Мена - Хельга Дюран

А потом так младший хер Филатовский распробовала, что от жадности решила еще и на старшем повертеться? Чертова нимфоманка! Она же специально это делает, чтобы мы с братом ссорились из-за нее! А мы это знаем и все равно сремся. Ненавидим с братом друг друга из-за нее. Даже если мы больше ее не увидим никогда, эта чертовка навсегда встала между нами.

Арина вытерла губы, разбитые мною, и весь мой «боевой» настрой против нее испарился. Блядь, да я случайно ей врезал. Силы не рассчитал. Я же с бабами не дрался никогда. Она Пашке въебала, не хуже мужика. Белобрысая сучка разбила нос начальнику моей охраны — большего унижения мужик в жизни не испытывал. Если бы его обоссали мужики с ног до головы, ему бы не так обидно было.

Филатовы девочек не обижают… Выходит, обижают? Или что? Мне как к ней относиться? Как к солдату или как к девушке? Как к любовнице или как к товару? Чеченская невеста, которую мой брат по глупости испортил?

Блядь, я запутался нахрен.

— Привет, Ариша, — с улыбкой поприветствовал я ее.

— Привет, — буркнула она и отошла от меня к турнику.

Как зачарованный, я смотрел, как мышцы перекатываются на ее ладной фигурке, когда она подтягивалась.

18, 19, 20, 21…

Хуя се! Неплохо для девчонки!

Все, хватит пялиться на ее жопу. Я размялся и тоже отпиздошил грушу, как следует. Все это время, Арина внимательно наблюдала за мной.

— Спарринг? — с энтузиазмом предложила мне белобрысая, собирая волосы в хвост.

— Да ты шутишь? — усмехнулся я.

Я же ей раз всеку, она не поднимется больше. На кого я потом сестру менять буду? Да и пиздить ее совсем не хотелось. Ее мордашка еще не зажила, а она снова напрашивается? А ведь я ей просто пощечину влепил слегонца, чтобы не брыкалась… Меня Илюха до смерти запинает, если я на ней хоть синячок оставлю.

Ариша так кровожадно на меня смотрела, что я понял, не шутит она. Ладно, пусть меня побьет малёха в отместку, пар выпустит.

— Ну, иди сюда, потаскушка Филатовская! — подзадорил я девчонку.

Она рассмеялась, поняв, что я так назвал ее в шутку.

Арина сжала кулаки, и мы начали выписывать круги вокруг друг друга. Девчонка ударила первой, я легко ушел от удара. Второй удар я отразил и третий. Меня забавляла эта возня.

Сейчас я ее схвачу, стяну с нее мокрые трусишки и вдую ей победоносно.

Я так замечтался, что пропустил от нее удар ногой. Больно, сука, аж хрустнуло что-то в боку. Я не ожидал, что она еще и ногами будет пинаться.

Арина бьет рукой мне в лицо, промахивается, но это было нарочно. Отвлекающий маневр. Мне прилетает по голени, я падаю на колени, а белобрысая валит меня на пол, захватывая ногами мою шею.

Туго давит, так что дышать не могу.

Я стучу ладонью об пол, показывая, что сдаюсь, но Арина не реагирует, продолжая сжимать мое горло ногами. Я понимаю, что это не шутки слишком поздно.

Уже темнеет в глазах, слюни текут по подбородку, но девка не отпускает. Мои попытки оторвать ее ноги от меня тщетны. Я уже перестаю брыкаться, выбившись из сил, потолок закручивается в торнадо…

Как вдруг меня отпускают…

Я катаюсь по полу, жадно глотая воздух, продолжая хрипеть. Наконец, мне хватает сил, чтобы сесть и я вижу Илью, изо всех сил удерживающего взбесившуюся девчонку.

Блядь, я сейчас ее угандошу! Шею ее тонкую сверну! Башку белобрысую оторву и собакам скормлю!

Поднимаюсь на ноги и иду на нее с кулаками.

— Вадим! — кричит мне Илья, но я не слышу его. Одной рукой он прижимает девчонку к себе за шею, а другой размахивается и бьет мне в лицо. — Вадим, мать твою! Угомонись!

Вот и моя очередь из-за нее от брата получить! Все, как я и говорил!

Я сгибаюсь, уперевшись в колени руками и привожу дыхание в норму. Девка перестает вырываться и смотрит на меня с усмешкой, высоко подняв подбородок. Бесстрашная!

Бессмертная, блядь?!

СУКА!

СУКА!

СУКА!

Тварь! Чуть на тот свет меня не отправила! Была бы моя воля, прямо сейчас в таком виде к Бадоеву поехала! Сука, еще пять дней ее тут терпеть!

Что с ней делать? В самом деле в подвале запереть, чтобы пизденку простудила? Посадить на цепь, как шавку бешеную?

— Давайте поговорим! — предложил Илья. — Вы чего творите?

Вместо ответа, девчонка горько расплакалась. Меня ее сырость не трогала ни капли. Я чуть кони не двинул, а вот на братца этот спектакль подействовал должным образом. Он уже в который раз, бросился ее утешать.

— Э, аллё! — попытался я его образумить. — Она меня чуть не прикончила.

— Блядь, я не слепой! Ты снова ее обидел? Трахнуть ее хотел?

— Да ты ебанулся что ли? — заорал я на брата. — ОНА МЕНЯ ЧУТЬ НЕ УБИЛА!!! Ее надо на цепь посадить.

— И тебя заодно! — продолжал топить за нее Илья.

— Хочешь, чтобы она тебя во сне прирезала?

— Пойдем, Арина, — тихо сказал ей Илья и увел ее из спортзала.

Долбанное все!

Я догнал сладкую парочку уже на лестнице. Илья затолкал Арину в свою спальню.

— Малышка, запрись в ванной, — крикнул он ей. — Сиди там, пока я не приду.

Он встал, заслоняя собою дверь.

— Съеби, блядь, с дороги! — зарычал я, пытаясь оттолкнуть его от двери.

— Посмотри, во что мы превратились? — намертво стоял на месте Илюха.

— Это все она! — тыча в дверь пальцем орал я.

— Да что она? Что? В чем ее вина? В том, что она Ковалева? Вадим, она же девчонка! Просто забитая, запуганная девчонка! Она нам не враг, это мы ее враги. Мы сами вынудили ее бороться за свою жизнь! А теперь еще и трахаем вдвоем! Что ей еще остается?

— Ты какого хера лезешь? Благородный что ли? — продолжал орать я, расхаживая по коридору туда-сюда. — Ты чё не видишь, что она нас стравливает между собой? Специально под обоих ложиться, чтобы мы грызлись! Ты уже брата родного убить из-за нее готов? Да что с тобой, Илья?

— Вадим, я люблю ее! — тихо добивает меня брат.

Я останавливаюсь, как будто меня ударили по голове, и без сил сползаю по стене напротив брата. Да что же это такое? За что, сука? За что? Я закрываю глаза, пытаясь успокоиться. Он думает, я не вижу ничего? И она видит, и пользуется им против меня.

— Илья, — со стоном говорю я. — Я… — Меня рвет