Рыжее чудо забытого принца - Ксения Винтер

— Раз уж вы предпочли любопытство завтраку, присаживайтесь, — Гарэйл указал рукой на один из узких диванчиков, стоявших вокруг низкого чайного столика из светлого дерева. — Уверен, у вас появились ко мне вопросы, на которые я, так и быть, дам ответы.

Я покорно заняла указанное место, в то время как Его Высочество отошёл к камину и, облокотившись на мантию, устремил на меня откровенно скучающий взгляд, который заставил меня нервно сжать в пальцах подол платья.

— Ваше Высочество, вам что-то известно об обвинениях, выдвинутых моему отцу? — спросила я, не поднимая на принца взгляд.

— Достоверно — ничего. Однако мне известно о его делах с Индаром, так что обвинение в государственной измене и казнь — закономерный итог.

Моё сердце болезненно сжалось, а глаза наполнились слезами, которые я отчаянно пыталась подавить, но они, предатели, всё равно скатились по щекам.

— Значит, обвинения справедливы, и мой отец, действительно, преступник? — жалобно всхлипнув, спросила я, подняв глаза на Гарэйла.

Он уже видел меня всю мокрую после дождя, стоявшей перед ним на коленях, а сегодня ещё и любовался мной, ползающей на четвереньках по полу. Более жалкое зрелище я всё равно уже представить не смогу, так что можно отбросить в сторону притворство и попытки держать лицо.

— Вы хотите услышать правду? — вид моих слёз не произвёл на Четвёртого принца ни малейшего впечатления, и его голос звучал всё также равнодушно, а на лице не отразилось и тени жалости.

— Да.

— Она вам не понравится.

— Пусть так, — я поспешно вытерла ладонью слёзы и решительно посмотрела в холодные глаза напротив. — Но я должна знать, что происходит.

— Ничего особенно интересного или необычного, в сущности, не происходит, — заметил Гарэйл. — Всего лишь банальная борьба за трон. Его Величество уже стар и в любой момент может отправиться на тот свет. А живых наследников до недавнего времени, как вы слышали, было трое: я — Четвёртый принц, Индар — Пятый принц и Майрон — Шестой принц. Причём именно в таком порядке, согласно древнему закону о Престолонаследии. Правда, в отношении Индара был маленький нюанс. Поскольку он — бастард, пусть и признанный королём, для того, чтобы занять трон, он должен быть женат, причём женат обязательно на даме королевских кровей. — Губы Гарэйла искривились в презрительной гримасе. — Полагаю, миледи, мне не нужно напоминать, кем являются ваши бабушка с дедушкой по материнской линии?

— Король и королева Деспоина, — тихо ответила я. — Но ведь моя мать не является наследницей королевства! Более того, она вышла замуж вопреки воле родителей и те отреклись от неё.

— Что не перестаёт делать её принцессой, — возразил Гарэйл. — И что, в свою очередь, делает вас, леди Эйкин, крайне выгодной партией, открывающей Индару дорогу к трону.

— Я вам не верю! — воскликнула я в отчаянье. — Как вам не стыдно говорить подобное о своём брате? Мы с ним любили друг друга!

— Да, он искренне восхищался вами и любил, — согласился Гарэйл, тем самым моментально потушив пламя гнева, на мгновение вспыхнувшее в груди. — Однако он, как и я, прагматик. И если бы того требовало дело, он бы сделал пользу в сторону выгоды, а не чувств. К счастью для него, подобных жертв не требовалось. Вы идеально подходите под условия, и женитьба на вас позволяла ему претендовать на трон. О чём ваш отец, разумеется, знал. И чем собирался воспользоваться.

Звучало просто ужасно… и крайне заурядно. В благородных семьях дочери сплошь и рядом были разменной монетой для отцов в попытке урвать более высокую должность или поправить финансовое положение. Просто я наивно полагала, что Салватор не такой, и моё счастье для него стоит на первом месте.

— Вижу, что огорчил вас, — сухо бросил Гарэйл. — А я предупреждал, что мои слова вам не понравятся.

— Ваш рассказ крайне неприятен, — признала я. — Но мне, очевидно, не хватает ума, потому что я не вижу связи в попытках завоевать трон честными методами и обвинении моего отца в измене. Нет, — я подняла руку, призывая Его Высочество молчать, когда тот открыл рот, чтобы что-то сказать. Точёная тёмная бровь взметнулась вверх в лёгком изумлении, однако принц покорно промолчал и даже не разозлился на моё столь дерзкое поведение. — Я даже готова допустить, что отец мог проворачивать какие-то тёмные делишки в попытках ускорить кончину Его Величества. Но делать это в тот момент, когда Индар находится на войне и может оттуда не вернуться? — при упоминании жениха сердце болезненно сжалось, но я проигнорировала это, продолжив говорить. — Это глупо и крайне недальновидно. А мой отец глупцом никогда не был.

— И его ум, бесспорно, унаследовала дочь.

Мне показалось, или в голосе принца прозвучали уважительные нотки?

— Мы не можем ничего говорить наверняка, — заметил Гарэйл. — Но я не исключаю вероятность того, что вашего отца намеренно оклеветали, чтобы убрать с политической доски, причём вместе со всей семьёй.

— И тут мы с вами возвращаемся к тому, с чего началось моё появление в вашем доме, — я твёрдо посмотрела в глаза принцу. — Помогите мне защитить мою семью и спасти отца от казни. Цена не имеет значения. Я заплачу любую — только назовите её.

План

— Вы ведь не отстанете от меня, миледи? — мрачно уточнил Гарэйл, глядя мне в глаза.

— Не отстану, — заверила я его. — Вы — та соломинка, за которую цепляется утопающий.

Его Высочество брезгливо скривился.

— Не драматизируйте. Коли мозгами природа вас не обделила, вы должны понимать, что раз вас с матерью и сестрой сразу же не посадили в казематы, но и дальше никто вас репрессировать не станет.

— Нас посадили под домашний арест, — напомнила я. — Который после суда над отцом заменят ссылкой.

— Высылкой из страны, — поправил Гарэйл. — Какие бы отношения ни связывали вашу мать с её родителями, те никогда не позволят ей страдать. И если Его Величество попытается её сослать в какое-нибудь некомфортное место, это будет грозить ему разрывом дипломатических отношений с Деспоином, а возможно даже полномасштабной войной. А ему этого совершенно не нужно. Так что выбросите из головы все эти глупости, леди Эйкин. Всё, что грозит вам с сестрой и матерью — комфортный круиз до Деспоина.

— Исключено! — категорично заявила я. — Орайн и Кьяна сразу же повторно выдадут маму замуж, ещё и нас с Гарби быстро выгодно пристроят. Для них дети — ресурс, который нужен для укрепления власти. Я не хочу становиться их разменной монетой и тем более не желаю подобной участи