Сидеть, лежать, поцеловать - Изабель Зоммер

Внезапно одиночество навалилось тяжелым камнем, заполняя каждый уголок в доме. Клара вскочила и распахнула окна. Можно было подумать, одиночество могло выветриться.

Гизела тихо заскулила. Дог лежал за стопкой фотоальбомов и, недоумевая, наблюдал за суетливыми движениями хозяйки. Вздохнув, Клара села рядом и принялась гладить короткую, гладкую шерсть собаки.

– Что думаешь, Гизела? Выйдем еще разок на улицу? Маленькая вечерняя прогулка?

Она уже сейчас знала, куда заведет ее эта прогулка, даже если не хотела себе в этом признаться, – к лесному домику Килиана.

* * *

– И что мы ему скажем, когда придем? – спросила она Гизелу. – Зачем мы пришли?

Гизела молча брела рядом.

Клара ускорила шаг. Ее не покидало чувство, что истерзанное сердце могло найти успокоение лишь в одном месте: в доме Килиана. Она вспоминала, как он взял ее руку и как она отстранилась от него. Какова бы ни была реакция на ее неожиданное незваное появление у него на пороге, по крайней мере, нужно было попытаться поговорить с ним, даже если она пока не знала, куда мог завести этот разговор.

Но когда она вступила на мягкую лесную тропинку, ей в душу закралось странное чувство. Ей показалось, или на земле следы от незнакомых шин? Она знала местность вокруг гостиницы для собак как свои пять пальцев и сразу же заметила бы, если что-то не так. По этой дороге никто не ездил, она вела только к домику Килиана. Но это следы были точно не от его внедорожника.

– Пойдем, малышка, посмотрим, что там происходит, – тихо проговорила Клара, непроизвольно взяв Гизелу на поводок покороче.

И действительно, вот ее глазам предстал домик Килиана, и перед ним стоял не только его большой старый автомобиль. Рядом была припаркована еще одна машина, не предназначенная для такой непроходимой местности. Кроме того, номера были берлинские, а это тоже не ближний свет.

Клара остановилась в нерешительности. У Килиана гости? Насколько ей известно, это было впервые за все время, что он жил здесь. К нему никто никогда не приезжал.

Она медленно подошла ближе к домику. Остановившись у двери, потянулась к дверному молотку, но снова опустила руку. Ее взгляд упал на окно ярко освещенного домика. Приложив одну руку ко рту, она спрятала другую в мягкие складки на затылке Гизелы.

Какое-то время она постояла в оцепенении, не двигаясь, под впечатлением от увиденного. Потом тихо повернулась и, потянув за собой Гизелу, отправилась обратно.

* * *

Позже она лежала в постели, глядя в полутьме в потолок. Сон не шел к ней. Занавески были не задернуты, и в слабом свете луны, падавшем сквозь оконное стекло, были видны лишь очертания мебели.

К постели приблизился большой темный силуэт. Это Гизела. Охнув, она взгромоздилась на кровать и разлеглась на ней, почти не оставив места Кларе, но та была рада найти утешение в обществе собаки.

Ей не давала покоя увиденная сцена. Килиан стоял в гостиной перед кухонным уголком, рядом с ним – женщина. На плите – старомодный чайник. Это не какая-то женщина, Клара видела ее раньше на фотографии, которую Килиан некоторое время назад неохотно показал ей. Теперь Клара сразу же узнала элегантную женщину – это была Элизабет, его бывшая жена. У Клары не выходило из головы, как Килиан обнимал Элизабет. Еще одна деталь врезалась ей в память: рядом с ними стоял чемодан.

Клара набрала побольше воздуха в легкие. В груди защемило. На самом деле они оба были не свободны, об этом не стоило забывать. У нее был ее Энди, который каким-то образом по-прежнему присутствовал в ее жизни, хотя его уже много лет не было на свете. И у Килиана было прошлое, которое продолжалось в настоящем. Его жена и сын важнее начальницы Клары.

Элизабет переезжает к нему? Насколько было известно Кларе, они совсем не общались, но, положа руку на сердце, что ей вообще известно о Килиане и его жизни?

«Будь сдержанной», – решила она. Лишь минутная слабость заставила ее пойти к его домику. Но для них обоих лучше оставаться друзьями, которые поддерживали друг друга, не претендуя на большее.

Глава 39

Мила

Гирлянды как звезды сверкали на массивных деревянных балках. Между ними были развешены фонарики, как невесомые спутники, даря волшебный сумеречный свет, отражающийся в серебряных приборах и подсвечниках. На всех столах были расставлены вазы с полевыми цветами, меню тоже украшены изображением нежных цветов. Стулья натурального дерева решили не закрывать тканевыми чехлами, и это была отличная идея, чтобы сохранить романтическую деревенскую атмосферу старого амбара.

Мои пальцы скользили по кольцу для салфеток, сплетенному из цветов, и я вслушивалась в звуки музыки. На деревянной сцене за танцплощадкой играла приглашенная кавер-группа. Все было готово к торжеству, все ждали встречи с молодоженами и их гостями.

Здесь, в тени, я позволила себе в последний раз глубоко вздохнуть, любуясь нарядно украшенным амбаром и наслаждаясь покоем, прежде чем отправиться к остальным гостям, чтобы смотреть, как мой бывший женится на своей новой девушке.

* * *

Молодожены уже побывали с утра в загсе, только вдвоем. После обеда пришли гости, порядка ста пятидесяти человек. Все собрались у старого каштана, под которым сейчас стояли Том, Наташа и ведущий. Солнце бросало на них теплый золотой свет. Празднично одетые дети, хохоча, играли в футбол, а взрослые тайком утирали слезы.

Рядом со мной на деревянном стуле сидел Робин.

– Все в порядке? – прошептал он, наклонившись ко мне. Я почувствовала его дыхание на своих волосах, на ухе, и по шее побежали мурашки.

Между нашими бедрами всего несколько сантиметров. Его рука касалась моей, когда он менял положение. Было бы так легко взять его за руку, и больше всего на свете мне хотелось бы сейчас это сделать. Но зачем? Наши проблемы не исчезли, они же не растворились просто так в воздухе. Он по-прежнему был харизматичным бабником, который встречался с половиной женщин в этом городе. А я все та же ревнивая фурия с подорванной способностью доверять мужчине. Не говоря о том, что он уже потерял интерес к отношениям со мной, да и я твердо решила больше не разжигать страсть.

Именно поэтому умные люди, возможно, не стали бы звать с собой Робина на свадьбу. Но я была немного рада, что не относилась к этой категории людей, потому что в противном случае он не сидел бы сейчас рядом со мной.

– Все прекрасно, – кивнула я в ответ.

И это правда. Я думала, что мне, несмотря