Фатум - Азура Хелиантус
Он продолжал наблюдать за мной краем глаза, пока мы не остановились в паре метров от Короля мифических животных.
В его облике было нечто внушающее трепет, способное пустить ледяную дрожь по позвоночнику, даже если он не открывал рта.
Он был очень высоким, наверняка под два метра, и обладал гораздо более мускулистым телосложением, чем мой муж. Кожа с холодным подтоном придавала ему угрожающий вид, а темные волосы идеально обрамляли бледное лицо.
Я кивнула ему в знак приветствия. — Лорхан.
— Арья, вот и ты наконец. — Он одарил меня теплой улыбкой. Но когда он перевел свой темный взгляд на демона рядом со мной, всё тепло и дружелюбие мгновенно испарились.
Он явно не одобрял присутствие моего мужа. — Тебя не приглашали.
Данталиан посмотрел на него без каких-либо эмоций. — Куда идет моя жена, туда иду я. Там, где она, совершенно точно буду и я.
Тот усмехнулся, но выглядел не слишком веселым. — Да, я слышал о вашей свадьбе. Что ж… поздравляю!
Он снова посмотрел на меня, вновь игнорируя Данталиана. — Я бы предложил начать наш разговор с причины, по которой я тебя пригласил.
— Я согласна. Тем более что я немного обеспокоена — не понимаю, откуда взялось это желание поговорить со мной спустя столько времени. — Я засунула руки в карманы только для того, чтобы поиграть с кольцами и унять этим жестом свою тревогу.
— Армагеддон — вот причина, по которой вы здесь. Или Апокалипсис, если вам так больше нравится это называть.
Данталиан нахмурился. — Ты хочешь говорить сейчас о чем-то, что случится в конце времен? Не слишком ли это преждевременно?
— Я говорю не о том Апокалипсисе, демон.
Я пригрозила Данталиану взглядом, веля ему заткнуться наконец и не усложнять вещи больше, чем они уже есть.
Лорхан вздохнул. — Что вы знаете о том, что вот-вот должно произойти с миром, в котором мы живем?
— Ничего, мы ни черта об этом не знаем! — нетерпеливо рявкнул Данталиан. — Не мог бы ты объяснить нам всю эту таинственность?!
Лорхан начал терпеливо, с самого начала, медленно подбирая слова.
— Говорят, что Апокалипсис — это конец, но это не совсем так. Скорее, это начало, из которого снова вырастет добро, а зло будет побеждено. Это война, которая будет повторяться вплоть до Армагеддона. Способ, которым Бог и боги совершат истинный Страшный суд.
— Что?
Он не изменился в лице, подтверждая свои слова. — Их единственная задача — окончательно стереть зло с лица Земли. Они убеждены, что первым делом нужно победить то, что укоренилось в демонах — детях Сатаны, созданных с натурой, склонной искушать людей на жестокие и опасные поступки. Они верят, что единственный способ сделать это — во имя любви.
— А вся эта история про вечное проклятие, про невозможность искупить вину? Это что, всё херня, чтобы держать нас в узде? Ты это хочешь сказать? — В глазах Данталиана вспыхнул гнев.
— На самом деле выбора никогда и не было, не было возможности выбрать сторону, которую занять. Зла и добра не существует на самом деле. Те, кто проживет достаточно долго, чтобы увидеть Страшный суд, будут иметь лишь один выбор: к моменту последнего Армагеддона все будут за мир и за добро. Те же, кто ими не станет, умрут мучительной смертью — это будут враги, которых вы должны будете победить. Именно избранные всадники, назначенные от рождения, история за историей, любовь за любовью и команда за командой, должны будут их уничтожить.
— «Избранные от рождения»? — повторила я его слова. — Ты намекаешь на то, что Бог, как и всегда, будет сидеть и смотреть шоу, а мы здесь должны будем делать за него всю грязную работу?!
— У Бога много планов на этот мир, и не все они этичны. Но мы знаем это давно, как и Бог с богами знают об этом не меньше. История уже написана, Арья, и у нас нет никакого права голоса.
«Это невозможно».
Я подумала об Астароте, который наверняка знал об этом с самого начала, ведь он знал ответ на любой вопрос; он знал всё, и его познаниям не было предела.
Я подумала, что Астарта тоже знала это с самого начала, ведь она богиня, а боги знают всё.
Люди, которые предупреждали нас с первой же секунды, были первыми, кто нам солгал. Я вспомнила фразу Азазеля и поняла, что тогда он был прав.
У меня никогда не было другого выбора.
Я подняла на него взгляд. — Почему именно мы?
С этого мгновения я словно отключилась от самой себя и слушала всё, что он нам рассказывал, отстранённо, будто больше не принадлежала собственному телу. Я не могла бы сказать, чего во мне было больше: страха или изнеможения.
Я потеряла связь с реальностью.
Лорхан воссоздал рассказ об Апокалипсисе из священных текстов: ««Пошел первый ангел и вылил чашу свою на землю; и сделались жестокие и отвратительные гнойные раны на людях, имеющих начертание зверя и поклоняющихся образу его.
««Второй ангел вылил чашу свою в море: и сделалось оно кровью, как бы мертвеца, и все одушевленное умерло в море.
««Третий ангел вылил чашу свою в реки и источники вод: и сделалась кровь.
««Четвертый ангел вылил чашу свою на солнце: и дано было ему жечь людей огнем. И жег людей сильный зной, и они хулили имя Бога, имеющего власть над сими язвами, и не вразумились, чтобы воздать Ему славу»».
Данталиан пробормотал что-то об абсурдности того, что «нужно быть благодарным за то, что тебя поджаривают», но я заставила его замолчать.
««Пятый ангел вылил чашу свою на престол зверя: и сделалось царство его мрачно.
««И они кусали языки свои от страдания, и хулили Бога небесного от страданий своих и язв своих; и не раскаялись в делах своих.
««Шестой ангел вылил чашу свою в великую реку Евфрат: и высохла в ней вода, чтобы готов был путь царям от восхода солнечного.
««И видел я выходящих из уст дракона, и из уст зверя, и из уст лжепророка трех духов нечистых, подобных жабам: это — бесовские духи, творящие знамения; они выходят к царям земли всей вселенной, чтобы собрать их на
