Отец подруги. Наш секрет - Адалин Черно

Судя по всему, его эта ситуация лишь забавляет и он нисколечко не боится Дамира. Вот это да.

— А других мест для свиданок ты придумать не мог или что? Ты совсем что-ли ума лишился и хочешь испортить свою карьеру в край?

Что?

— Что? Дамир Давидович, какие свидания, вы вообще о чем? Я привез Таисию посмотреть на объект. Интересно ее видение. Художники любят творить в тишине и одиночестве, а не тогда, когда кругом будет полно народа.

Рома говорит, что-то еще… я стараюсь его слушать. Правда стараюсь, но в голове все еще набатом бьется мысль о том, какого же низкого мнения обо мне Дамир. Неужели он думает, что я настолько ветренная? Едва ли месяц с нашей с ним ночи прошел, а я по его мнению уже по свиданкам ходить начать должна?

Или вот так же как и эта дамочка с перекрученной юбкой на столе неработающего ресторана ноги раздвигать?

В этот момент я его ненавижу.

— Дамиру Давидовичу просто плохо, — цежу я.

Как всегда не думаю, о чем говорю, но сдержать в себе тот яд, что словно течет по венам после испытанного мною за какие-то пять минут, не могу.

— Видишь же, какие у него красные щеки и глаза. Капилляры полопались. Возможно давление. В его возрасте такое возможно. Оттуда и помутнения сознания, — я говорю совершенно серьезном тоном, пытаюсь даже толику участия добавить, — Дамир Давидович, а вдруг у вас инсульт? Улыбнуться можете? Надо улыбнуться, чтобы проверить. Если лицо будет не симметри…

— Достаточно, — рявкает Дамир и срывается с места.

Стремительным шагом он проходит мимо нас и покидает помещение.

— И что это было? — смеется Рома, я же делаю шаг вперед, выпутываясь из его объятий, если о его ладонях на моих плечах можно так выразиться. — Ты поймала их на самом-самом решающем моменте? Сбила их финишную прямую? — Рома уже во всю гогочет.

— Нет, — поджимаю я губы. — Они разругались еще до моего появления. Понятия не имею из-за чего и знать не хочу, — лукавлю я. — Можно я похожу здесь одна, огляжусь?

— Конечно-конечно. Я покурю снаружи.

Я киваю и… как истинный мазохист направляюсь в ту сторону откуда вышел Дамир.

Глава 11

Я замираю прямо на пороге. Останавливаюсь, как вкопанная, заметив скинутые на пол предметы со стола. Бумаги, ручки, несколько папок и даже декор. Все бесформенной грудой валяется в центре кабинета. Не нужно обладать уникальными способностями, чтобы сложить дважды два и понять, где именно Дамир собирался заняться сексом. В том, что именно это здесь и должно было произойти, сомнений не остается.

Мне тошно. И больно. Хочется разнести здесь все. Перевернуть стол, разбросать по комнате стулья, покрошить все на мелкие кусочки. Но я так не сделаю, конечно же. Не имею права. Вообще, если задуматься, я и ревновать Дамира не имею права, потому что он не мой и никогда моим не был, просто я…

Я глупо думала, что та ночь хоть что-нибудь для него значила. Маленькую толику, мне бы и ее хватило. А теперь выходит, я была лишь “одной из”. Спасибо хоть имя мое запомнил и не унизил тогда, назвав иначе.

— Охо-хо, весело же здесь было, — смеется Рома, останавливаясь где-то позади меня. — Тась, идем-ка в другое место, здесь точно вряд ли можно вдохновиться, если только мы не собираемся превратить ресторан в бордель.

Будь я в другом состоянии, я бы обязательно посмеялась над его шуткой, но мне так плохо, что я просто позволяю Роме увести меня отсюда.

Мы поднимаемся на второй этаж, на мансарду, которую предыдущий владелец никак не использовал.

— Эту часть Дамир планирует переделать в особое место, — говорит Рома. — Иди сюда.

Он тянет меня к небольшому окну. За ним — проезжая часть и боковая часть парка, где по вечерам красиво освещаются аллеи. Из-за отсутствия времени я была в этом районе не так часто, но видела обзоры у некоторых блогеров, да и Ульяна мне все уши прожужжала про этот парк. Мы как раз собирались сходить на днях.

— Вечером тут будет незабываемо. Дамир хочет устроить здесь что-то вроде особенной локации.

— Особенной?

— Романтической. Той, где люди будут проводить особенные дни. Юбилеи, годовщины. Даже предложение руки и сердца можно организовать. Не Эйфелева башня, конечно, но тоже ничего. Отечественная достопримечательность, — смеется Рома. — Я из этой мансарды изначально предлагал сделать зал покера, но Дамир сразу же эту идею отмел.

Последнюю фразу он произносит таким тоном, что становится понятно — о решении Дамира сожалеет. И идею создать зал покера считает куда более оптимальной, чем романтический зал. Мне же эта идея очень нравится. Я даже начинаю представлять, как все можно здесь обустроить. В покере я не сильна, а вот сделать особенный зал, в котором обязательно понравится девушкам и женщинам, вполне мне по плечу.

— В общем… этот зал будет на тебе. Я подключу еще несколько наших дизайнеров, конечно. Они будут работать с тобой. Точнее… ты с ними. Будешь помогать, идеи свои подкидывать, хорошо?

— Я кое-что набросала, — отвечаю тихо. — Не в планшете пока, но думаю через несколько дней сделаю, чтобы ты смог посмотреть. Я подумала… можно взять золотой и…

Я вздрагиваю от резкого громкого смеха. Рома начинает смеяться, не сдерживаясь. Запрокидывает голову назад и хохочет, а мне становится не по себе. Даже жалеть начинаю, что вообще заикнулась.

— Ну какой золотой, Таечка? — говорит, успокоившись. — Мы тут серьезный ресторан оборудуем, а не шатер цыганам обставляем.

Я резко замолкаю. Чувствую, как неприятно жжет щеки. Я неправильно выразилась. Не собиралась я здесь устраивать то, о чем он говорит, но желание говорить дальше пропадает.

— Извини, я просто…

— Ничего, — отмахивается. — Поработаешь с нами, наберешься опыта. Ребята у меня крутые, профессионалы. Ты их слушай. А пока можешь тут почилить. Подумай, что где можно было бы поставить, может, порисуй. Но без золотого, пожалуйста.

Рома снова смеется, а я окончательно сникаю. Становится обидно, что он вот так меня оценивает и воспринимает. Я, конечно, из бедной семьи, не Ульяна, но я тоже способная. И в цветовой гамме отлично разбираюсь, умею сочетать цвета. Но говорить об этом Роме не стану. Вместо этого сажусь на единственный стоящий здесь стул, который придвигаю к окну, и умещаю на колени планшет.

Делаю наброски, чтобы показать их Роме. Я не собираюсь сдаваться и покажу на примерах, какой цвет имела ввиду.

Увлекшись рисунками, не сразу обращаю внимание на то, что уже