Бракованный Тесак - Аля Миронова

— А то ж! Куда я без своего птенчика?! — с теплой усмешкой отзывается мужчина. — Пашк, с нами на обед поедешь? Тётя Наташа сегодня нашла время на умопомрачительную запеканку. И вы, ребята, давайте.

(Прим. автора: — историю Андрея Османова можно прочесть в книге “Ловушка для Ловеласа”. Внимание! Некоторые события, описанные в этой книге, содержат небольшой спойлер. Разница в событиях между Ловеласом и этим романом примерно восемь месяцев).

— Я не против, если жена согласна. Ты как, Лин?

Как я? В шоке. Ни больше, ни меньше. Слишком много всего для меня, да еще и за один день.

— Привет, папа, смотри, что я сегодня выиграла, когда просто села на шпагат?! — возникает рядышком та самая девчушка. — Представляешь, этот дядя, военный, тоже умеет, — переходит на шепот, только мы все равно слышим.

Не могу сказать, что меня сильно удивляет наличие у Андрея взрослой, совсем не похожей на него, дочери. Скорее, я немного в ступоре, ведь, как я поняла, Османов женат сравнительно недавно…

— Хочешь, я и твоего папу научу? — так же тихо обращается к девочке, очевидно той самой Лане, Егор. Школьница вздрагивает и испуганно оборачивается на Тесака, однако, увидев его хитрую улыбочку, заметно расслабляется и кивает. Странно, а мне почему-то показалось, что они знакомы. Видимо, лишь заочно.

— Да я и сам могу! — фыркает Андрей, отступая на несколько шагов от нас и… садится на шпагат.

Абзац, товарищи! Это что, я одна, выходит, без шпагата?!

— Выходит, тебя Павлом величают? Ну, будем знакомы, Егор, можно без дяди и отчества, — еще раз протягивает притихшему в сторонке мальчишке руку Тесак. — А этот, — указывает на Османова, — тот самый друг, который подарил часы, как ты уже догадался.

— Ага, я… — мнется мальчишка. — Мне их вернуть?

— Ни в коем случае! — хором отзываются мужчины, привлекая к нам и без того повышенное внимание.

— Ну, что, рулим на запеканку?! — весело не уточняет — утверждает Андрей.

Гробников снова приковывает взгляд ко мне и тихо произносит:

— Ты же помнишь, что мне достаточно одного твоего “нет”?

Я киваю. Хотя, нет, совершенно не помню. С одной стороны, познакомиться с Наташей Османовой стало интересно еще тогда, в “такси”. С другой — я дико устала, незнакомые люди нервируют меня, да и не голодна я вовсе.

— В другой раз, дружище, — с легкой грустинкой бросает Егор, прежде, чем я успеваю дать ему ответ. Очевидно, слишком много эмоций написано у меня на лице. — Без обид.

— Если он когда-нибудь будет, — слишком резко отзывается Османов сквозь зубы. — За мной детвора. Нечего здесь ловить.

Я смотрю вслед трем удаляющимся фигурам. Так странно, Андрей мне казался рассудительным и веселым мужчиной. Должно быть, он действительно давно вот так просто не общался с Тесаком. Неприятное чувство свербит где-то внутри, словно я что-то сломала.

— Ну что, мадам, — возвращает мое внимание к своей персоне Гробников. — Тебя до машины донести или сама, ножками?

Если честно, очень хочется на ручки. Только, боюсь привыкнуть к этому ощущению. А я не хочу, чтобы потом было больно.

— Сильная, независимая, самостоятельная, — беззлобно фыркает Тесак, снова опережая мой ответ. Да как он так легко меня считывает?! — За ручку хоть дашь подержаться, а то мне в школе не по себе, если честно? — добавляет шепотом, наклоняясь к моему уху.

Его горячее дыхание обжигает кожу, вызывая предательские мурашки, которые мгновенно плодятся, чтобы покрыть всю кожу. Передергиваю плечами, чтобы скинуть с себя это наваждение, потому что так не правильно. Егор выпрямляется и заглядывает в мое лицо. Не даю себя прочитать и опускаю веки, закрываясь от мужчины. Быть приятелями, союзниками — это одно, а пускать мужчину в свою душу я не хочу. Хотя, мне сегодня кажется, что он уже успел въесться под кожу…

— Ручку, так и быть, дам, — надменно бросаю, сверкнув глазами. — Мы ж с тобой в одной лодке, лучше грести в одну сторону.

Все-таки этот гад прав. Роль роковой стервы мне не по зубам. А вот дурочки-хулиганки вытяну вполне.

— И как ты такая умная в журналистки попала? — подначивает Гробников. — По виду больше училку напоминаешь, — подмигивает и приближает свое лицо к моему. — Из фильмов для взрослых, — добавляет низким хрипловатым голосом, пробегаясь наглым взглядом по моей фигуре и возвращаясь к лицу.

Не позволяю себе утонуть в чернеющих глазах, быстро-быстро моргаю и толкаю Егора в торс. Надо бы мне отвлечься, переключиться на что-то. Стресс сегодняшнего дня вот-вот накроет с головой, и я боюсь тех вариантов, которыми мне может помочь его снять Тесак.

— Знаешь, а поехали в гости, — тараторю, чтобы не передумать. В конце концов, после школы, парочка незнакомых людей особой погоды не сделает, а вот я точно сразу вырублюсь, лишь окажемся мы дома. И суток двое мой организм будет восстанавливаться, а потом… Потом придумаю что-нибудь еще.

Главное — поменьше оставаться наедине с… мужем. Потому что я ему не жена.

Какое-то время Егор пристально рассматривает мое лицо, я кожей ощущаю его блуждающий, внимательный взгляд. Я действительно хочу в эти самые гости, потому что нахожусь на грани того, чтобы нырнуть с головой в свои мысли и чувства, возникающие из-за присутствия в моей жизни Тесака.

— Хорошо, — после некоторой паузы, наконец, разрывает тишину мужской голос. — Только, пожалуй, нам бы в джинсы переодеться, да в магазин заехать: с пустыми руками в гости ходить не пристало.

Улыбка сама собой растягивает мои губы и я распахиваю глаза, чтобы посмотреть на этого потрясающего человека. И почему он решил стать военным? Я думаю, из него мог получиться отличный учитель, например. Именно внимательные, образованные, человечные люди должны обучать других, и никак иначе.

Гробников улыбается мне в ответ так легко, по-доброму, без надменности или издевки. Оказывается, и его можно читать! Искренняя благодарность — вот что выражает красивое мужское лицо. Немного смущаюсь, потому что ничего такого вроде бы и не сделала.

Домой мы возвращаемся быстро и расходимся по комнатам. Я решаю полностью послушаться Егора, поэтому натягиваю голубые джинсы, молочного цвета топ на широких бретелях и джемпер с одним опущенным плечом и, наконец-то, могу добраться до любимых черных ботинок и косухи, все-таки вечера уже более чем холодные.

Тесак же предстает передо мной почти в таком же виде, только вместо кофты — белая толстовка, и на ногах — белоснежные кроссовки.

— Признайся, жена, что у тебя в стене есть глазок и ты подглядывала за мной, — ехидно бросает Гробников, с прищуром рассматривая мой внешний вид.

Лицо мгновенно заливает краской, потому что…