Гейм-чейнджер - Рейчел Рид
— Понятно.
— Это, м-м, знаешь… Скотт.
— Скотт. Тот самый…
Кип оглянулся по сторонам и наклонился над столом.
— Да. Именно тот, о ком ты думаешь. Я знаю, звучит невероятно, но… да. Мы замутили. И он хочет, чтобы я…
Кип замялся. Без Скотта рядом всё казалось каким-то болезненным сном.
— Он хочет, чтобы вы… были парой? — предположила Елена.
Кип закатил глаза.
— Ага, типа того. Встречаться. Быть, ну, бойфрендами. Или как это назвать.
— Тайными бойфрендами?
— Пока да, — ответил Кип, стараясь сохранить достоинство.
Елена улыбнулась.
— Ну и ну!
Кип тоже улыбнулся.
— Ага.
— Боже, это мило. Я никогда тебя таким не видела, Кип.
— Каким? Я вообще не какой-то там...
— Ладно-ладно.
— Просто… я счастлив, вот и всё. Он правда…
— Знаешь что? — перебила Елена. — Теперь это обед с пивом. Выкладывай всё.
***
— Он атаковал вратаря (согласно правилам, атакующий хоккеист не имеет права вступать в прямой контакт с вратарём соперника, находящимся в площади своих ворот — прим. пер.)! — орал Эрик Беннетт. — Он на меня налетел! Ну же, судья!
— Я видел, — ответил арбитр. — Нарушения не было. Успокойся, мать твою.
Скотт положил ладонь на грудь Беннетта, чтобы тот не лез к судье.
— Вы серьёзно? — прокричал Беннетт через плечо Скотта.
— Абсолютно серьёзно. Если не уймешься, я удалю тебя на 10 минут, Беннетт.
— Поехали, Беннетт, — вмешался Скотт. — Нам сейчас только удалений не хватает.
Беннетт сердито посмотрел на него через маску.
— Пожалуйста, — добавил Скотт. — Мы отыграемся и победим, договорились?
Беннетт фыркнул, но вернулся к воротам. Скотт видел, как он постучал клюшкой по штангам — справа, слева, снова справа. Суеверие, чтобы собраться и сосредоточиться.
Скотт повернулся к судье.
— И для протокола, это была атака на вратаря.
— Не начинай, Хантер, — отрезал тот.
Скотт вернулся на скамейку вместе со своей тройкой (в звене трое нападающих — прим. пер.) и доложил тренеру Мердоку:
— Беннетт злится.
— Я вижу, что Беннетт злится. Я слежу за игрой, — ответил Мердок.
Харв Мердок когда-то был выдающимся центровым форвардом НХЛ. Великолепный бомбардир и первопроходец среди темнокожих игроков в эпоху, когда те в лиге отсутствовали, он завершил карьеру из-за травмы колена. Спустя годы он вернулся в хоккей в качестве помощника тренера, а последние десять лет занимал должность главного тренера «Адмиралов».
— Знаете, кто ещё зол? — продолжил Мердок. — Я. Я зол, потому что наша защита решила взять выходной. — Его голос становился громче с каждым словом. — Я зол, потому что за этот период мы упустили три паса. Я зол, потому что мы отстаем на два гола, и один из них мы пропустили в численном преимуществе. Так что похуй на то, что Беннетта кто-то задел. Давайте уж начнём играть в хоккей, господа!
— Отличная идея, тренер! — бодро отозвался Картер.
Они со Скоттом покатились к кругу вбрасывания.
— Он прав насчёт нашей защиты, — сказал Скотт. — С командой сегодня что-то не то. Будто мы впервые играем вместе.
— Ну, не секрет, что именно не так, — ответил Картер.
Скотт поморщился. Утром на видеоконференции команды всё немного вышло из-под контроля. Скотт пытался отвести Зулло в сторону и намекнуть, что тому стоило перестать выгонять соседей по номеру поздно ночью, особенно перед матчами. Страсти накалились, и Зулло заявил, что его сосед, Брисбуа, «и так грёбаный педик», и что он «мог бы остаться и чему-нибудь научиться». Это настолько взбесило Скотта, что он толкнул Зулло, и, ну…
— Фрэнк сегодня не особо командный игрок, — добавил Картер.
— А когда он им был? — отозвался Скотт.
— Всего на два гола отстаём, Скотт, — сказал Картер. — Не проблема. Давай разберемся с этим дерьмом.
— Ага…
***
Кип смотрел матч вместе с родителями.
— Сегодня им не очень-то везёт, — заметил отец.
— Да, — согласился Кип.
Это было мягко сказано. К третьему периоду Филадельфия громила «Адмиралов» со счётом 6:2.
Но один из голов забил Скотт, и Кип улыбнулся, представив, что этот гол был для него.
— Ну, — сказала мама, — не последний матч.
— Точно, — ответил Кип.
Во время трансляции часто показывали лицо Скотта крупным планом. Его челюсть была сжата, глаза сверкали. Когда игрок Филадельфии что-то сказал, проезжая мимо, Скотт бросил на него взгляд, способный превратить любого в камень.
— Наверно, у него ломка без смузи, да? — пошутил отец.
— Наверно, — отозвался Кип.
Матч закончился, Кип смотрел, как Скотт с командой покидают лёд и направляются в раздевалку. Скотт с силой ударил крюком клюшки по стене, прежде чем скрыться из поля зрения камеры. Кип поморщился. Он никогда не видел его таким разъяренным.
— Все матчи не выиграешь, — заключила мама, выключая телевизор.
— Похоже, что нет, — ответил Кип, вставая и потягиваясь. День был долгим. — Пойду спать. Завтра на работу.
— Спокойной ночи, дорогой, — сказала она, целуя его в щёку.
Кип знал, что тем вечером от Скотта сообщений не будет. Он подумал, не написать ли самому, чтобы подбодрить его, но в голову приходили только банальные фразы. К тому же, Кип не до конца понимал, что в тот момент чувствовал Скотт.
