Бракованный Тесак - Аля Миронова

“Ты — просто работа”, — напоминает мозг. — “Контракт.”

Судя по времени, мы уже опаздываем, только вот Тесак, как всегда, спокоен и невозмутим.

— Сперва мои дела, потом закроем вопрос с твоей работой, добро? — не вопрос — утверждение слетает с чужих губ.

Как будто у меня есть выбор, — одну ведь все равно не отпустит. Да я и сама почему-то больше не хочу без него. В смысле: слишком тихо стало без маньяка, вдруг поджидает за каким углом?

— Ага, — бурчу в ответ.

Квартиру покидаем неспешно.

— Главное — не суетись. Есть правило: чем сильнее торопишься, тем больше опаздываешь, — философствует по дороге Гробников. — Да и нам недалеко. Только транспорт сменим, пока не совсем холодно и без осадков.

И, вроде бы, мужчина кажется все тем же, только теперь между нами высоченная стена. Возможно, стеклянная, но, вместе с тем, непреодолимая.

В машине едем молча и даже без музыки. Добираемся довольно-таки быстро. Как говорится, — “пять минут страха…”, хотя, Егору я всецело доверяю свою жизнь, да и водитель он опытный, видно же.

Только вот пустырь с гаражной стоянкой, несколько скрытой от любопытных глаз под землей, мне совершенно незнаком. Ну, еще бы, я по подобным злачным местам не шастаю!

— Ты точно не маньяк? — издаю нервный смешок, когда автомобиль медленно заезжает в кромешную темноту.

— Не с тобой, Осечка, — фыркает Егор и до меня не сразу доходит, о чем он, а как только — так сразу становится обидно. — Не пыхти, ежик. Ты же большая девочка, трижды замужем была, сама все понимаешь.

Возмущенно открываю и закрываю рот, так и не придумав ответа. Да и разговаривать с Тесаком мне не хочется.

Едва машина оказывается под землей, срабатывает освещение и я замечаю, что мы тормозим около дверей бокса с отметкой “Т–9.1”. Любопытненько.

Гробников на мгновение покидает автомобиль, чтобы что-то сделать с железной дверью, как та поддается и довольно-таки легко открывается.

Фары освещают содержимое гаража, и я вижу…

— Красавец, да? — врывается в мысли голос Тесака. — Мой самый лучший друг, — с нескрываемым восторгом произносит Гробников, а у меня перехватывает дыхание и сердце пропускает удар.

Ох-ре-неть! Это же настоящий двухколесный монстр! Я такие только на картинках и видела, “Harley Davidson V-Rod Night Rod Special”. Это не просто мотобайк — это суперзвезда среди своих сородичей! Сто двадцать пять лошадок, тыща двести с хвостиком кубов, выпускная система с двумя глушителями, руль из нержавеющей стали…

— Сегодня мы катаемся на нем: как раз под твой внешний вид подойдет, — где-то фоном звучит голос Егора, чьи слова не сразу оседают в мозге. Потому что в моих ушах словно звучит шум дороги, гул покрышек об асфальт на высокой скорости…

А затем появляется и картинка: я наблюдаю, как Тесак седлает железного монстра, грациозно перекидывая правую ногу и опускаясь на кожаное сидение. Мужчина, облаченный в джинсы, толстовку и косуху выглядит нереально сексуально на черно — серебристом красавце — Харлее. Дыхание перехватывает и… становится немного завидно.

Затем Егор выгоняет рычащий мотоцикл, а я, сгорая от нетерпения и предвкушения, перебираюсь на водительское сидение и осторожно загоняю машину в бокс, чтобы побыстрее освободиться от ее плена. Внутри меня буквально всё трепещет от предвкушения чего-то невероятного. Ощущаю себя почти как во время первой поездки на отдых!

— Иди, осваивайся, а я пока все закрою, — подходит к автомобилю Гробников, распахивая передо мной дверь.

Не теряя ни секунды, шустро семеню к двухколесному красавчику, чтобы его облапать, разумеется. Прохладный металл, гладкая кожа, хромированные детали… Я готова сколько угодно ощупывать и осматривать этого Харли!

— Только не облизывай, — хмыкает рядом Егор, вынуждая обернуться на его смешок.

Стоит, весь из себя такой важный, и держит в руках два шлема: чисто черный и черно — серебристый, под цвета байка. Только плевать я хотела на Гробникова, потому что слишком сильно хочется ощутить себя тем самым парнем, кто просто любит жизнь, любит праздники и громкий смех, пыль дорог и ветра свист. Жадно поглядываю на руки мужчины, но так и не решаюсь сделать выбор первой.

(Прим. автора: строки из песни группы Ария — Беспечный ангел)

— Устроим тест — драйв? — лукаво улыбается Тесак.

Нетерпение, смешанное в коктейль азарта с ожиданием умопомрачительного приключения, потому что мотоциклы, пожалуй, — самая дерзкая моя мечта. Как он узнал?! Или — совпадение?

Позволяю Гробникову одеть мне на голову двухцветный шлем. Нетерпеливо перетаптываюсь с ноги на ногу, пока мужчина занимает свое место, и, наконец, буквально запрыгиваю на байк.

— Только держись крепче, Осечка, — на мгновение накрывает мои руки своей ладонью и несильно сжимает их. — Больно дерзкий у тебя жеребец.

Уж это я и сама знаю! А мотоцикл, уверена, не подкачает.

Никогда, никогда в жизни я не испытывала подобных ощущений! Безумная совокупность восторга, страха, легкости, головокружения от огромной скорости — экстаз на грани фола.

Нет, мотоциклом меня не удивишь, я ведь училась вождению, пусть и не долго. Но Харли в дуэте с лихачом — Тесаком — адская смесь вседозволенности, мастерства и азарта.

— Ты точно хорошо держишься? — спросил Егор, медленно выезжая со стоянки на пустырь.

— Ага, — протарахтела в ответ.

Мне не хотелось пустых разговоров — слишком острым было предвкушение поездки на двухколесном монстре.

— Лады, — хмыкнул Гробник и резко газанул.

Я вцепилась руками в мужское тело, а ногами усиленно сжимала железного коня, и, как оказалось, не зря. Потому что скорость вдруг стала еще выше, а затем и вовсе Тесак решил выполнить “Вили” — трюк с ездой только на заднем колесе. Недюжинных усилий мне стоило удержаться на месте, а не упорхнуть задницей на асфальт.

Только муженьку и этого показалось мало, так как вслед за “Вили” он выполнил “Стоппи” — торможение на переднем колесе с подъемом заднего.

Я визжала и плакала от остроты ощущений. Только мне хотелось еще.

— Теперь верю, что хорошо держишься, — донесся до меня мужской голос, и мы снова резко сорвались с места.

К бизнес-центру мы приезжаем слишком быстро. Лишь когда я пытаюсь спрыгнуть с байка — вдруг понимаю, что не могу. Мое тело прошибают насквозь конвульсии и оно совершенно не слушается.

Одна из точек моей опоры, а именно — мужское тело, внезапно исчезает и я едва не заваливаюсь вперед. Спасает, естественно, Егор.

— Вот это ты волну поймала! — даже с легким восхищением произносит мужчина. — Сейчас помогу тебе.

Первым делом снимает меня с мотоцикла и крепко прижимает к себе одной рукой. Второй стягивает