Настоящие бывшие - Любовь Александровна Хилинская

— Я дежурю сегодня, — шепнул мне Коля, — а завтра весь в твоем распоряжении. Давай сходим в ресторан? Отметим твое возращение. А после поедем ко мне.

Неопределенно пожав плечами, я еле заметно выдохнула. К счастью, неприятный разговор откладывался. Может, и Тимофей к этому времени созреет для решительных действий и внесет уже ясность в ситуацию. Мы теперь вместе или нет?

После окончания пятиминутки они с главным ушли вместе, с ними же семенила, цокая каблуками по керамограниту коридора, новоиспеченный менеджер по продажам, а мы с Натальей направились к себе в ординаторскую обсуждать операционный план, пить кофе и разбирать все добро, что я притащила из Сеула. Девочки такие девочки, даже если они взрослые тетеньки.

28

Где еще прятаться от мужчины, как не в кафетерии? Вот и я пришла к выводу, что это хорошая мысль, и ушла, как только появилось свободное время между пациентами, сказав Наташе, что телефон сел, поэтому его оставляю в ординаторской. Вот уж удружили разработчики сотовых! Раньше вышел из дома или с работы, и пока не вернешься, никому неизвестно, где ты. А сейчас такое время, что на каждом шагу могут уточнить твое местонахождение.

Вот уж дудки! Как говорится, обыграла и уничтожила. Но сама мысль об этом была мне противна. Я не из тех, кто пропагандирует свободные отношения — сегодня с одним, завтра с другим. У меня и раньше имелись подозрения, что Коля просто не мой вариант, а после Кореи я укрепилась в этой мысли. Даже если мы не будем ничего продолжать с Тимофеем, то и занимать время Николая я точно не буду. Пусть, пока у нас не зашло все слишком далеко, поищет себе другую девушку.

Вот с этими мыслями я и усвистела из отделения. Расположившись за угловым столиком с кофе и бутербродом, сидела себе, глядя в окно, пока до моего слуха не донесся прелюбопытнейший разговор двух медсестричек со стоматологического отделения.

— Ты слышала, эта новенькая, Елена-как-ее-там, приперлась сюда из Новосибирска за Левонским?

Говорившую я не видела, но ее собеседница сидела с распахнутыми глазами и внимательно слушала.

— Что, правда? — ответила она с придыханием. — А что, она вон какая красотка, ты ж видела! Супермодель!

— Ага, только он от нее нос воротит. Он же на этой невзрачной мыши из хирургии был женат когда-то! Как ее, блин, то ли Лера, то ли Лиза, точно не скажу. Хирург она. Вечно такая с хвостом и не накрашенная ходит, на моль похожа.

Я едва не поперхнулась кофе. Я похожа на моль? Вот это новости! Нет, ну да, я почти не крашусь, в операционной всякое бывает, может раствор в глаза прилететь, может и кровь. Умываюсь после каждой операции, а то и в душ хожу, какой тут макияж? Но точно не мышь! Что за сравнения вообще?!

Девицы меж тем продолжали сплетничать. Я кожей ощущала их горящие от слов языки, будто их хлебом не корми — только дай тему позлословить.

— Левонский красавчик, конечно! — мечтательно протянула одна из них. — Прям вот все, как я люблю. И высокий, и черноволосый, и глаза как шоколадины! Трусы сами собой мокреют при виде него.

— Не нашего полета птица, — вздохнула другая. — Тем более, когда тут эта Елена нам всю конкуренцию обгадила. Он теперь и не взглянет ни на кого больше. Она так и вертит задом сегодня, как пропеллером, как бы не оторвало!

Обе захихикали, а я сделала вид, что у меня очень вкусный кофе, чтобы посидеть тут еще.

— Думаешь, он ее в Новосибирске бросил, чтобы тут вернуться, что ли? — скептически спросила та, что сидела ко мне лицом. — Я сомневаюсь. Наверное, у него другой интерес. Может, эта мышь его и не мышь вовсе. Мы, знаешь, тоже не красавицы, когда не накрашенные.

Так, эта девушка мне явно импонирует. Послушаю еще.

— Пф! — фыркнула вторая. — Я так не думаю. Просто совпало, что они тут работают. Я считаю, ей надеяться не на что, даже несмотря на то, что она вон после развода фамилию не сменила. Видимо, так и ждала, пока он вернется. Интересно, кстати, кто кого бросил?

— Да ну, какая разница! Я думаю, что Елена эта ушлая баба, сейчас хвостом помашет, Левонский за ней и побежит. Плакали надежды мыши, вот. Хотя я за нее буду болеть. Я не знаю, почему они развелись, но она мне нравится. Она моей сестре операцию делала, когда еще в ККБ работала, ей сожитель челюсть сломал, зубы выбил. Все бесплатно сделала и даже копеечку не взяла. Так что пусть ей повезет. Нам с тобой все равно о Левонском только мечтать и сны видеть.

— Да, это факт. Его или пропеллерша или мышь пригребут, как пить дать, — отозвалась вторая.

В это время у кого-то из них зазвонил телефон.

— Старшая звонит! — скрипнули стулья, и я поняла, что девушки поднялись. — Пошли работать. Хоть успели перекусить.

Они ушли, а я осталась за столом. Вот так вот, значит. Елена Ивановна-то, оказывается, не просто ценный специалист, а явилась с целью борьбы за штаны моего бывшего муженька. Хотя, я вообще в гонку не вступала. И не собираюсь. Если нам судьба быть с Тимофеем, то судьба, если нет, то нет. Однажды я уже обожглась сильно, теперь пусть все плывет по течению, а я подожду.

Поднявшись с места, я отнесла чашку из-под кофе и тарелочку на стойку для грязной посуды и вышла из кафе, глянув на часы, висевшие над дверью. Уже четырнадцать. Через два часа окончание смены, и мне предстоит серьезный разговор с Николаем. Надо взбодриться. Не люблю прятать голову в песок, надо просто придумать, как не сделать ему слишком больно.

Так и не определившись, что я ему скажу, я подошла к лифту одновременно с той самой «пропеллершей». Она выглядела все также великолепно, и в своих каблучищах возвышалась над моей головой, словно каланча. Оглядев меня свысока и не посчитав достойной соперницей, менеджер вошла в лифт первой и нажала на кнопку своего этажа, а я своего. Повернувшись к ней спиной, я молча стояла, ожидая, пока мы поднимемся, но лифт доехал до второго и остановился. Дверцы его распахнулись, впуская Николая и Тимофея одновременно.

— Привет, — едва не синхронно сказали они мне.

— Привет, — кивнула я ошарашенно обоим.

Вот уж подкидывает судьба сюрпризы!

Менеджер Елена