Будь моим на Рождество - Пайпер Рейн

Он возвышается надо мной, и я не осознавала, насколько выше делают человека коньки. Я поднимаю ногу, и он зажимает лезвие моего конька между бедер и развязывает шнурки.

— Должно быть, ты мне очень доверяешь. Одно резкое движение моей лодыжки и у тебя проблемы. — я играюсь бровями.

Он смотрит на меня.

— Поверь, если ты его повредишь, это ты многое упустишь. — говорит он, приподнимая бровь.

Мои внутренние органы взлетают от его слов. Его длинные пальцы двигаются, пока он поправляет шнурки, затягивая их туже, чем у меня, и в голове возникает быстрая картинка, как он делает то же самое для ребенка, нашего ребенка.

Я мысленно ругаю себя, потому что что это, черт возьми, было? Просто мгновенная перемотка вперед, хорошо. Я даже не знаю, что это между нами. Мы же не обсуждали это. Почему я уже представляю его в роли отца моих детей?

Возьми себя в руки, Эшли.

— Вот так. — он аккуратно опускает мою ногу.

Я шевелю пальцами ног, и Картер протягивает руку, чтобы помочь мне встать. Я сразу чувствую, насколько стабильнее мои лодыжки.

— Так гораздо лучше. Спасибо.

Он оставляет целомудренный поцелуй на моих губах. Меня забавляет эта легкость, с которой мы стали показывать друг другу нежность.

— Хочешь попробовать? — спрашивает он.

— Давай.

Мой конек касается льда, и я сразу падаю, едва не утянув Картера за собой.

— Постарайся держать одну ногу на месте и отталкивайся другой. — Картер держит меня за руки и кажется передо мной задом.

Я следую его указаниям и делаю шаткое скольжение вперед. Но по крайней мере я нашла равновесие и больше не падаю на задницу при каждом движении.

— Вот так, у тебя отлично получается. Теперь еще раз и еще.

Мимо нас проносятся другие люди, но Картер говорит игнорировать их, не думать о том, как глупо я, наверное, выгляжу. Обычно смущение заставило бы меня свернуть все, как в прошлый раз, но Картер вселяет в меня уверенность продолжать. Я отталкиваюсь, как он сказал, и делаю это снова и снова, пока мои движения не начинают хоть немного напоминать катание.

Улыбки расцветают на наших лицах.

— У тебя здорово получается, — говорит Картер. Он был так терпелив. — Скажи, когда будешь готова, чтобы я отпустил тебя.

Его слова заставляют меня сжать его сильнее.

— Еще нет.

Он усмехается.

— Я не отпущу, пока ты сама не скажешь, что готова. Не волнуйся.

— Ты много катался в детстве?

Он кивает.

— Играл в хоккей. Никогда не был в нем суперзвездой, но неплохо справлялся. Я пытаюсь уговорить брата, Трэ, отдать мою племянницу Райю в хоккей. Хочу покататься с ней, когда приеду.

Я помню с нашего первого свидания, что он вырос в маленьком городке Климакс Ков в Орегоне.

— Он не в восторге?

Картер пожимает плечами.

— В детстве у нас было некоторое соперничество, ведь он был звездой футбола, а я увлекался хоккеем.

— Тебе нравится быть дядей?

Широкая улыбка на его лице отвечает раньше слов.

— Это лучшее, что со мной случалось. У Райи такой веселый характер, и я уверен, Мейзи будет такой же. Она еще совсем малышка, так что я мало ее видел.

Теплая улыбка растягивает мои губы. После того, как он учил меня кататься, я легко могу представить его прекрасным дядей для своих племянниц.

— Ты хочешь когда-нибудь стать отцом? — я чувствую небольшую неловкость, задавая этот вопрос. Не хочу, чтобы он подумал, что я спрашиваю в связи с нами, хотя отчасти это так.

Его взгляд встречается с моим, и он кажется полным возможностей, будто он понимает, почему я спрашиваю, и не против этого разговора.

— Да, хочу. — затем он сжимает мои руки, словно давая какое-то обещание.

Я стараюсь не придавать этому особого значения, но мое сердце отбивает ритм стаккато. Мимо нас не спеша проезжает пара, держась за руки, и мужчина оглядывается через плечо, проезжая мимо. Когда я вижу, как он делает двойной взгляд, я стону, потому что вот оно. Он останавливает свою спутницу, что-то говорит ей, и она оборачивается и смотрит на нас, прежде чем ее лицо озаряется широкой улыбкой. И вот они уже направляются к нам.

— Готовься, — шепчу я Картеру, который выглядит озадаченным, пока пара не останавливается прямо рядом с нами.

— О боже, я обожаю «Укрытие в бухте»! — восклицает женщина почти на весь каток.

— Только у тебя волосы другие, — говорит мужчина.

Картер напрягается от удивления, затем медленно отпускает мои руки, перемещаясь к моему боку и обнимая за талию, чтобы удержать меня.

Я улыбаюсь им как можно приветливее.

— Вообще-то, я не она. Это моя сестра-близнец в том сериале.

Мужик фыркает.

— Да, конечно. Вы точь-в-точь похожи.

Картер хмурится.

— Ты пропустил часть, где она сказала, что они близнецы? Однояйцевые близнецы?

Мужчина смотрит то на меня, то на Картера.

— Слушай, если не хочешь общаться с фанатами, так и скажи. Не надо сочинять ерунду.

Женщина дергает его за руку.

— Каково это сниматься в сериале с Риком Селлеком? Он такой красавчик. Думаешь, в следующем сезоне он станет твоим любовным интересом?

Ее лицо сияет от восторга. Вот и неприятная часть. Я внутренне готовлюсь. Мне всегда неловко, когда приходится разбивать людям иллюзии и заставлять их понять, что я не она.

— Это моя сестра, ей-богу.

Ее глаза сужаются, взгляд скользит по мне сверху донизу, изучая все черты.

— Ты права. Ты немного пышнее, чем она.

— И не такая симпатичная, — добавляет мужик.

Картер выезжает передо мной, будто может заслонить от оскорблений. Я теряю равновесие, но хватаюсь за спину его куртки, пока удерживаясь.

— Да что с вами, ребята? Вы несете полную чушь. Эшли в тысячу раз лучше, — он резко поворачивает голову через плечо. — Только не говори Стеф, что я это сказал.

Из меня вырывается смех. Несмотря на оскорбления, которые только что выдали эти двое незнакомцев, я нахожу забавной реакцию Картера.

— Ну и ладно, — говорит парень и закатывает глаза.

Они оба уезжают, бормоча что-то себе под нос, а Картер поворачивается ко мне, берет за руки и кружит меня вокруг себя. Это чертовски сексуальное движение. Он притягивает меня и обнимает за талию.

— Спасибо, что заступился за меня.

Он морщит лоб.

— Ты же понимаешь, что это полная чушь?

— Да, понимаю. Я привыкла.

Морщины на его лбу углубляются.

— Такое часто случается?

— Не совсем так, чтобы люди были настолько гадкими, но большинство не верит, когда я говорю, что я не Стеф. Приходится их убеждать.

— Теперь я понимаю, почему ты