муках.
Но этого не происходит.
Вместо этого я слышу два глухих удара, и когда я приоткрываю глаз, то вижу, что Траляля и Труляля лежат передо мной мёртвые.
— Какого хрена?..
— Киллиан! — Доносится голос Арчера с холма, и я никогда ещё не был так рад его слышать. — Киллиан!
— Я здесь, — хрипло отзываюсь я, с трудом произнося слова. Я прислоняюсь спиной к дереву, и моё сердце снова начинает биться, наполняя энергией мои вены. Я закрываю глаза, тяжело дыша.
Это было близко. Слишком, чёрт возьми, близко.
ГЛАВА 28
КАРА
— Киллиан!
В ответ – оглушительная тишина. Телефон зловеще молчит в моей руке, звонок прервался после какого-то ужасного скрежещущего звука. Все последующие попытки связаться с Киллианом заканчиваются голосовым сообщением, и моё сердце готово вырваться из груди.
У подножия лестницы, где я приземлилась на задницу после оглушительного грохота, я на всякий случай снова набираю номер Киллиана.
Пожалуйста, возьми трубку. Пожалуйста, пожалуйста, ответь на этот чёртов звонок!
Он был пьян, я слышала это по его голосу и по тому, как он невнятно говорил. Но одного звука его голоса было достаточно, чтобы я успокоилась и перестала обращать внимание на всё остальное. В конце концов, Арчер поехал за ним, верно? Арчер был за рулём?
Но этот звук… как при автокатастрофе, что, если они оба ранены и искалечены или... или лежат мёртвые где-нибудь в канаве? Сбиты с дороги оленем или кем-то похуже?
Он не мёртв. Не может быть. Только не Киллиан. Он слишком чертовски упрям, чтобы вот так уйти. А люди постоянно выбираются из автокатастроф, верно?
У меня резко сдавливает грудь, и я пытаюсь сделать несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, но воздуха не хватает. Я опускаюсь на пол, по спине пробегает холодок, и на глаза снова наворачиваются слёзы.
Что мне делать? Позвонить кому-нибудь? Позвонить в полицию? Это вообще безопасно?
Номер Арчера следующий в списке, поэтому, вытирая слёзы, я нажимаю на кнопку вызова и подношу телефон к уху. Телефон не вибрирует у меня в руке, а сразу переключается на автоответчик, который насмехается надо мной совершенно спокойным голосом. Арчер поехал за Киллианом, так что его отсутствие – плохой знак, верно? Если они оба были в машине, когда раздался шум. Они должны были быть там. Почему и Арчер не отвечает на мой звонок?
В животе поднимается кислота, подступая к горлу, во рту скапливается слюна, а стены вокруг меня смыкаются.
О нет.
Я вскакиваю на ноги, скольжу по ковру, бегу на кухню и бросаюсь к раковине. Как раз вовремя: вино поднимается обратно к горлу, и я срыгиваю его в раковину. Моё тело содрогается, из желудка
